Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Матч-центр
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол

Секс, наркотики, рокировка: так ли хорош самый популярный сериал Netflix?

Секс, наркотики, рокировка: так ли хорош самый популярный сериал Netflix?
Фото: Lenta.ruLenta.ru
Вышедший в конце октября на «Ход королевы» (The Queen’s Gambit) о страдающей зависимостью от рецептурных препаратов гениальной шахматистке времен холодной войны всего за месяц стал самым хитовым оригинальным мини-сериалом за всю историю существования сервиса — за первые 28 дней с момента релиза его посмотрели более 62 миллионов пользователей (в прошлом году третьему сезону «Очень странных дел» таких цифр удалось достичь лишь за полгода), шоу вошло в топ-10 популярнейших проектов от Netflix в 92 странах мира и заняло первое место по просмотрам в 63-х. Критики также встретили «Ход королевы» с ликованием — помимо восторженных отзывов в прессе он получил еще и 100 процентов рейтинга на ресурсе Rotten Tomatoes. Следствием невероятной популярности шоу стал и рост интереса к шахматам — некоторые американские производители настольных игр даже рассказывали о сметенных с полок наборах, сравнивая ситуацию с отсутствием в магазинах туалетной бумаги в ранние дни карантина из-за коронавируса. Воспели «Ход королевы» и профессиональные игроки, объявившие сериал первой за долгое время качественной спортивной драмой о шахматах. «Лента.ру» рассказывает о том, в чем же кроется секрет главного хита Netflix.
«Ход королевы» основан на одноименном романе 1983 года американского писателя Уолтера Тевиса. Ранее перенести книгу на большой экран собирался актеер; фильм должен был стать его режиссерским дебютом, однако артист умер в 2008-м незадолго до запланированного запуска картины в производство. Адаптацией работы Тевиса для Леджера занимался сценарист Аллан Скотт — после кончины несостоявшегося режиссера он рассказывал, что больше всего в истории «Хода королевы» Леджера заинтересовала борьба героини с зависимостью. Десятилетие спустя Аллан Скотт совместно сом, работавшим над сценариями фильмов «Переводчица», «Марли и я» и «Логан», взялся за мини-сериал на основе шахматного романа.
Главная героиня Бет Хармоной) — воспитанница христианского детского приюта, мать которой погибла в аварии, а отец исчез с горизонта задолго до трагедии. В детдоме ее с раннего возраста подсадили на транквилизаторы; их она по совету чернокожей подруги-сироты Джолин (Моусес Ингрэм) приучилась сберегать и принимать разом перед сном для пущего эффекта. Любовь к шахматам у Бет обнаруживается по воле случая: девочка знакомится в подсобке детдома с ворчливым уборщиком мистером Шайбеломмп), который, обнаружив у героини природные способности к шахматам, нехотя показывает ей основы игры. К ней Хармон имеет тягу почти мистическую — фигуры и доска не выходят у нее из головы даже ночами, которые юная героиня проводит, закидываясь транквилизаторами, ловя мощные приходы и играя партии в воображении. Уже в подростковом возрасте удочеренная Бет решает принять участие в местном шахматном состязании в попытке заработать денег — и с легкостью побеждает всех местных знаменитостей.
Если среди профессиональных шахматистов и по сей день преобладают мужчины, то в 1960-е, в которых разворачивается основное действие сериала, победа женщины на каком-нибудь крупном чемпионате и вовсе казалась чем-то из разряда фантастики. Для Бет и ее непревзойденного таланта, впрочем, этот факт не ставит вообще никаких преград — практически на всех турнирах она в легкую расправляется с самыми именитыми противниками. Те, что удивительно, проигрышем юной девушке почти не обескуражены; более того, побежденные Хармон шахматисты превозносят и хотят ее, и вокруг юного самородка быстро собирается команда из верных друзей-любовников, готовых обучать ее тонкостям игры.
Еще одна шахматистка — единственная, помимо главной героини, имеющая в сериале реплики — пытается донести до Бет, что своими победами та совершает чуть ли не феминистскую революцию в мире шахмат, служа примером для подражания и доказательством, что женщины могут и имеют право выступать в чемпионатах наравне с мужчинами. Самой же Хармон идеи женской эмансипации далеки — героиню представляют не только как интуитивного игрока, но и как бессознательного первопроходца, которого не особо заботит его историческая роль в шахматном спорте. И ладно бы, только вот окружающие Бет женщины сплошь изображены либо недалекими домохозяйками, либо потерянными, погрузившимися в свои слабости и пороки персонажами — из-за этого позиция главной героини будто педалируется авторами как единственно верная. Исключение из всего списка второстепенных женских персонажей представляет Джолин, давняя подруга Бет из детдома, но и она служит лишь сюжетным костылем и впоследствии появляется в кадре только для того, чтобы бескорыстно помочь шахматистке в трудную минуту (сцена парадоксальна до невозможности: Джолин на словах открещивается от роли ангела-хранителя, появившегося ради спасения Бет, и при этом единственная ее функция — сыграть «волшебную негритянку», выручающую белокожую героиню).
Шахматы для Бет — и главная страсть, и единственный источник заработка, и спасение от внутренних демонов. Только регулярные состязания останавливают героиню от того, чтобы скатиться в алкогольный делирий, и одновременно не дают слезть с транквилизаторов — без последних ей не удается сосредоточиться во время важных матчей. Между турнирами Хармон все же погрязает в запоях; те, впрочем, едва ли выглядят хоть сколько-нибудь жутко, чтобы заставить зрителя беспокоиться о ее алкоголизме (скорее они, наоборот, романтизируются — пьяная Бет слушает рок-н-ролл, расхаживает по дому в нижнем белье и броском макияже, спит с женщинами). Победа над зависимостями в конечном итоге дается Хармон не тяжелее, чем борьба с оппонентами за шахматным столом, — а тех она разделывает с такой невозмутимостью, что к концу сериала становится легко предугадать исход любого ее матча.
При этом к тонкостям игры в шахматы создатели «Хода королевы» подошли с невероятной щепетильностью, взяв в качестве консультантов шоу советско-российского гроссмейстерва и американского тренера Брюса Пандольфини: персонажи подробно обсуждают тактики, дебюты и книги Хоскина, Бориса Спасского ка, а на матчах достоверно разыгрывают исторические партии с реальных международных соревнований. И хотя внимание к деталям стало предметом восхищения для знатоков игры (которые, к их чести, слишком долго терпели голливудские фильмы, где во время партий короли стоят на месте ферзей, а доски имеют неправильную разметку), неискушенный зритель едва ли выучит за семь эпизодов даже то, как ходят все фигуры на доске, — барьер между любителями шахмат и простыми смертными авторы отказываются рушить в страхе потерять интерес последних, предлагая взамен фетишизацию игры и многозначительные переглядывания оппонентов во время напряженных матчей.
Спортивные драмы, будь они байопиками или же художественным вымыслом, рассказывают о формировании личности и преодолении препятствий, тем самым, возможно, вдохновляя на личные подвиги (даже самые маленькие, вроде того, чтобы продержаться до конца тяжелой рабочей недели). «Ход королевы» набирает для своей героини бинго из трудностей, которые, однако, изображены настолько поверхностно, что по сути таковыми не ощущаются. А без препятствий спортивная драма может оказаться пусть увлекательной и жизнеутверждающей, но все же пустоватой фантазией о том, как гениальная красавица надрала зад кучке самодовольных шахматистов, — просто потому, что могла.