Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол
Легкая атлетика

"На церемонии награждения пел гимн России". Саночник Репилов о победе на чемпионате мира

Первый в истории российского санного спорта трехкратный чемпион мира Роман Репилов в интервью ТАСС рассказал, почему золото турнира в германском Кёнигсзе для него особо дорого, насколько тяжел был путь к успеху и кто больше всех ждет его возвращения домой.

"На церемонии награждения пел гимн России". Саночник Репилов о победе на чемпионате мира
Фото: ТАССТАСС

Видео дня

— Роман, какие чувства после победы?

— Я уезжаю из Кёнигзсе с отличным настроением. То, что мне удалось здесь добиться, дорогого стоит. Я сумел победить на главной немецкой трассе, на которой выросли наши основные конкуренты и , неоднократные олимпийские чемпионы.

Обыграть в Кёнигсзе того же Феликса — выше некуда. Это реально круто, поэтому ко мне здесь все подходят и восхищаются. А Лох же в этом году безраздельно доминировал на этапах Кубка мира, и ему многие заранее вешали на шею все золотые медали этого чемпионата мира. А здесь, бах, Рома взял его и обыграл.

Круто также, что в течение двух следующих сезонов я снова буду выступать на этапах Кубка мира в майке с надписью World Champion, так как в олимпийском году чемпионат мира не проводится.

— Так получилось, что вы вошли в историю российского спорта, став первым зимним нейтральным чемпионом мира из России. Легкоатлетка Ласицкене в 2017 году была абсолютно первой. Каково быть первовосходителем?

— Прикольно. Я об этом никогда не думал. Но я не знаю, стоит ли это особо пиарить, что Рома Репилов стал первым зимним чемпионом мира из России, у которого не было ни флага, ни гимна своей страны.

Для меня, честно говоря, сейчас особой разницы нет, в каких условиях выступать. Я уже обладаю очень серьезным иммунитетом ко всему этому, что мне все теперь по барабану. На Олимпиаду в Южную Корею в 2018 году успел съездить без флага, этот весь сезон живем под диктатом коронавируса, а под новый год опять флаг забрали. Хуже быть уже не может.

Моя нервная система уже на это давно не реагирует, сил нет никаких. Конечно, круто одержать победу вопреки всем этим негативным обстоятельствам, но я об этом теперь вообще не думаю. Я просто хотел здесь победить. И все.

— Этот нейтральный комбинезон, в котором вы стали чемпионом мира, наверно, стал для вас счастливым. Оставите его до Олимпиады, где у россиян опять не будет флага?

— Ну, это проблематично, нам на сезон нужно несколько комбинезонов. Может быть, к Играм нам сошьют комбинезоны еще лучше. Но я вообще не суеверный, в одних трусах или носках выступать весь сезон точно не буду. Есть экипировка, которая шьется специально под меня, три-четыре комбинезона на сезон. Но это совсем другое.

— Вы вчера сказали, что этот сезон является самым сложным для вас. Почему?

— Да все просто. Из-за коронавируса мы живем в полной неопределенности уже практически год. После мартовского чемпионата России постоянно все переносится или отменяется. Чемпионат мира перенесли из Канады в Германию, отменили весеннюю омологацию (тестирование — прим. ТАСС) олимпийской трассы в Китае, куда я должен был поехать. Затем омологацию перенесли на октябрь, всех пригласили, а меня нет. Начало тренировок перед этим сезоном тоже было перенесено на полтора месяца, мне пришлось дома самостоятельно готовиться к сезону.

Первые сборы также сопровождались дополнительной морокой. Перед каждым сбором нужно было три дня отсидеть карантин в своей комнате. Только пьешь, ешь и потихоньку наливаешься, как пузырь. А после этого к тренировкам приступать достаточно тяжело. А потом мучительное ожидание начала сезона, который оставался под большим вопросом долгое время. То летим, то не летим. Никто не мог сказать что-то определенное.

Только к началу этого года у меня все стало потихоньку складываться, и на первом в 2021 году этапе Кубка мира, который проходил здесь же, в Кёнигсзе, я стал вторым. После Кенигзсе мы поехали на чемпионат Европы в Сигулду. Вечером накануне гонки я стал убирать подготовленные сани в чехол, и у меня отказала спина. Защемило нерв, доктор начал уколы всякие колоть, чтоб я смог ехать. Думал тогда, что сезон вообще на этом закончился, так как встать не мог.

В итоге к чемпионату мира этот эмоциональный и физический груз накопился до таких размеров, что тут я думал только о том, как максимально собраться и выступить. И ни о чем другом больше.

— Вы вместе с командой почти три месяца безвылазно находились в скованной карантином Европе, где был только один маршрут: отель — трасса — отель. Это тоже тяжело?

— Чтобы не раздражать местных жителей, которых коронавирус запер по своим домам, мы, выходя иногда в ближайший магазин за водой, вынуждены были надевать обычную одежду, а не спортивные костюмы с символикой. Здесь цирк какой-то, в каких-то городах действует комендантский час, в некоторых странах даже магазины не работали. В той же Австрии невозможно было купить еды, и я даже на два килограмма похудел. У меня многое в жизни было, но то, что случилось в этом сезоне, все реально жестко. Тебя поместили в некую капсулу, и ты не имеешь права вообще дергаться.

— Обычно перед Новым годом саночникам дают небольшие каникулы, чтобы съездили домой и немного передохнули в окружении самых близких им людей. В этом сезоне вместо каникул вы поехали на тренировочную неделю в Кёнигсзе, чтоб лучше подготовиться к сезону…

— Я думаю, что мы не смогли перед Новым годом выбраться на родину не потому, что надо было готовиться к чемпионату мира. Лично я понимал, что если улечу в Россию, то по возвращении какой-нибудь товарищ из Международной федерации обязательно посадит меня на длительный карантин и лишит возможности нормально тренироваться. А наши соперники имели возможность очень часто ездить к себе домой, так как в Европе общие эпидемиологические требования.

— Вернемся к субботней церемонии награждения. Соперники были в недоумении, когда в честь вашей победы поднялся не российский флаг?

— Вчера Феликс Лох над всей этой ситуацией по-доброму посмеялся. Раньше для нас, да и для них казалось, что, возможно, для нашего наказания и существуют какие-то хотя бы малейшие основания. Но сейчас уже все понимают, что это чистая политика. И спорт давно уже является ее заложником.

Спортсмены все подневольные, они вынуждены выступать по таким правилам. Но в России есть и другие люди, которые должны оперативно и эффективно решать все эти вопросы. Ведь не один год российский спорт находится в таком сложном положении, пять лет минимум. Неужели за это долгое время нельзя было решить эту проблему?

Получается так, что многие спортсмены моего возраста за всю свою жизнь могут ни разу не выступить на Олимпиаде под флагом своей страны. И кто-то будет считать, что это даже нормально. На Игры в Пхёнчхане я ездил без флага, в Пекин, если отберусь, также отправлюсь нейтралом. Это уже в дурную привычку превращается, как будто так и должно быть.

Но наличие флага и гимна своей страны — это не самое главное в жизни спортсмена. Куда важней, если тебя поддерживают твои соотечественники, твои земляки. В Дмитрове, да и в других городах нашей большой страны люди знают, что есть такой русский саночник Рома Репилов.

— Когда играл гимн Международной федерации санного спорта, что вы делали в этот момент?

— Пел гимн России. Если бы в руках был микрофон, я бы на всю округу спел. У меня уже был опыт, когда мы с Семеном (Павличенко — прим. ТАСС). пели гимн в Оберхофе, когда там техника подвела.

— Победу на чемпионате мира вы посвятили своим родным. Они по вам тоже сильно скучают, наверно?

— Слава богу, мы живем в XXI веке, уже придуманы средства коммуникации, позволяющие видеть близких людей, находящихся вдалеке от тебя. Но это все равно суррогат общения какой-то.

— У вас растет дочка…

— Да, Авроре уже два года. Когда я возвращаюсь домой после длительных поездок, ее любовь ко мне становится каждый раз все сильней, мне кажется. Пусть я подолгу не бываю дома, но она все равно меня не забывает, так как, возвращаясь, я почти все время провожу с ней. Когда я приезжаю домой, сначала она выскакивает из-за угла, чтоб меня напугать, а потом сразу бежит обниматься. Когда мы с ней общаемся по видеосвязи, то все получается, она может уже выражать свои мысли. Недавно Аврора сказала мне: "Папа, сильно-сильно" и обняла камеру. Так моя дочь рассказывала, как очень сильно скучает по мне.

— С начала этого года вместе с вами выступает ваш младший брат Павел Репилов. Санный спорт достаточно опасен, наверняка вы волнуетесь за него, испытываете дополнительную ответственность…

— Я прекрасно понимаю, что санный спорт сопряжен с риском. И знаю, что моему брату пока не хватает соревновательного опыта. У саней нет тормозов и руля, ты лишен возможности убрать скорость в опасной ситуации и резко изменить путь. Сейчас ему тяжело, я как могу стараюсь ему все объяснять. Ведь в санях девяносто процентов успеха лежит в психологии, надо понимать головой, когда стоит идти на риск.

Думаю, уже в следующем сезоне ему будет по силам как следует себя проявить. Уже сейчас отдельные заезды или отрезки Павлу удаются. Мой брат уже готов быстро ездить, нужно просто еще поработать над некоторыми мелочами.

— Выходит, не за горами время, когда Павел Репилов обыграет Романа Репилова? Расстроитесь?

— Я буду только рад этому. Потому что, когда я уйду из спорта, на первых местах итоговых протоколов часто будет значиться та же фамилия. Я спокойно могу закончить карьеру, если буду знать, что мой брат может меня заменить и так же успешно отстаивать честь нашего города и нашей страны. Его успехам точно буду радоваться больше, чем своим.

— Главным стартом следующего сезона будет Олимпиада в Китае. Думаете ли вы уже сейчас о ней и расстраиваетесь ли из-за того, что вас не пригласили осенью на опробование пекинской трассы?

— Да, я должен был туда поехать, но в итоге в Китай отправились только европейцы. Якобы у них тогда пандемия коронавируса была не такая сильная, как в России. Хотя это полная ерунда. В итоге ни я, ни скелетонистка Лена Никитина не смогли опробовать новую трассу.

На самом деле, я уже ничего не загадываю. Что должно случиться, то случится. Я сделаю максимум для того, чтобы добиться там успеха. Все будет нормально, не переживайте!

Стародубцев