Ещё

Александр ЮДИН: Лига за драку берет штраф и с клуба, и с игрока. Уничтожаем прекрасный вид спорта! 

Александр ЮДИН: Лига за драку берет штраф и с клуба, и с игрока. Уничтожаем прекрасный вид спорта!
Фото: Спорт уик-энд
Хоккей. С точки зрения тренера
Уже полтора сезона  — «тафгай всея Руси» — работает тренером клуба КХЛ . К своей мечте он шел долго. И теперь уже в новых реалиях живет по кодексу «викинга», продолжая говорить, что думает.
Игроки теперь миллионеры. Поэтому, проще выгнать тренера
— Полтора года, проведенные в «Амуре», вас сильно изменили как личность? — Я с каждым днем становлюсь сильнее. Понимаю, что такое тренерская работа. Какие ошибки делать нельзя, как общаться с хоккеистами. Немножко себя ломаю. Сейчас надо в ногу со временем: и работать, и жить. Не так как раньше делали великие тренеры. Многое зависит от болельщиков. Чем чаще с ними контактируешь, тем больше они помогают команде. Когда полные трибуны ответственность больше: и у нас, и у ребят. — Как контакт с игроками складывается? Они знают, кто такой Александр Юдин? — Сейчас уже хорошие отношения: знаю, кто что говорит, что думает, на что обижается. К каждому игроку, как психолог, подходишь. Уже знаешь, как сделать так, чтобы из каждого выжать сто процентов. Если с кем-то не найти общий язык, то так и будет играть на 50 процентов. Нужен индивидуальный подход: кому — конфету, кому — в баню сходить, кому — про детскую коляску напомнишь. Они же миллионеры — получают больше, чем тренерский штаб. Лучше выгнать тренера, чем игрока. Все поменялось. — Нынешнее поколение хоккеистов избаловано: известностью, деньгами, современными технологиями? — Я скажу словами : «Сейчас некоторые мои подопечные даже отказываются делать упражнения, которые предлагаю». И это в , куда должны мечтать попасть. — Желание учиться у хоккеистов есть? Или попали в КХЛ — жизнь удалась? — Я раньше с  общался. Он рассказывал, когда долго не забивает, то психологически ломается и потом попадает в яму. И неделю там сидит. Чем быстрее ты своего игрока оттуда вытащишь, тем лучше. А если не поможешь это сделать, то он может там так и остаться. Надо ему в такой момент помочь, больше времени уделить. Мол, давай-давай, ничего страшного, что у тебя плюс/минус плохой, брось! Следующая игра у него опять неудачная. И снова — мы в тебя верим! А раньше как было: два дня тебе даем — если нет, марш — Оленегорск! Или как Харламова — в Чебаркуль! Сейчас для нас каждый игрок — как боевая единица.
Я — викинг, у меня нервная система хорошая
— Поэтому вы своих подопечных бережете… — Да, хоккеист играет плохо, а мы — тренерский штаб во главе с Александром Вячеславовичем Гулявцевым — вокруг него бегаем. А он смотрит и не понимает, его же должны ругать. Но в конце концов игрока прорывает: он и гол забил, и вратаря закрыл, и с травмой на лед вышел. Потому что начинает ценить тренерский штаб. А если бы не нянчились — быстро бы у нас осталось человек 10 в составе. Играли бы по 0:8, 0:7 — и нас бы через две недели в команде не было! — Что все-таки более эффективно игроку показать кнут, палку или конфетку? — Могу сказать, что палкой уже не получится. Если только платишь вовремя зарплату и премиальные, тогда можно помахать. Плюс, если есть шанс куда-то отправить. А так, только плетку достанешь — он скажет: «Вы все равно мне деньги не заплатите. Я играть не буду». И мы еще одну боевую единицу теряем. А потом он еще ныть будет, говорить своим партнерам: «Чего вы играете? Зачем вам это надо»? И опять мы лишимся нескольких хоккеистов, потеряем очки. И тренерский штаб выгонят. — Еще одна серьезная проблема, с которой вам пришлось столкнуться в «Амуре» — постоянные многочасовые перелеты. Как с этим бороться и насколько они влияют на результат? — У нас очень хороший тренерский штаб во главе с Гулявцевым. Есть два доктора. И наш президент —  — помогает, знает, что к чему. Мы в курсе, как игрокам следует отдохнуть, когда надо провести тренировку, когда выспаться. Например, после игры надо обязательно остаться в том же городе, переночевать. Ведь летишь, еще не восстановившись, а тут, к примеру, еще и аэропорт закрыт. Дальний Восток — это очень тяжелая штука. — После бесконечных перелетов не путаете, случаем, день и ночь? — У меня такое ощущение, что все страдают, а я балдею. Я как викинг. Перевел часы, лег и встал нормально. У меня нет каких-то трудностей. Всем говорю, что они — психи, а у меня нервная система — хорошая. Ведь я себя правильно вел всю жизнь. Не дрался, ни чем противозаконным не занимался (смеется). Спокойно, лег, поспал, а психи не спят, поэтому у них все сбивается. Чувство юмора от Александра Юдина (хохочет).
С  летали как десантники
— В вашей карьере, какой перелет был самым страшным? — Не скажу, что мне все равно, но как-то спокойно к этому отношусь. Например, как-то из Питера мы летели на частном самолете, который потом разбился — доски вез на дачу. Попали в грозу и ветер — а я сел с пилотом, там, где бомбы метают, внизу люк. Начали приземляться. Спрашиваю: «А где полоса»? Он говорит: «Вон она, сбоку». Смотрю — действительно боком летим, потом резкий поворот — и садимся перпендикулярно. Думаю, сейчас самолет будет кувыркаться, а оказывается у него противоюзное устройство установлено. Это военные летчики были. Как я понял — самые лучшие в мире. Прикольно было. — Да уж. — Еще случай был, когда мы с Борисом Петровичем Михайловым на военном самолете летели, на котором танки перевозят. Там люк еще закрывался. Вся команда сидела на ящиках из-под патронов. В облака входим, кислорода не хватает, и все засыпают — бум! Как десантники, просто не пристегнутые. — В 1990-е? — Да. Еще помню керосин под Тольятти закончился. Кругом поле, снег. Борис Петрович говорит: «Ребята, у нас горючего нет». Хорошо его узнали — подогнали. Опять заправились — полетели!
Лучше жене шубу купить, чем на деньги попадать
— Когда тренер самый известном в прошлом российский тафгай, игроки «Амура», наверное, могут хорошо постоять за себя? Уроки берут? — Немножко показал некоторым, как надо. Но сейчас такие штрафы, да и не модно стало драться. Если игрок подерется, то сам заплатит деньги. Лига берет штраф и с клуба, и игрока. Зачем вступать в поединок, если попадешь на деньги? Причем, приличные. Лучше жене шубу купить. Уничтожаем этот прекрасный вид спорта. Кулачный бой на льду. Это всё из хоккея уходит! Плохо! — Сейчас среди игроков стало модно ходить на тренировки в боксерский зал. В том же  это практикуется. Но есть ли смысл, если хоккеисты не могут свои полученные навыки применять на льду? — Если игроки СКА ходят в боксерский зал, то, наверное, им тренеры разрешают. Может, потом сказать, что, к примеру, защитил кого-то из лидеров. А у нас — молодец, не молодец — зависит от судей. Арбитр выписал удаление — плати! А нам важна каждая победа. Вдруг кто-то подерется, получит пять минут штрафа и нам забьют две шайбы? К примеру. И непонятно, кто прав, кто виноват — кого казнить? Лиге просто надо отменить такие правила. — Пусть драки будут нормальные. — Да, не клюшкой по голове, а нормальные — заступился за партнера. Например, видишь, что вратарю врезали — защити его! А так… Соперник притормозил перед голкипером, накрыв того снегом… Значит, ты, защитник, виноват, ты — плохой! Не должен был пускать нападающего в эту зону. Я, когда в СКА 1993 год тренировал, говорил игрокам: сколько раз позволите атакующей стороне ударить вратаря клюшкой, столько кругов и будет бежать защитник. Три раза, значит три круга! Игорь ГУРФИНКЕЛЬ.
Видео дня. Рейтинг вратарей с самым большим количеством сухих матчей
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео