Форвард «Сочи» Эллис о жизни в России: «Все не так, как показывают в Америке по новостям – условия отличные, никаких проблем. В Петербурге многие знают английский – я был удивлен»
26-летний американец проводит первый сезон в FONBET КХЛ. Он начинал чемпионат в «Шанхае», который базируется в Санкт-Петербурге.
– Что вы знали о российском хоккее и КХЛ в целом до получения предложения? Какие были стереотипы или представления?
– У меня была возможность узнать о лиге из первых уст. Когда я еще выступал в юниорской лиге Онтарио, в нашей семье по обмену жил Михал Йордан, который долго выступал в КХЛ в составе «Амура». Мы с тех пор поддерживаем близкие отношения. Поэтому, когда мне поступило предложение из КХЛ, я посоветовался с ним перед переходом. Михал честно рассказал мне о российском хоккее и убедил, что это лучший вариант для развития карьеры и выхода на новый уровень.
– Долго ли думали над предложением?
– Я думаю, вы сами понимаете, что на Западе новости транслируют не совсем ту картинку, которая есть на самом деле. Когда я только получил предложение, промелькнула мысль, что я ни за что не поеду в Россию. Позже, обдумав все еще раз, я понял, что это лучший вариант для продолжения карьеры. Пообщался с ребятами и понял, что в России отличные условия, никаких проблем. Как для хоккея, так и для жизни.
Когда я приехал сюда, понял, что принял правильное решение. Все совсем не так, как показывают в новостях в Америке. Моя семья тоже приезжала в Россию, и им все очень понравилось. Я наслаждаюсь временем здесь.
– Как проходила адаптация к жизни в России?
– Адаптироваться здесь было совсем не трудно. Во всяком случае, гораздо проще, чем в Финляндии. Там языковой барьер ощущался очень остро из-за специфики маленького города.
В Петербурге же все иначе – я был приятно удивлен тем, как много людей знают английский. И, конечно, нам очень повезло с переводчиком. Алина стала для нас настоящим спасением: она помогала всей команде буквально во всем, от адаптации в клубе до обустройства жизни в городе, – сказал Эллис.
«Запрет России – убогая вещь, которая должна потерпеть крах. Некоторым сложно смириться с тем, что она была, есть и будет сильной, в том числе в спорте». Гаджиев о возможном возвращении
