Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол
Легкая атлетика
Олимпиада-2020

Тренер Нигматуллин: полтора года назад Кайшева была в разобранном состоянии

Прошедший сезон принёс не много приятных мгновений для российских биатлонистов и болельщиков, ноа — одна из тех спортсменок, которая может записать его себе в актив. После двух лет работы с экс-старшим тренеромм некогда главная надежда женского биатлона и победительница первой юношеской Олимпиады не смогла попасть даже в состав второй команды. Однако кропотливая работа с личным наставником Ильшатом Нигматуллиным помогла ей провести лучший сезон в карьере и закрепиться в статусе самой надёжной эстафетчицы. В своём первом большом интервью NEWS.ru молодой тренер подробно рассказал о работе с подопечной и её дальнейших планах.

Видео дня

Не понимал, почему биатлонисты отдыхают весной

— Вы не так хорошо известны среди биатлонных болельщиков. С чего начиналась ваша тренерская карьера?

— Я занимался 24 года лыжными гонками, прошёл школуа и в сборной Удмуртской Республики тренировался уа. К концу карьеры я уже задумался о тренерской деятельности и окончил педагогический университет в Казани. Мне нравилось всё, связанное со спортом, в том числе и тренерская деятельность. Три года назад мне поступило предложение от Виктора Анатольевича Чурина, главного тренера Удмуртской Республики по биатлону, тренировать сборную мужчин и юниоров функциональной подготовке. У нас функции поделены. За стрелковую работу отвечает Константин Александрович Вежеев.

— А как вы начали работать с Ульяной Кайшевой? — Мы из одного города Можга, знакомы уже давно, когда я ещё бегал. Не секрет, что у нас отношения уже продолжительное время. Три года назад мы с Ульяной и ребятами-биатлонистами поехали отдыхать на Кипр. Я не понимал, почему биатлонисты весной отдыхают полностью, то есть мало тренируются, не имеют никакой нагрузки. Даже на отдыхе я «воевал» с ними и объяснял, что нужно тренироваться. Когда приехали домой, Чурин спросил своих ребят, как они отдохнули. Ответ был прямой: «С этим лыжником не отдохнёшь. Приходилось тренироваться с раннего утра, пока не жаркая погода». После этого наш главный тренер и решил внедрить меня в биатлон.

— Помимо Перевозчикова и Чурина из опытных тренеров вы были хорошо знакомы с , который в прошлом году ушёл из жизни, но до последнего трудился на благо биатлона. Какое влияние оказала на вас совместная с ним работа? — При жизни всю стрелковую работу с Ульяной проводил он. Позже из-за проблем со здоровьем это стало делать сложнее. По функционалу мы также обсуждали с ним общие моменты. Когда она тренировалась со сборной, я не влезал в её тренировочные планы. Просто был в межсборье для неё спарринг-партнёром на тренировках. Я понимаю, что когда личные тренеры влезают в подготовку спортсменов в сборной, возникают неполадки в системе. План в сборной строится на весь подготовительный период, включая межсборье, а потому влезать туда не нужно. Другой вопрос, как так получилось, что полтора года назад Ульяна спустилась из основной сборной к нам в команду Удмуртии. После этого мы самостоятельно вели подготовку и работали по полной.

— Ульяне не подходила работа, которую два года предлагал Виталий Норицын. Как вы сумели восстановить её после этих неудач и не только вернуть в сборную, но и вывести на новый уровень? — Когда она в ноябре не смогла отобраться в сборную, заняв 14-е и 15-е места на контрольных стартах в Тюмени, она оказалась в совершенно разобранном состоянии, что показали и последующие старты Кубка России. Мы решили начать всё сначала. Полностью поменяли весь процесс, всю базовую и развивающую работу. В том сезоне она отобралась на Кубок IBU, выиграв несколько гонок на Кубке России. Там она тоже начала показывать результаты. Кроме того, у Ульяны был психологический надлом, который требовал перезагрузки.

В конце прошлого сезона мы написали официальное заявление, что будем готовиться дома на самоподготовке. Когда началась изоляция, мы с ней сразу уехали на Эльбрус на 28 дней. Мы были на высоте 2300 метров в Терсколе. Лыжники хорошо знают это место. Мы начали с объёмных тренировок, по пять-шесть часов ходили в кросс-походы, затем до августа работали у нас в Ижевске. В августе мы снова поднялись в горы на «Лауру» в Сочи. После этого выступили на летнем чемпионате России, снова вернулись в Ижевск, а затем на две недели поднялись в Приэльбрусье.

— Какой эффект дало такое количество тренировок в горах? — По сезону не было проблем с акклиматизацией, как раньше, потому что спортсмену нужен горный стаж. Мы очень сильно подняли эту планку. Кроме того, после Эльбруса кроссовые тренировки с большой нагрузкой стали даваться Ульяне намного лучше. Она высокая девушка, а потому раньше ей кроссовые тренировки давались тяжело. Сейчас проблем с этим нет. До нового года Ульяна показала стабильные результаты на отборочных соревнованиях и на Кубке мира. Кроме того, по ходу сезона даже в сложных погодных условиях, когда на трассе каша, как на первых этапах в Контиолахти, она боролась достойно. Ходом у неё отставание было всё равно приличным — от 40 секунд до минуты, но она улучшила свои показатели в сравнении с прошлыми сезонами. Если раньше Ульяна проигрывала 9,6 секунды на километр, то сейчас это отставание сократилось до шести секунд.

Всю ответственность за хорошие и провальные гонки Ульяны беру на себя

— В процессе предсезонной подготовки у вас был контакт со старшим тренером Михаилом Шашиловым? Ульяну рассматривали в какую-то из групп центральной подготовки или в группу ? — Изначально в группу Шашилова Ульяна не попадала. Её включили в состав группы Коновалова. По сезону мы с Шашиловым обсуждали все нюансы работы, начиная с её первого сбора в Ижевске, куда он приезжал. По соревновательному сезону он нам не мешал. Всю функциональную работу мы провели сами в полном объёме. Никаких палок в колёса нам не ставили. Ответственность за её функциональную готовность, включая все хорошие и провальные гонки, я беру на себя, потому что функциональную работу она делала по моим планам.

— Во времена Норицына у Кайшевой были проблемы со входом в сезон. В 2018 году она не выполнила условия отбора, но была включена тренерским решением, а в 2019-м вообще никуда не отобралась. Как вы изменили подход к старту этого сезона? — В октябре мы сидели две недели в горах. Это помогло, хоть мы бежали и на равнине в Тюмени. Я считаю, что как ты проведёшь месяц вкатки на снегу, такие результаты и получишь до Нового года. После Нового года результаты зависят от того, как ты прошёл летний подготовительный период. Чтобы выдержать весь сезон, нужна база, заложенная в подготовительном периоде. Если ты сезон дорабатываешь до конца и имеешь стабильные результаты, значит, ты летом работал.

— Как оцените работу на предновогоднем сборе на Хмелёвских озёрах, притом что она дала хороший результат в январе для Ульяны и всей команды? С другой стороны, отметил, что пик формы получился слишком рано, а к чемпионату мира команда подошла на спаде. — Ситуация сложная, и её можно трактовать и так и так. Видимо, пик действительно пришёл не в то время и не в тот час. Но в группе из шести человек все по-разному переваривают высоту и объёмы. Не бывает такого, что все шесть человек бегут в определённое время. Кто-то показал свои сильные качества в Антхольце, кто-то позже, но в целом нельзя всех мести под одну гребёнку. Каждого спортсмена надо анализировать в отдельности. Даже у нас в команде Удмуртии высота воздействует на всех по-разному. Это зависит от особенностей организма.

— На чемпионате мира жаловалась на долгое нахождение в горах. и перед последними стартами спустили вниз. А как Ульяна перенесла столь долгое пребывание на высоте? — Павлова поднялась на высоту позже, так как участвовала в Рождественской гонке и не была на предновогоднем сборе, в то время как Ульяна после Хмелёвских озёр постоянно находилась продолжительное время на высоте без перерыва. Высоты действительно было очень много, хоть мы и набрали горный стаж в подготовительный период.

— После Хохфильцена она не опускалась ниже 1000 метров? — Да. Но нельзя только на это валить плохой результат на чемпионате мира. Ответственность по функциональной работе я беру на себя.

— К чемпионату мира она работала по вашему плану или, как ходили слухи, Шашилов настоял на другой работе? — Нет, мы всё обсуждали и разногласий с ним не было.

Вряд ли мне и дальше дадут работать с Ульяной

— Как оцените выступление Кайшевой в конце сезона? Насколько вас обнадёжило пятое место в заключительной гонке и что нужно сделать, чтобы этот успех закрепить в новом сезоне? — Это показатель работы в летний период. Если раньше её называли девушкой одной гонки, то сейчас таких мыслей нет ни у кого. Она может стабильно выступать на Кубке мира на протяжении всего сезона.

— В этом сезоне Ульяна начинала гонки с запасом и за счёт этого стала успешно бегать последний круг. Вы с ней занимались тактической подготовкой прохождения дистанции? — Это полностью наша разработка. Также хочу добавить, что она занималась отработкой пологих участков, спусков и поворотов. Там, где многие российские спортсмены садятся в низкую стойку, Ульяна отрабатывает на ногах. Зимой и летом я всё время за ней ездил и наблюдал. Я бегающий тренер и на всех тренировках прохожу дистанцию с ребятами, могу наблюдать за ними и подсказать по технике, а не просто стою на одном подъёме. Со своими ребятами я даже участвую в соревнованиях по лыжным гонкам.

— Вы работаете как С — Да. Есть теоретики, а есть практики. У меня более практический подход.

— Вы планируете менять тактику в предстоящем сезоне, чтобы быстрее начинать гонку, ведь порой Ульяна уже на подходе к рубежу проигрывает лидерам штрафной круг? — Во-первых, вопрос в том, дадут ли мне работать дальше с Ульяной. С этим сезоном есть сложности.

— Вы обсуждали с Виктором Майгуровым и Шашиловым возможность продолжать с ней работу? Руководство готово идти вам навстречу или оно настаивает на тренировках в команде по планам команды? — Они хотят её видеть в команде.

— Но можно при этом работать по вашему плану. — Я не могу строить планы подготовки человека, которого не буду видеть в подготовительный период. Если в соревновательный период, где каждую неделю идут гонки за гонками, это ещё приемлемо, то в подготовительный период, когда проводится много объёмной и развивающей работы, это невозможно.

— А что мешает вам ездить на сборы и лично контролировать тренировочный процесс? — Мужская и юниорская команда Удмуртии, с которыми я продолжу работать.

— Но, тем не менее, в чём вы видите резервы у Кайшевой перед олимпийским сезоном? — Как многие замечают, у неё есть большой запас в технике. Также первый круг у нас пока как кость в горле, но его можно улучшить функциональной работой. Если она будет лучше себя чувствовать, то сможет быстрее начинать работу и затем выдерживать второй и третий круги.

— Как сама Ульяна оценивает прошедший сезон? Мощный финиш, как в борьбе за бронзу в гонке преследования на чемпионате России, добавляет ей уверенности в себе? — Я считаю, что в этой гонке, где Ульяна в одни ноги прошла последний круг с Казакевич, ей как раз удалась отработка пологих участков. Она положительно оценивает итоги этого сезона, так как в прошлом у неё произошёл полный слив, а здесь появился боевой настрой на олимпийский сезон, добавились положительные эмоции и желание бегать.

— С чем связываете тот факт, что в эстафетах, особенно на последнем этапе, она стреляет лучше, чем в личных гонках? — Ответственность за команду. Там не за себя бежишь, а ещё за трёх девчонок. На данный момент это играет для неё важную психологическую роль, но этот настрой надо переносить на индивидуальные гонки.

— Сейчас как проходит отдых Ульяны, и когда она планирует начать подготовку к сезону? — Никакого отдыха и нет. Мы только что пришли с тренировки. Каждый день проводим работу поддерживающего характера. Никаких песков и пляжей у нас не будет. Это сто процентов. Также хотелось бы, чтобы весной мы улетели на Эльбрус и там провели работу: походили в походы, побегали на роллерах. На этой высоте много что можно сделать. Она тяжёлая, но даёт хороший эффект. Мы можем провести этот сбор до начала централизованной подготовки, пока все свободны и занимаются своими делами. Кто-то полетел на море, а кто-то может съездить в горы. Каждый выбирает свой путь к сезону, но мы выбираем работу.