Ещё

«Он схватил мою правую грудь» 

Фото: FACEBOOK
Райкконена обвинили в домогательствах на вечеринке после гонки. Почему жертва ждала так долго и как проходил тот вечер?
Неприятная информационная бомба, связанная с Кими Райкконеном, взорвалась вечером 29 мая. Стало известно, что официантка, обслуживавшая столик Кими на афтерпати после Гран-при Канады 2016 года, обвинила финна и его друзей в неподобающем поведении — проще говоря, они её лапали. После долгой паузы девушка всё-таки решилась дать делу ход и обратилась к представителям Райкконена и «Феррари» с требованиями разобрать ту историю — то ли просто поговорить, то ли выплатить компенсацию. Юристы Кими в ответ подали жалобу в полицию, обвинив девушку в вымогательстве денег.
История запросто может затянуться на несколько месяцев.
Обстоятельства довольно странные: первую запись в блоге о случившемся Талула Вилде оставила ещё в октябре 2016 года, а активизировалась только в феврале 2018-го — вероятно, на фоне свежих скандалов с Гарри Вайнштейном, когда девушки начали одна за другой рассказывать о своих случаях сексуального насилия. Обе записи в блоге находятся под паролем, но так было не всегда — кэш «Гугла» легко показал содержимое. Да и не сказать, что Талула очень уж скрывается на фоне скандала: её профили в соцсетях на месте, легко можно найти и видео, где она топлесс позирует на Таймс Сквер. Поэтому когда в прессе пишут, что имя девушки не называется, относитесь к этому со скепсисом: если в том же материале приводятся целые цитаты из её блога, то любой школьник в состоянии получать всю нужную информацию.
FACEBOOK
Кто в этой ситуации прав, а кто — лжёт, сказать на данный момент невозможно. Мог ли Кими пригубить? Все знают, что мог. Из приведённых записей блога Талулы видно, что и она не ангел — обожает откровенные наряды и пьёт на работе. Это, впрочем, никак не оправдывает гонщика, если «харассмент» таки был. В ситуации будут разбираться юристы (не исключаем, что в итоге стороны просто заключат мировое соглашение, тем более что жена Кими вряд ли в восторге от подобных разбирательств), ну а мы предлагаем прочитать вам полный рассказ Талулы Вилде о том вечере и затем вторую запись с объяснениями, почему она всё-таки начала преследования гонщика. Только отметим, что в блоге Вилде не называет фамилию Райкконена — то, что речь идёт именно о нём, стало известно только после подачи жалобы юристами Кими.
***** 11 октября 2016 года. «На нём была кепка Lucky Strike, и я, словно капризный ребёнок, каким я могу быть, хотела её. „Йоу, Lucky Strike!“ Он взглянул на меня. „Подойди сюда“. Он сделал это. „Что у тебя за кепка?“ „Это спонсор из Формулы-1, — ответил он. — Я получил её в Бахрейне от Такумы Сато“. „О, здорово. Однажды ко мне приставал гонщик Формулы-1“. Улыбка на его лице быстро пропала, и я сменила тему разговора…
Я была официанткой по напиткам в Монреале в заведении Velvet Speakeasy, и каждое воскресенье во время Гран-при, после того как пилоты Ф-1 завершали свой уик-энд на гоночной трассе, многие из них приходили в Velvet, чтобы заполучить настоящую трассу. В одно из таких воскресений во время Гран-при пилот Ф-1 и его трезвый друг совершили на меня сексуальное нападение.
В воскресенье до восьми утра проходила вечеринка закрытия Гран-при. Было примерно три ночи, когда — назовём его так — F1GrandPrick (Ф-1ГранБолван) и его друзья или члены команды спускались вниз. Они уже потратили 20 тысяч долларов наверху, и ГранБолван раскачивался словно надувной человечек, а его английский куда больше походил на звание родного языка. Некоторые из людей рядом с ним были на удивление трезвы, так что я приняла у них заказ на несколько Dom Perignon. ГранБолван держал чёрную карту American Express, и я, как и любая официантка не была против побыстрее получить деньги — я не могла рисковать, чтобы они ушли, не оплатив столь дорогой счёт.
Когда я вернулась, к столику присоединились несколько болельщиков — они пытались завести разговор с ГранБолваном, который всё ещё пошатывался за столом. Я обслужила их шампанским — мне тоже дали бокал. Я быстренько выпила, но не имела особого интереса к общению с любым из этих мужчин. Я была на работе на своих высоких каблуках с девяти вечера, а уже было ближе к четырём утра. Я была не в настроении для флирта и глупой сладости. Я устала от разговоров с ужасными богатыми людьми, которых привлекает Гран-при. Мой уик-энд подходил к концу, и я не могла его дождаться. Я ушла, чтобы взять счёт и вернуться. Когда я вернулась, то ГранБолван испытывал жажду уже не к шампанскому, а ко мне.
FACEBOOK
После многих лет работы и просто на основе своего женского опыта ты осознаёшь, что значит такой взгляд. Я привыкла к нему — сегодня не будет ничего нового. Я буду игрива и посмеюсь любой его попытке. Я сохраню холод и ледяное спокойствие, как и всегда. Я не наврежу его чувствам и не буду вести себя как сука. После моего отказа он найдёт кого-нибудь ещё, выберет иную цель. Хотя, более вероятно, что он скоро уйдёт. Я вручила ему счёт и приготовила терминал для кредитных карт. Я склонилась над столом, чтобы объяснить содержание счёта. Не помню точно, но, думаю, он был в районе двух тысяч долларов. Его волновала не сумма, но другой вопрос:
»А сколько стоишь ты?» Сколько стою я… Я несколько раз получала такой вопрос и даже однажды отвергла сумму в 50 тысяч долларов от саудовца из Майами. Обычно я мягко отвечала: «Я не продаюсь». Сегодня моё терпение уже было на исходе после четырёх ночей работы на вечеринках Гран-при.
«А сколько стоишь ты?» «Я не продаюсь». «И всё же сколько ты стоишь?» «Мне добавить 20% на чаевые?» Он покачал головой и отодвинул терминал. «Мне нужно, чтобы вы оплатили счёт прямо сейчас». Он больше не хотел со мной разговаривать. Я стояла и смотрела на него, в то время как он отвечал мне пьяной улыбкой. Я повернулась посмотреть на его трезвого друга, пытаясь найти поддержку. «Он не хочет оплачивать счёт, но мне нужно, чтобы он заплатил прямо сейчас». ГранБолван подошёл к нам, его шатающееся тело почти упало на его друга и меня. Его друг слушал, что ему говорил ГранБолван, а я ждала. С полным презрением ко мне его трезвый друг ответил: «Он хочет знать твою цену». Я хотела схватить их, но просто ушла. В безопасном месте в подсобке я попросила подготовить мне замену и выпила одну или две рюмки водки.
Не имею представления, где находился мой менеджер, но я не собиралась искать его: хорошая официантка способна сама разобраться со своей проблемой. Я пошла обратно. Пошла обратно к их дерьмовому столику, спрятанному рядом с диджейским пультом. Когда я подошла, они выглядели удивлёнными этим фактом. Я одарила их улыбкой, хотя мысленно представляла, как отрываю им конечности. ГранБолван хотел мне что-то сказать. Он подвинулся в мою сторону. Когда я нагнулась над столиком, его рука проскользнула мне в платье и он схватил мою правую грудь. Одновременно с этим один из его друзей засунул руку мне в трусы и тронул вагину.
Я была очень зла и шокирована. Я стремительно ушла прочь от их стола и нашла своего менеджера: «У меня проблема!» Я отвела его в подсобку. «ГранБолван и его друг только что домогались ко мне. Они…» Я рассказала ему всю историю. Когда я закончила, он сказал: «О'кей, что ты хочешь сделать?»
За долю секунду у меня промелькнули варианты. Я могу вызвать полицию. Я могу рассказать им свою историю. Я могу выдвинуть обвинения. Там были свидетели, но я знала, что они не дадут показаний в мою пользу. Я знала, что ночной клуб не хочет, чтобы к ним на вечеринку приходили копы. Я знала, что полицейские увидят, что я пила. Я знала, что полицейские посмотрят на мой внешний вид и посчитают меня шлюхой. Я знала, что даже если дело против ГранБолвана дойдёт до суда, то его защита без проблем «убьёт» меня. Один взгляд на мой «Инстаграм» и моё искусство, на моё продвижение сексуальности — и всё будет интерпретировано неверно, я превращусь в «шлюху». К тому же я совсем недавно встречалась с сыном миллиардера, так что меня назовут ещё и охотницей за золотом, ждущей расчётного дня. Это никуда меня не приведёт, не будет того стоить, да и часть меня не слишком волнует случившееся — всё-таки меня не изнасиловали…
«Моя смена завершена. Я хочу, чтобы их столик закрыл кто-то другой. И… — Я открыла холодильник и взяла бутылку Moet Rose. — Я выпью это!» Вот и всё. Для меня это просто дерьмовая вещь, которую сделали дерьмовые пьяные люди. По правда, мне стоило бы принять меры против домогавшихся, но не вините меня. Вините сексистскую, насильственную культуру, в которой мы так укоренились, что охладели к себе самим. Мы научились приходить к выводу, что некоторые неслучайные прикосновения — это нормально. Иногда мы меняем их на смешные дополнительные траты «хищника». Иногда — на бутылку Moet Rose».
***** 27 февраля 2018 года.
«Я сознательно убрала твоё имя из сообщения в блоге, прежде чем опубликовала его. Я знала, какова будет ответная реакция СМИ. Я не хотела нанести тебе никакого вреда. Но это по-прежнему волнует меня. Я не сделала ничего неправильного.
Я работала. Я чётко выразила отсутствие интереса к твоему предложению. Я не соглашалась. Ты и твой друг во время свой атаки, которая выглядела спланированной (ребята, вы часто так делаете?!), решили унизить меня. Полапать меня. Потрогать меня в местах, которые зарезервированы для избранных. Тогда я принизила саму себя.
Я «никто», а ты «кое-кто». В тот день патриархат победил. Я предала случившееся забвению. Если бы это вылезло на поверхность, я бы посмеялась и даже защищала бы тебя. «Он был пьяный!» Интересно, что делает мозг с травмой. Недавно мой друг, известный музыкальный продюсер, сказал мне: «Талула, я очень много раз был пьяным, меня даже вырубало от алкоголя, но я никогда не лапал так девушек». И он прав.
Если вы ехали пьяным и кого-то убили, то вы все равно будете нести ответственность. Почему же я защищаю тебя? В прошлом декабре я взяла себе смену официантки в новогоднюю ночь. После получения своего костюма, золотого мини-платья с обнажённой спиной и большим вырезом, я не хотела его надевать. Я незамедлительно вернулась в чёрное платье, которое взяла с собой. Мой коллега сказал: «Почему нет? Оно идеально тебе подходит». «Я не знаю… А вдруг кто-то ко мне прикоснётся?». И в этот момент меня словно ударило. Так почему же я тебя защищаю?
Каждый, кто знаком со мной, знает, что я никогда не стеснялась надевать откровенные наряды, особенно на работе. Я ничего не боялась. Я всегда чувствовала себя комфортно. Но когда я попробовала надеть это платье — спустя два года после того, как ты меня полапал — я почувствовала, что боюсь, беспокоюсь, чувствую себя некомфортно. Раньше я была сексуально раскрепощена, была уверена в своём теле. Ты украл это у меня! Так почему же я тебя защищаю?!? Я прекратила тебя защищать. Той ночью я не сделала ничего неправильного. Ты сделал. То, что вы вдвоём сделали, было незаконно и аморально. И теперь я иду за тобой. Я возвращаю собственную силу, и теперь твоя очередь почувствовать последствия твоих действий. Твоя команда была проинформирована. Я собью с тебя спесь, и весь мир будет за этим наблюдать. #УничтожимПатриархат #MeToo».
Комментарии97  Ещё 31 источник 
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео