Войти в почту

Одна из лучших программ в истории фигурки — про Нотр-Дам. Ее поставила россиянка Марина Зуева

Последние несколько лет танцы на льду — самый предсказуемый вид в фигурном катании. Есть Габриэла Пападакис/Гийом Сизерон и все остальные. Вернуть интригу получилось ровно на один сезон, перед Пхенчханом-2018 — канадские чемпионы Тесса Вертью и Скотт Моир решили завоевать еще одно золото Игр. Слишком болезненным оказалось поражение в Сочи. Тогда их обошли одногруппники Мерил Дэвис и Чарли Уайт. Перед Олимпиадой-2014 о доминировании французов не было и речи, а ритм в мировых танцах задавали две пары, с которыми в клубе Arctic Edge в Кантоне (штат Мичиган) работали Игорь Шпильбанд и Марина Зуева. Летом-2012 тренерский дуэт распался. Шпильбанд переехал в соседний город — Нови. Спортсмены продолжили работать с Зуевой. Возможно, именно это решение стоило Вертью и Моир золотой медали в 2014 году. Тесса не скрывала своего разочарования и даже в официальных интервью намекала на дефицит тренерского внимания. По ее словам, за год до поездки в Сочи Зуева сосредоточилась на работе с Дэвис и Уайтом. Отсюда результаты: два поражения на двух главных турнирах — чемпионате мира-2013 и Олимпийских играх-2014. Зуева старательно повторяла, что иметь в одной группе два таких дуэта — большое счастье для тренера: «Самая сильная сторона Тессы и Скотта заключается в умении передать зрителям свое отношение к музыке, саму ее душу до такой степени, что люди начинают любить эту музыку слушать ее дома. А Чарли и Мерил — это вихрь, мощь, страсть. Обе пары катаются вместе много лет, в них сильно чувствуется единение на льду». Конечно, у Зуевой вряд ли были любимчики. Для тренера такого уровня это просто непрофессионально. Но с Мерил и Чарли ей точно было интереснее. Как говорят в актерских кругах, это была работа на сопротивление. У Тессы и Скотта репутация классных танцовщиков сложилась еще на юниорском уровне. При этом известный канадский тренер Пол Макинтош оценил их перспективы, когда Тессе было всего 8, а Скотту — 10 лет. «Таких детей можно встретить только раз в жизни», — рассказывал он в одном из интервью в далеком 1999 году. У Мерил и Чарли — другая история. Их называли слишком резкими, не очень выразительными и постоянно указывали на скромный, особенно по меркам танцев, рост. «Вертью и Моир — это путь гармонии или как говорят американцы, chemistry, — объясняла Зуева в одном из интервью. — Они выходят на лед, музыку еще не включили, они еще не сделали ни шага, а картина уже есть. А дальше мы просто показывали эту картину в таком ключе, чтобы все наслаждались. Над взаимоотношениями между Мерил и Чарли на льду, над их драматическими качествами пришлось поработать. Над их образами — тоже. Когда я впервые увидела Мерил, ей было 13 лет, она была блондинкой с короткой стрижкой, внешне непропорциональной. Чарлику было 12, парень с короткими волосами, цвет их даже не помню. Помню, когда сказала о том, что ему нужно отрастить волосы, это очень обрадовало его маму. Потом она даже говорила, что я раскопала в ее сыне душу. Он же был маленьким хоккеистом, а стал выразительным фигуристом. Мерил, и я это сразу поняла, глубоко элегантна и эстетична внутри. Она не делает ни одного фальшивого движения, в ней вы не увидите фальшивых чувств». При этом большинство программ Дэвис и Уайта — драмматические, с четко поставленной (прежде всего перед партнершей) актерской задачей: Розалинда из «Летучей мыши», Шехерезада, Эсмеральда из «Нотр-Дам де Пари». Но Мерил не играет. Каждый раз выходя на лед, она просто проживает историю своей лирической героини. Один из самых показательных в этом смысле произвольный танец в сезоне-2012/13. На старте предолимпийского сезона в танцах была очень напряженная ситуация. Распалась самая успешная тренерская группа (Зуева и Шпильбанд), а лучшие пары продолжали делить золото прошедшего в Ницце чемпионата мира-2012. Дэвис и Уайт никак не могли принять, что судьи поставили выше Вертью и Моира. Дополнительную интригу создавало место проведения следующего чемпионата — канадский Лондон, родной город Тессы и Скотта. Мерил и Чарли сразу решили, что это лучший момент для реванша. Нужны были беспроигрышные программы. Выбор музыки для короткого танца определяли ритмы, заданные ISU — марш, вальс и полька. С произвольным не могли определиться довольно долго, пока Марина Зуева не увидела передачу про самые кассовые мюзиклы в мире. Один из них — «Нотр-Дам де Пари» попал в Книгу Рекордов Гиннеса как самый успешный в первый год работы. В голове сразу возник образ Эсмеральды для Мерил. «Эта программа — новаторская, — рассказывала потом Зуева. — Элементы, из которых она состоит на момент премьеры даже не измерялись правилами. Вращения, заходы на твиззлы и дорожки никогда не исполнялись таким образом. Поддержки — тоже. Они поставлены именно под эту музыку. Попробуйте перенести любую поддержку в другую постановку — и она потеряет смысл. И еще одна важная деталь — в каждой поддержке сложные позиции соединены сложными переходами». Чтобы реализовать все задумки хореографа, к работе подключили специалистов из «Цирка дю Солей». Изначально их приглашали для Тессы со Скоттом, еще на старте их карьеры. Тренеры боялись, что из-за маленькой разницы в росте канадцам будет очень тяжело выполнять поддержки. К сезону-2012/13 опасения прошли, но профессиональная привычка осталась. «Когда я ставлю хореографию, ставлю ее сама, — объясняла свой подход Зуева. — Но когда нужно готовить спортсменов и растить их, то, конечно, нужно больше педагогов. Не важно, нравится ли мне работать с кем-то или нет, просто необходимо подключать профессионалов своего дела для качественного становления спортсменов. Нужно заполнять каждую ячейку, выбирать правильный путь, который быстрее приведет к достижению целей». Делая акцент на женском образе в программе Дэвис и Уайта, Зуева не могла поступить иначе в случае с Вертью и Моиром. Эсмеральда Мерил соревновалась с Тессы. И раз за разом выигрывала. Сначала — в финале Гран-при, который проводился на новенькой арене в предолимпийском Сочи, потом — на чемпионате Четырех континентов. Это поражение получилось особенно обидным для Тессы и Скотта. Они впервые за долгое время оказались немного выше по итогам короткой программы, а в произвольной прервали танец в середине исполнения — у Тессы свело ногу. Через несколько минут прокат удалось продолжить, но уже фактически без шансов на итоговую победу. На чемпионате мира всех судей и болельщиков удивили (и восхитили) Дэвис и Уайт. Их «Полька» и «Нотр-Дам» окончательно и бесповоротно закрепили за ними статус главных претендентов на олимпийское золото-2014. Прогнозы экспертов, которые поверили в Мерил и Чарли, оправдались меньше чем через год. Они выиграли золото и объявили о завершении карьеры. Но остались очень близки со своим тренером, которая научилась понимать их как никто другой. Зуева до сих пор ставит им программы для шоу. А два года назад Мерил объявила о помолвке с Федором Андреевым, сыном Марины Зуевой. С уходом Мерил и Чарли в танцах на льду начался новый этап. Танцоры со всего мира потянулись в пригород Монреаля. Там на катке спортивного комплекса Гадбуа появилось новое направление, которому все та же Зуева придумала название — «приглушенный модерн». «Мы пережили целую эру экспрессивных программ. Теперь в цене другое. Внешне страсти и эмоции приглушены, но бушуют внутри», — объясняла она. На эксперимент решились тренеры Мари-Франс Дюбрей и Патрис Лозон. Чуть больше десяти лет назад они боролись за звание первой пары Канады с Вертью и Моиром, а в прошлом году привели их ко второму личному золоту Олимпиады. А еще именно они с каждым годом заставляют всех замирать, когда на льду появляются их ученики Габриэла Пападакис и Гийом Сизерон. Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

Одна из лучших программ в истории фигурки — про Нотр-Дам. Ее поставила россиянка Марина Зуева
© Sport24