Николай Морошкин, интервью про турнир шоу-программ Русский вызов, номер Петра Гуменника, сезон Николая Угожаева

Подробно обсудили подготовку Петра Гуменника к «Русскому вызову», а также подвели итоги сезона.

Николай Морошкин, интервью про турнир шоу-программ Русский вызов, номер Петра Гуменника, сезон Николая Угожаева
© Чемпионат.com

Пол Атрейдес, Евгений Онегин, Оптимус Прайм – вот неполный список персонажей, роль которых на себя успел примерить Пётр Гуменник. Номер в образе трансформера на «Русском вызове» очень хорошо приняла публика, и голосование зрителей в зале это только подтверждает: Пётр завоевал место в топ-3 по итогам зрительского голосования.

За создание этой яркой программы отвечал хореограф Николай Морошкин, в этот раз он выступил не только в качестве постановщика, но и менеджера – нашёл танцевального специалиста и вместе с учеником постигал азы робот-дэнса.

В беседе с «Чемпионатом» Николай Юрьевич рассказал подробности создания этого номера, выделил запомнившиеся постановки с «Русского вызова», подвёл итоги сезона для Петра Гуменника и Николая Угожаева и забросил удочку уже в сезон грядущий, олимпийский.

«Музыку писали под каждое движение Петра, движения выбирали самые выгодные»

– Как вы отнеслись к тому, что у турнира шоу-программ была конкретная тема в этом году? Такие ограничения идут в плюс или в минус? – Меня порадовала тема для турнира шоу-программ в этом году, потому что хорошее настроение – это то, чего мы все хотим. Но была сложность в том, что тема достаточно размытая, можно понимать её по-разному. Расстроило, что в этом году далеко не все придерживались этой тематики, и у меня сложилось ощущение, будто судейская коллегия тоже не знала о заданной теме.

– Не было ли у вас с Петром сомнений, участвовать или не участвовать в этом году? В предыдущие разы не получилось занять высокие места. – Решение о подаче заявки на участие зависело только от Петра. Идея номера на 100% принадлежит ему, а мы помогли в её реализации. Важно то, что у нас получается радовать зрителей своими номерами. А что касается расстановки мест, то тут от нас ничего не зависит.

– Близка ли вам та тематика, которую предложил ваш подопечный? – Не близка, но я люблю эксперименты. Я ничего не знал о робот-дэнсе до этого момента. По своему опыту могу сказать, что не пробовал более сложного направления в танце. Для помощи в создании номера я обратился за помощью к Низаму Алиеву, за его творчеством я слежу очень давно, и я рад, что он сразу согласился. Думаю, что мы покорили его своим диким авантюризмом и вовлечённостью в дело.

– Сколько времени ушло на подготовку? – Две недели мы потратили на усвоение базовых движений и инструментов в зале, после начали переносить накопленный материал на лёд. Для фигуристов очень сложно двигаться в изоляции, мы привыкли плавно течь в потоке (смеётся).

– А насколько сложно переносить это на лёд? – Мы с Низамом достаточно быстро собрали черновой вариант, буквально за пару занятий на льду. Проблема была в том, что это не выглядело так классно, как мне хотелось бы. Потребовалось немало времени для отработки каждого движения, чтобы не выглядеть в соответствии с темой. Быстро такую программу не сделаешь. В сумме мы потратили три недели на подготовку номера.

Большое значение имеет музыкальное сопровождение в первой части, я бы сказал, что не меньше 50% успеха. Музыку писали под каждое движение Петра, движения выбирали самые выгодные, чтобы можно было показать на льду всё разнообразие стиля за короткий промежуток времени. Это был тяжёлый процесс, но интересный и захватывающий.

– Как и с кем работали над музыкальной нарезкой? – С музыкой нас сильно выручил Никита Шишкин, его нам порекомендовал Низам. Каждое движение в первой части сопровождается определённым роботизированным звучанием, будь это тяжёлый металлический удар или вкручивание механизмов. Низам с Никитой – давние друзья, за их слаженной работой было интересно наблюдать.

– Как Вероника Анатольевна Дайнеко отнеслась к вашим экспериментам? – Мне кажется, ей всегда тяжело даётся поддерживать наше сумасшествие (улыбается). Думаю, что Вероника Анатольевна поняла, что у неё нет выбора и она не может сказать: «Нет».

«Как перформер Кондратюк заслужил победу на 100%»

– Довольны ли самим выступлением Петра на турнире? Всё ли задуманное удалось воплотить в жизнь? – Я очень рад, что всё прошло успешно! По реакции зрителей мы поняли, что сделали всё правильно. Особенно детям понравился номер про Оптимуса Прайма. Когда мы готовили и репетировали его, я видел, с каким интересом юные фигуристы, которые тренируются на нашем катке, наблюдали за нашей работой и повторяли движения из номера. Даже после выступления ко мне подходили дети и говорили, что им очень понравился номер Петра Гуменника. Я счастлив, что мы смогли порадовать столь юных зрителей!

– За создание костюма робота отвечала дизайнер Светлана Гачинская. Насколько легко вообще в такой амуниции передвигаться по льду? – Задача заключалась в том, чтобы создать костюм, который выглядел бы внушительно, но при этом не был тяжёлым, ведь Петру предстояло кататься и выполнять сложные элементы в этом наряде. Однако есть и недостаток — в таком облачении очень жарко.

Из-за массивности и объёма костюма нам пришлось немного изменить хореографию. Мы подобрали новые ракурсы, чтобы движения не казались скованными.

– Есть ли шансы, что этот номер зрители увидят где-то ещё раз? – Надеюсь, что этот номер станет визитной карточкой Петра и мы будем часто его видеть. Он получился очень интересным и разнообразным, он соответствует современным тенденциям построения показательных номеров на международной арене.

– Удалось ли посмотреть другие номера на «Русском вызове»? Запомнился ли кто-то из выступавших? – В этом году было представлено множество впечатляющих постановок. Среди всех номеров, кроме Петра Гуменника, выделю следующие – Ксения Синицына, Софья Муравьёва, Елизавета Пасечник и Дарио Чиризано, Василиса Кагановская и Максим Некрасов, Александра Бойкова и Дмитрий Козловский. Их программы не только соответствовали теме «Русского вызова», но и отличались своей уникальностью. Ребята продемонстрировали совершенно неожиданные для себя образы и произвели приятное впечатление.

Однозначно понравилось выступление Марка Кондратюка, он настоящий шоумен и умеет заряжать зал своей энергетикой. Как перформер он заслужил победу на 100%.

– Неоднозначное впечатление у аудитории оставил номер Анны Щербаковой, часть зрителей посчитала его не подходящим по тематике. Как вам её выступление? – Не мне давать оценку, за это отвечает жюри. Я большой поклонник Анны Щербаковой. На мой взгляд, она талантливая спортсменка, образованная и эрудированная личность. Зная, какая тема для номеров в этом году, я ожидал от Ани чего-то неожиданного, молодёжного и танцевального. Но это только моё личное мнение.

«За неделю до соревнований в Красноярске я видел, что пазл сошёлся в единую картину, Пётр был надёжен на тренировках»

– Насколько вы довольны тем, как сложился сезон для ваших учеников? – Я рад, что Пётр Гуменник смог продемонстрировать своё лучшее катание на финале серии Гран-при в Красноярске. Мы увидели фантастический прокат его произвольной программы «Онегин», который растрогал и впечатлил, наверное, всех. После финала Гран-при я поблагодарил его за это. Было интересно, какую оценку в таком случае он сможет получить, и она превзошла все мои самые смелые ожидания.

Пётр очень многогранен – может быть и Онегиным, и Оптимусом Праймом, и кем угодно. Получается, он – Стэйтем фигурного катания.

У Николая Угожаева получился сезон-качели. Но он одержал победу на мемориале Панина, победил на этапе в Красноярске. Также он стал чемпионом России по прыжкам, завоевал титул. Конечно, хотелось бы ещё лучше, но пока будем радоваться тому, что есть. Надеюсь, его ментальное состояние будет укрепляться со временем и он придёт к более стабильному исполнению своих программ.

– В Красноярске у меня сложилось ощущение, будто на финал Гран-при приехал совершенно другой Пётр Гуменник – гораздо более уверенный в собственных силах, чем обычно. Это обманчивое впечатление или же действительно что-то поменялось? – За неделю до соревнований я видел, что пазл сошёлся в единую картину, Пётр был надёжен на тренировках. Мы с Вероникой Анатольевной поменяли заходы на прыжки, сделали их более удобными, выстроили более подходящий рисунок, чтобы Петру было максимально комфортно в программе. Мне кажется, это и сработало, стабильность на тренировках всегда помогает моральному состоянию. Пётр был уверен в себе и знал, что всё будет хорошо.

– Как удалось отключиться от шумихи по поводу олимпийского отбора? Вы никак не обсуждали эту тему в рабочем процессе? – Речи на тренировках у нас об этом никогда не было. Первое – мы должны хорошо сделать свою работу, затем – посмотреть на свои оценки, а дальше от нас уже ничего не зависит.

– Уже известно, кому будете ставить программы на грядущий сезон? – Николаю Угожаеву новую произвольную программу на 80% уже подготовили. Музыку к ней подобрала хореограф Валерия Чистякова, и я её сразу же одобрил. Это будет что-то новое для Коли, определённый вызов, потому что это требует художественного мастерства. Хочется, чтобы Коля резко вырос не только в своём техническом мастерстве, но и в хореографическом. Работа предстоит очень тяжёлая, я надеюсь, что у нас получится это сделать. С короткой программой тоже определились, музыка Коле очень понравилось.

Короткие программы для двух наших пар уже поставлены – для Софии Дианы Касинс и Александра Брегея, а также для Анны Москалёвой и Артёма Родзянова.