Ещё

Генеральный директор «Химок» Павел Астахов — о Шведе, Барцокасе и Евролиге 

Астахов — о Шведе, Барцокасе и Евролиге
Фото: Дмитрий Голубович, «Чемпионат»
Генеральный директор подмосковных «Химок» побывал в гостях у «Чемпионата» и дал большое интервью, в котором рассказал, что значит для команды , зачем главный тренер играет короткой ротацией и как клуб умудряется собирать аншлаги в двух городах Подмосковья.
— Павел Владимирович, сезон для вашей команды пока не самый ровный. Как он вам?
— Мы изначально понимали, какой у нас будет сезон. Готовились. Ещё в прошлом году у нас был план, который зависел от нашего попадания в Евролигу. Мы в итоге обыграли и попали. К этому стремились все — игроки, руководство клуба, но вместе с этим все понимали, какие у нас будут проблемы. Сейчас мы столкнулись с первым периодом турбулентности. Летом мы провели хорошую селекцию игроков, взяли хорошего тренера, новый тренерский штаб и хорошо стартовали в чемпионате. Это может быть связано с тем, что команда пока не понимала, как всё в итоге будет выглядеть, каждый старался проявить свои лучшие качества.
— Да ещё и с календарём повезло.
— Да, в Евролиге начали с трёх домашних встреч. Поэтому поначалу всё выглядело отлично, выигрывали с большим преимуществом, а потом — как это всегда и происходит — все начали, так скажем, притираться друг к другу. Тренер начал «щупать» каждого игрока, как он будет вести себя не только в тренировочном процессе, но и в игровой ситуации, игроки стали реагировать на тренера. Всё новое — и тренировочный процесс, и формат «предсезонки», и концепция игры новая. У нас всё поменялось по сравнению с прошлым сезоном, включая и игроков. Считал для нас важным сохранить костяк российских игроков, плюс очень хотел, чтобы у нас появился Маркович — так сказать, в помощь Шведу на периметре. И ещё нам удалось получить , это игрок сборной и в расцвете сил. Я понимал, что он нам должен очень помочь. А потом определились с тренером, и мы начали формировать состав, исключительно основываясь на его пожеланиях. Так и были приобретены все остальные игроки.
— И сезон начался отлично.
— Стартовали уверенно, да. Сейчас, как я уже сказал, период турбулентности, травмы начались… Но, когда мне кто-то говорит про травмы, я всегда отвечаю: «Посмотрите на , у которого почти в каждой игре кто-то выбывает». В этом нет ничего удивительного, это спорт. Думаю, что мы должны, выражаясь строительной терминологией, выйти на проектный уровень ближе к марту. Сейчас мы переживём этот период, который я не могу назвать неудачным, но точно скажу, что он непростой.
Потом у нас вернётся , и дальше мы должны будем только наращивать обороты.
— Марковича захотели после серии с «Зенитом»?
— Я давно наблюдал за Стефаном. Даже сейчас это большая редкость — двухметровый разыгрывающий, который может играть и спиной к кольцу, и бросать издали. К тому же он не жадный, он всегда отдаст передачу. Я видел, что они со Шведом — оба двухметровых, оба играют на периметре, оба с дриблингом, с броском, с агрессией — составят идеальную пару в рамках Европы. Сейчас у Марковича небольшая травма, но я надеюсь, что всё вернётся на круги своя. Здесь, конечно, важна роль тренера — как он использует каждого игрока, на какой позиции, что он ему говорит на тренировках, что требует на матчах. Здесь всё непросто: игроки амбициозные, каждый со своим мнением, и тренер тоже амбициозный, чемпион Евролиги, у него тоже есть своё мнение. Конечно, бывают рабочие недопонимания, микроконфликты. Но команда и становится командой, когда все проходят через эти ситуации, выясняют отношения, а потом становятся как единый кулак. Надеюсь, что это у нас в ближайшее время и произойдет.
— Сезон Евролиги уже второй сезон проходит в новом формате, для вашей команды это первый такой сезон. Сложно? — Тяжёлый формат. У нас всего пять недель, когда мы играем три матча в неделю, и две такие недели уже прошли. Третья будет в конце декабря. Как раз в это время у нас и возникали проблемы. В Евролиге мы ещё более-менее выглядели, а в Единой лиге проиграли два матча, которые, по моему мнению, должны были брать, — с «Зенитом» и УНИКСом. Возможно, это следствие в том числе и формата Евролиги. Если посмотреть на другие клубы, участвующие в Евролиге, у них тоже бывают сложности во внутреннем чемпионате. Например, мадридский «Реал», который недавно у «Мурсии» выиграл только в овертайме. Легко никому не будет, и мы всё это заранее понимали. Сейчас мы идём этим путём, и от того, как мы его пройдём, зависит наш результат.
— На встрече с «Зенитом» трибуны в буквальном смысле ломились от болельщиков. Чего больше — радости от такого интереса к баскетболу в Химках или досады от того, что многим людям на трибунах просто не хватило места?
— Во-первых, спасибо нашим болельщикам, что они нас поддержали! Во-вторых, я бы на каждой игре был рад видеть полные трибуны, не важно, с кем мы играем. Видна работа маркетингового отдела, они отлично всё сделали. Если бы у нас был стадион вместимостью, например, как «Арены Мытищи» или если бы мы там играли, то, думаю, и там бы собрался полный зал. Мы развиваемся как клуб.
— «Химки» собирают аншлаги в двух городах Подмосковья! А вы говорите, что просто развиваетесь.
— Всегда хочется большего. Когда на каждой игре будут аншлаги, когда перед каждым матчем на расстоянии 200 метров от арены будут спрашивать лишний билетик, тогда я посчитаю, что мы хорошо работаем. Сейчас мы пока только движемся в этом направлении. А что касается Мытищ и Химок, то я уже не раз подчёркивал, что мы — команда Московской области. Так сложилось исторически, что клуб зародился в Химках. Спасибо большое городу, что нас поддерживает, есть поддержка от губернатора Московской области, от . Наши спонсоры — спасибо им — поняли ситуацию, почему мы вынуждены играть в Мытищах. Но в Московской области любят баскетбол, в нашем регионе много детских специализированных спортивных школ. На каждую игру мы получаем много заявок и писем, в которых нас спрашивают, можно ли приехать на матч. Например, на встречу с «Нижним» приезжала спортивная школа из города Рошаль, который находится вообще на окраине области. Мы с удовольствием принимаем всех, выделяем места, лишь бы смотрели и получали удовольствие. Я думаю, для мальчишек из Рошаля приехать на матч «Химок», посмотреть на игру профессионалов — это целое событие в жизни. В этом направлении мы будем развиваться и дальше. Мытищи же — спортивный город, там полная арена набивалась на хоккейный «Атлант», там есть детская баскетбольная спортивная школа, в которой мой отец 40 лет проработал. Сразу было понятно, что в этом городе будет интерес к баскетболу.
— Российской баскетбольной истории известны случаи, когда клуб перебирался из города в город из-за более удобного, более современного, более вместительного зала. У вас такие планы есть?
— В Мытищах мы и так, можно сказать, обосновались. Все мы были на этой арене, она соответствует всем требованиям Евролиги, у нас там есть поддержка и понимание того, что там всё функционирует так, как нужно. Конечно, мы там не играем матчи Лиги ВТБ, но это было бы, наверное, неправильно по отношению к болельщикам из Химок. Мы продолжаем помогать им добираться на игру, и они с удовольствием ездят нас поддерживать. Пока мыслей о переезде у нас нет. Конечно, наш клуб хотел бы современный стадион, соответствующий всем требованиям, иметь в Химках. Но пока нет такой возможности. Вынуждены играть в Мытищах, но и там у нас всё хорошо — нас там поддерживают, и там мы проиграли всего один матч. Надеюсь, что и дальше будет так же. Мы искали другие спортивные дворцы в Мособласти, но Мытищи находятся ближе всего, и там одна из самых современных арен.
— Несколько лет назад вопрос о перестройке арены в Химках обсуждали вслух. Насколько это реально?
— Это очень сложный вопрос. Технически это всегда обсуждалось, но, когда доходишь до строительных правил, оказывается, что достроить можно только две трибуны за кольцом — перед дворцом спорта и за ним. Но у нас с одной стороны канал имени Москвы, водоохранная зона, а с другой — футбольный стадион. Площадь перед ареной, где вход, обычно забита перед матчами — там стоит телевидение и тоже нет возможности. Я уж не говорю о финансовом вопросе, ведь это огромные деньги. Кто их сейчас выделит? Пока нет такого решения и непонятно, будет ли когда-нибудь.
— Алексей Швед — абсолютный супергерой, но складывается впечатление, что иногда передерживает мяч. Вам там не кажется?
— Конечно, если ты претендуешь на то, что ты лучший игрок — причём не только в России, но и в Европе, — то у тебя будет много тех, кому что-то будет не нравиться. Это нормально и даже где-то подстёгивает к дальнейшему росту. Баскетболист только тогда и становится игроком высочайшего класса, когда способен выступать под давлением со всех сторон.
По поводу «передерживания» мяча это вопрос к тренеру, наверное, а мне как руководителю клуба нужен результат. Есть поставленные задачи, и я хочу их выполнить. А какую систему защиты играет команда, что делает в нападении, кто передерживает мяч, кто не забивает — это всё тренерские вопросы. То есть я как бывший игрок могу со стороны оценивать и рассуждать на эту тему, но не всё так просто. Когда находишься на тренерском мостике, нужно принимать решения за секунды, нужно знать, кто в какой форме находится, кто что вечером съел и от чего мучается. Тренерская работа очень сложна.
Тренер работает с игроками, которые сами по себе сложные люди. Это ребята с миллионными контрактами, со своим эго, и им невозможно, как в детской спортивной школе, просто сказать что-то сделать и думать, что они сделают. Нужно с ними искать общий язык. Профессиональный спорт сильно трансформировался по сравнению с тем, когда, например, я играл 20 лет назад. Вот у нас в «Динамо» был тренер. Непререкаемый авторитет. Что ты скажешь олимпийскому чемпиону? Ничего. Можно только послушать и сделать так, как он сказал. А сейчас к нам приезжают из лучших команд Европы, из НБА, и игроки тоже сравнивают тренеров. Если кто-то работал с Грегом Поповичем, то он приезжает сюда и сравнивает с Поповичем тренера, который есть здесь. И тренеру, который здесь, нужно найти нити управления игроком, чтобы из группы классных баскетболистов сделать единую команду.
— Томас Робинсон отлично влился в команду, у них со Шведом стало отлично получаться играть вместе. Но затем он сломал руку, и вам приходится непросто. Что будет, если вдруг на какое-то время из игры выйдет Швед? Его сможет кто-то заменить? —В «Химках» ситуация сейчас такая, что, если посмотреть на наш состав, то у нас на каждую позицию есть по два человека. Даже прошедшие игры показывают, что когда мы использовали большую часть игроков, то играли совершенно нормально и показывали результат. Например, с «Миланом» играли 11 человек, в концовку зашли все свежие и задавили. То же самое было на турнире им. Гомельского, который мы выиграли, всем хватало сил. А когда выкладываются 6-7 человек, конечно, в концовке все бегают с языком на плече, и мы не всегда доживаем до конца матча. Опять же, это вопрос о том, что сейчас идёт процесс узнавания игроков. Тренер же тоже хочет победить, и он сейчас смотрит, в концовке тот или иной игрок сможет «затащить» или не сможет. Думаю, что мы постепенно вернёмся к ротации в 10-11 человек в отдельно взятом матче, и тогда всем будет хватать сил. Да и по именам: Дженкинс в прошлом году был лидером «Црвены Звезды», Андерсона мы все прекрасно помним по «Жальгирису» и знаем, что он умеет делать результат, Гилл — вообще открытие. Я уж не говорю про Зубкова, про Соколова, про Моню, про Вяльцева, который может выйти и сходу положить два-три трёхочковых и отыграть в защите. У нас всё есть, нужно просто собрать кубик Рубика.
— С Барцокасом не общались на эту тему? Ведь усечённая ротация и правда иногда удивляет.
— С тренером я, конечно, постоянно общаюсь. Не считаю вправе ему что-то указывать, но свои комментарии даю. Он где-то соглашается, где-то нет, но всё видно на площадке. По каким-то своим причинам он пока не всегда использует широкую ротацию. Но думаю, что сезон заставит его это делать, потому что если играть в пять человек, то до конца сезона эти пятеро просто могут не дожить.
— Как раз про «не дожить». Есть мнение, что травмы посыпались на команду из-за того, что «Химки» недоработали по ходу предсезонной подготовки. Если с Ивановичем игроки не знали отдыха, то с Барцокасом просто закрылись в зале и работали с мячом, не уделяя должного внимания физике. Почему спрашиваю, просто в «Локомотиве» было то же самое, в «Олимпиакосе» тоже был сезон с очень большим количеством травм.
— У Барцокаса своя система. Как он говорит, своя философия игры, философия отношения к баскетболу. Она начинается с «предсезонки» и длится целый год. Тренер готовит команду так, как считает нужным, и если посмотреть на его прошлые успехи, то получается, что он всё правильно делает. Сложно ему что-то советовать, потому что у него есть заслуги. Вот чемпиону НБА скажешь, что у него не такой бросок, а он тебе ответит: «Я чемпион НБА, а ты кто?». Я, конечно, утрирую, но здесь то же самое. Профессиональный спорт невозможен без травм. Тем более одно дело, когда травмы происходят непонятно, где и как, а другое, когда все мы видим, как игрок травмируется. Робинсон прыгнул за мячом, упал, я прямо рядом сидел, видел, как он на руку приземлился. Он ещё отыграл до большого перерыва, а в перерыве подошёл и со слезами на глазах сказал, что больше не может, рука не гнётся. Что тут скажешь? У Гилла аппендицит, тут вообще ничего не сделаешь. Маркович пошёл в проход, подвернул ногу. Это всё рабочие травмы, тут ничего нельзя сказать.
— Барцокас не лучшим образом ушёл из «Локо». Поменял всю команду, а потом заявил, что сам хочет уехать. Когда приглашали его, учитывали лето-2016?
— Конечно учитывали. Но уход — это личный выбор человека.
— То есть «Химки» понимают, что ружьё на стене всегда может выстрелить?
— Да, но до весны нужно ещё дожить. Мы учитывали опыт и неудачного прошлого сезона в «Барселоне». Я и с людьми из «Барсы» общался, собирал информацию. Мы сложили всё вместе, проанализировали и поняли, что из всех, кто был на рынке, он больше всего хотел оказаться в «Химках», что он опытный, титулованный. Больше скажу, я даже с нашими игроками по этому приглашению консультировался. У всех было очень хорошее мнение о нём, как о тренере. Сейчас они столкнулись друг с другом в работе, и я пока ни от кого плохих слов о тренере не слышал.
— Про возможное приглашение Блатта уже, наверное, некорректно спрашивать…
— У нас и с Барцокасом всё неплохо. В Евролиге отлично начали, скоро должны оправиться и снова заиграть. В Единой лиге ВТБ с «Зенитом» и УНИКСом чего-то не хватило, но я по-прежнему считаю, что по своему потенциалу мы сильнее. И в том, и в другом случае мы вели по 10 очков, но в концовке мы наделали кучу ошибок, тренерский штаб это всё не остановил. Но это процесс формирования команды. Когда мы научимся делать так, чтобы мы хорошо стартовали, получали преимущество, держали преимущество, не отдавали его в концовке, тогда у нас появится команда, которая претендует на самые высокие места. Сейчас мы в процессе. Все друг другу помогаем, я у Барцокаса каждый день спрашиваю, чем могу помочь. Это касается не только схем на площадке, но и микроклимата, любых других ситуаций. Кого-то подбодрить, кого-то оштрафовать…
— Много штрафов было в этом сезоне?
— Ну… Были. Кто-то опаздывал, кто-то не вовремя приехал из отпуска. Хотя всегда сначала идёт предупреждение, иногда даже второй раз тоже предупреждаем, когда объективно лучше не принимать никаких мер. Штрафов было не так много, но они были.
— При вас сменилось уже три наставника, и каждому приходилось решать проблему «шведозависимости». Базаревич на чемпионате Европы смог — команда играла два матча за медали, Швед стал лучшим снайпером турнира. Сборная отнеслась к этому с пониманием.
— Да, каждый тренер должен учитывать фактор лидера команды. У всех есть лидер или несколько лидеров, которые должны быть встроены в общую концепцию игры. В прошлом сезоне Алексей не сыграл в первых матчах, у него была травма, и он постепенно вливался в сезон в игровом режиме. В этом году проблем таких нет, да и у самого Барцокаса есть опыт: в «Олимпиакосе» у него был Спанулис, в «Локомотиве» — Дилэйни. Сейчас у него есть Швед. И сам тренер подчёркивает, что с хорошими игроками можно что-то выиграть, но без таланта ты ничего действительно значимого в своей карьере не выиграешь. Сейчас у нас происходит притирка тренера к игрокам, игроков к тренеру, игроков между собой, тренерским штабом. Мы узнаём друг друга, нужно ещё немного времени.
недавно рассказывал про дедовщину в клубе.
— Дедовщина — это нормальная история, которая была у нас у всех, все через это прошли. В любом коллективе, когда ты приходишь, всегда прислушиваешься к опытным работникам. Налаживаешь контакт. Швед, например, сам может ком угодно дедовщину устроить, а если взять глобально, то это тоже работа тренера — устраивать взаимоотношения в раздевалке, внутри коллектива, заряжать своей энергией, кому-то дать подзатыльник. Кроме тренера, никто это не сделает. Это как генерал в армии. Конечно, есть давление со стороны капитана команды, со стороны «старичков». Когда человек приезжает в Россию впервые, он не всегда сразу начинает понимать, как всё устроено. Здесь помощь в адаптации со стороны ветеранов команды неоценима.
— Вы ездите с командой на все выездные матчи, не пропустили ни одного. Всегда внутри процесса. Но говорите, что это задача тренера, то задача тренера. Вы сами влияете на атмосферу в команде?
— Я внутри всех процессов, это да. Но, когда мы приглашаем тренера, мы сначала проделываем большую аналитическую работу, смотрим рынок, выбираем.
Останавливаемся на человеке, договариваемся, проводим переговоры, подписываем контракт, и тут уже остаётся только доверять человеку. Мы его и выбрали для того, потому что, по нашему мнению, он должен добиться тех результатов, которые нам необходимы. И когда генеральный директор начнёт влезать в тренировочный процесс, в количество и время занятий, во время выезда или отъезда, то возникает вопрос, а зачем ему вообще тренер?
— А если не вмешиваться, то придёт Душко Иванович, и тренировки станут длиться шесть часов. И команда встанет на дыбы.
— Когда чувствую, что тренер или игроки могут встать на дыбы, я тут же вмешиваюсь. Всё в жизни было. Но, опять же, вот я, например, продукт советской баскетбольной системы. У нас в 16-летнем возрасте было по пять тренировок в день, и никто ничего не говорил. Выживал сильнейший. Но я вмешиваюсь, когда что-то очевидно идёт не так.
— Сейчас клуб ведёт какую-то работу по замене Робинсону?
— Мы всегда мониторим рынок. Но сейчас тяжело найти игрока высокого уровня, который к тому же готов подписать контракт на несколько месяцев. Когда Робинсон вернётся, то, разумеется, нам придётся расторгать контракт. И всегда вопрос, как новичок вливается в коллектив. Были же примеры: Клавера взяли во второй половине сезона, он у нас не раскрылся, а в следующем сезоне в «Локомотиве» сыграл хорошо. Так что посмотрим. В жизни обычно бывает так, что чего-то сильно хочешь, но не получается. А затем отпускаешь — и через какое-то время всё складывается и происходит само собой. Поэтому и сейчас если сложится ситуация, то мы кого-то подпишем, но это не какая-то приоритетная задача.
Лучшие моменты Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео