Голышев о Ламорелло: «На ум приходят бесчисленные разговоры о том, как я нужен команде. А на деле все было наоборот»

Хоккеист вернулся в КХЛ по ходу прошлого сезона из «Айлендерс», за который не сыграл ни одного матча.

– Видел, где вы передавали привет Лу Ламорелло. Гладко выбритое лицо – главное наследие генерального менеджера «Айлендерс»?

– На самом деле давно просто не брился. А тут лето, жара, решил освежиться. Вспомнил, как в Америке брились каждые три дня. Решил пошутить, передать привет Ламорелло.

– У других менеджеров и тренеров, с кем работали, бывали странные запреты или правила?

– Ничего необычного не вспомню. Разве что один тренер не любил, чтобы в день игры женщина находилась в раздевалке. Уборщица или кто бы то ни было.

– Помимо запрета на бороды, чем вам запомнился Ламорелло?

– Когда я вспоминаю о нем, то на ум приходят бесчисленные разговоры о том, как я нужен команде, как меня видят в составе.

А на деле все было наоборот. Никого ни в чем не хочу обвинять, но у меня с Ламорелло только такие ассоциации.

– А в целом поездка в «Айлендерс» вам что-то дала?

– Это был хороший урок для меня. Я уезжал, чтобы выйти из зоны комфорта. Эта поездка только сплотила нас с женой. Мы с детьми там были одни, это непросто.

Вернувшись в Екатеринбург, расслабились: здесь и няня, и отец мой помогает с детьми. Что касается поездки в «Айлендерс», то осадок, конечно, остался. Я очень много потерял и в деньгах, и в другом, но приобрел главное – опыт.

– Были ли люди, которые помогали вам и вашей семье в Нью-Йорке?

– Конечно! Помогал агент и ребята из команды: Сорокин, Варламов, Комаров.

В некотором роде помогал Коля Кулемин, чьи друзья больше 20 лет живут в Нью-Йорке и стали почти как местные. Это люди, которые любят хоккей и в чем могут всегда помогут русским хоккеистам, – сказал нападающий «Автомобилиста».