Lenta.ru 12 апреля 2019

«Либо по жизни неадекватные, либо пьяные»

Очевидцы, свидетели и потерпевшие рассказали суду подробности разгульной ночи футболистов Александра Кокорина и Павла Мамаева, после которой они сначала оказались в СИЗО, а теперь на скамье подсудимых. Общественность узнала, сколько они потратили на выпивку и развлечения в стриптиз-клубе, кто и зачем присаживался им на колени, что втирали в десны и каким обидным словом назвал их Денис Пак. Самые важные и яркие показания — в материале «Ленты.ру».
Пресненский районный суд Москвы начал рассматривать дело футболистов Александра Кокорина, Павла Мамаева, брата Кокорина Кирилла и их приятеля — тренера Александра Протасовицкого. Восьмого октября прошлого года они устроили две драки: сначала избили водителя телеведущей Ольги Ушаковой после выхода из стриптиз-клуба, а затем во время завтрака в «Кофемании» ударили стулом чиновника Минпромторга Дениса Пака и генерального директора ФГУП «НАМИ» Сергея Гайсина.
«Пиво, пельмени, вареники и сок»
О веселых похождениях приятелей, праздновавших 10-летие дружбы Кокорина и Мамаева, в красках рассказали суду очевидцы и свидетели. В злополучную ночь компания гуляла в развлекательных клубах Secret Room и «Эгоист», а завтракала в «Кофемании».
По их словам, обе драки начались после того, как футболистов оскорбили потерпевшие. Якобы водитель Соловчук назвал их петухами, а Пак — кучкой ******* (нецензурное слово созвучное с баранами).
— В тот день Александр Кокорин был одет в бежевые кроссовки и штаны Louis Vuitton, что-то от Balenciaga, — начал свой рассказ друг футболистов Карен Григорян. Прокурор с усмешкой заметила, что ей непонятно, почему свидетель так хорошо запомнил такие детали одежды приятеля.
— Мне нравится, как он одевается, — объяснил свидетель.
По словам Григоряна, в тот день компания отдыхала в баре, примерно в три часа ночи все вышли и поехали в стриптиз-клуб «Эгоист», где познакомились с четырьмя девушками. После этого свидетель отошел в туалет, а когда вернулся, Мамаев рассказал, что одна из девушек села в стоящий на улице Mercedes, но водитель заявил, что не повезет ее «с этими петухами».
— Они думали, что он (Виталий Соловчук) таксист, а водитель им ответил: «Я таких петухов не вожу». И с этого все началось. Мы подошли поближе, и там — слово за слово — водитель ударил Пашу кулаком в область челюсти. Ну, может, пощечина. Мамаев хотел ударить — и не попал.
— Почему?
— Неопытный, наверное.
После этого, по словам свидетеля, испуганный водитель стал убегать, упал на землю, и подбежавшие Павел Мамаев и Кирилл Кокорин стали наносить ему удары. Заступиться за водителя попыталась Екатерина Бобкова. Она присела рядом с лежащим Соловчуком и попросила его больше не бить.
— В момент, когда водитель лежал на земле, он что-то говорил?
— Да вроде нет. Помню, он говорил: «Я готов отвечать за свои слова». Постоянно твердил.
— Сколько по времени спрашивали с него за те вещи, которые он сказал?
— Для меня все быстро пролетело.
Около восьми утра компания прибыла в «Кофеманию». Александр Кокорин был с девушкой, «спасавшей» водителя, та сидела у него на коленях, за столом были пиво, пельмени, вареники и сок. Через некоторое время в зал зашел мужчина азиатской внешности, и тренер Протасовицкий отметил, что он похож на исполнителя из клипа «Гангнам Стайл».
— Мы хотели уходить уже. Протасовицкий с Паком посмотрели друг на друга, и Протасовицкий сказал: «Извините, пожалуйста, вы очень похожи на Гангнам Стайл». А Пак в ответ говорит — а вы похожи на кучку… слово начинается на «у» и заканчивается на «ы».
Судья: А почему Пака сравнили с этим певцом?
— Похож.
Судья: А его не могло это обидеть?
Адвокат: Нет, не могло, мы проверяли! Он национальный герой Кореи! В книге рекордов Гиннесса!
Свидетель указал, что, когда Пак повторил оскорбление, Кокорин-старший «рефлекторно» обрушил стул в «область плеча» чиновника.
Затем, как рассказал Григорян, Кирилл Кокорин влепил Паку пощечину, а сам свидетель, возмущенный его словами, выплеснул в него стакан сока. Павел Мамаев ударил подошедшего к Паку Гайсина, затем футболисты вместе с девушками пошли в сторону отеля Four Seasons, где сняли номер на сутки.
«Я лесбиянка, я не испытываю к мужчинам влечения»
Следующая свидетельница — Екатерина Бобкова — рассказала, что в тот вечер отдыхала в компании с футболистами и некой Лолой, пили виски с колой. Когда они вышли на улицу и вызвали такси, одна из девушек увидела Mercedes и села в него. Однако водитель, как известно, не был таксистом и отказался везти компанию.
— Никто из подсудимых к машине не подходил?
— Не помню. Она выбежала [из Mercedes] в ужасе и сказала, что ребят назвали петухами (…) Изначально было так, что с ним [водителем] не все начали драться. С ним пошел разбираться Паша Мамаев. Водитель ударил Пашу, подлетели остальные ребята, они стали защищать Пашу — он же маленький. Он же обозвал, Паша подошел спрашивать, тот ударил Пашу, Паша ударил его, подбежали остальные.
Когда футболисты принялись избивать оскорбившего их водителя, девушка попыталась заступиться, подошла и легла сверху на него.
— Я расплакалась, и в этот момент меня жалел Саша. Мне стало его [водителя] жалко, дурак-человек, не убежал. Если тебе страшно и ты переживаешь за свою жизнь, то беги. Почему он имеет право обзывать людей? Любой может оскорбить, а в морду я ему дать не могу?
— Вы подошли к водителю?
— Да, легла на него.
— Зачем?
— Чтобы все закончилось. Он упал, я легла на него, ребята отошли. Я с одной стороны сначала подошла, мне сказали: «Пуговка, не лезь». Потом второй раз подошла, легла. [У потерпевшего] кровь была на лице.
— Он что-то говорил?
— Как он может говорить? Человек лежит, у него кровь из носа, что он должен говорить? «Вы такая хорошенькая» или что?
— Перед Кокориным-старшим на колени не вставали, не просили пощадить водителя?
— (смеется) Нет, такого не помню.
Бобкова рассказывает, что после этой драки компания поехала в «Кофеманию». Туда вошел Пак и сел за столиком рядом. У него, по словам свидетельницы, было недовольное лицо, и он был «недобро настроен». Она считает, что их компания ему не мешала — просто встали и спели песенку «Гангнам Стайл». Уже после этого чиновник разозлился, закрыл ноутбук, встал и спросил, не над ним ли смеются. Протасовицкий ответил: «Вы простите, но похожи на певца». — «А вы похожи на кучку ******* (нецензурное слово, созвучное со словом „баран“)». После этого Кокорин ударил Пака стулом.
Свидетельница во время допроса несколько раз произносила ругательство, которым Пак наградил футболистов, за что судья ей сделала замечание. Остальные свидетели говорили: слово на букву «У», которое заканчивается на «Ы».
Прокурор: Посуду кто-то бил?
— Я. Психанула. С детства не люблю, когда на меня кричат. Я потом в «Кофеманию» пришла, сказала, что могу оплатить.
Прокурор: Вам кто-то что-то передавал, что вы втирали в десны?
— Я наркотики не употребляю, я и так слишком волшебна.
Прокурор: Я не сказала «наркотики».
— Я живу в XXI веке и понимаю, что в десны втирают.
Прокурор: Вы к Кокорину испытывали влечение?
— Я лесбиянка, я не испытываю к мужчинам влечения.
Прокурор: Вы на него сверху садились?
— Садилась.
Прокурор: Вы целовались, когда на нем сидели?
— Не знаю.
Прокурор: На колени опускались?
— Голову положила.
Прокурор: Поступательные движения совершали?
— Нет.
Здесь надо отметить, что эти показания свидетельницы внимательно слушали присутствовавшие в зале жены обоих футболистов — Дарья Кокорина и Алана Мамаева.
— Как можете Кокорина охарактеризовать?
— Святоша. Ангелочек. Добрый мальчик, отзывчивый.
— Вы переживаете за него?
— Ну а как не переживать. Но это не влияет на то, что я говорю правду. Мне нечего скрывать. [То, что вы разбираете] это обычная уличная драка. Я такие вижу каждый день. У меня вон сосед жену избивает. Шумно себя вели? Да я в обычные дни так себя веду! Допустимо ли такое поведение? Для меня — да.
Бобкова пожаловалась, что следователь орал на нее, не пускал адвоката и говорил о ней: «Вот кого сажать надо».
— Сначала он сделал очень нехороший протокол, пытался подсунуть какую-то не ту информацию, чего я не говорила. Если бы не адвокат, я бы черт знает что там наговорила.
Девушка заявила, что «несколько протоколов [допроса] подписывала не она», и рассказала, что у следователя к ней было отношение, «что я собака какая-то и должна сидеть лаять, я лаять не стала». Судья заявила, что с показаниями Бобковой «что-то не так» и отпустила свидетельницу.
«Вели себя возбуждающе»
Затем показания дал свидетель из «Кофемании» Игорь Краснов, который пришел в кафе позавтракать и занял столик по соседству с футболистами и Паком. Он стал очевидцем беседы на повышенных тонах, в результате которой Александр Кокорин ударил Пака стулом, затем его же ударил рукой Кокорин-младший. Впрочем, по словам Краснова, в конце футболист и чиновник помирились и заявили об отсутствии претензий друг к другу.
— Вели [компания футболистов] себя достаточно возбуждающе и шумно, мне было неприятно, поскольку я пришел позавтракать. Я понимал, что завтрак мой не закончится успешно.
— Вас больше напрягал конфликт или то, как ребята между собой общались?
— Ребята хорошо общались, им было весело, невесело было остальным. Летали стаканы с соком. Отдельные люди забирались на стулья, что-то выкрикивали, но это был уже хаос, мне сложно тут говорить, люди незнакомые. Все заканчивается рано или поздно в этом мире, молодые люди и другая сторона, они устали толкаться, обливать друг друга соком, и компания ушла через боковые двери. А перед этим было замирение.
Адвокат: Вы говорите, подсудимые вели себя вызывающе и шумно. Они вызывали посетителей кафе на ристалище или что?
— До Пака к другим посетителям кафе они не обращались. А после там уже были выкрики: «Здесь нет смелых ребят? Пойдемте выйдем, поговорим по-мужски». Примирение состоялось позже. Я не видел, чтобы кто-то акцептовал это предложение. Это была оферта широкому кругу лиц. Смелых мужчин не оказалось, которые бы акцептовали этот призыв.
10 апреля показания давал свидетель Геннадий Куропаткин, друг детства Александра Кокорина и приятель остальных. Он рассказал примерно то же, что и остальные, о драке футболистов с водителем Соловчуком, обозвавшим их «петухами».
— Он вышел дерзкий, в себе уверенный. Мы стоим такие небольшие, а он здоровый мужик, в агрессивной форме разговаривает. Паша взял его [Соловчука] за куртку, а он его в ответ ударил кулаком в область головы.
Прокурор: Именно кулаком?
— Ну не ладошкой же он его ударил.
Свидетель рассказал, что Мамаев хотел ударить водителя, но промахнулся, и тот убежал. Футболисты погнались за ним, а Куропаткин отстал. Когда он догнал приятелей, то увидел Соловчука уже лежащим на земле.
Прокурор: А на каком расстоянии он лежал от «Эгоиста»?
— Что за вопрос, откуда я могу знать?
Прокурор: Вы плохо ориентируетесь?
— В этом плане — да. Я что, думал: «Сколько здесь метров до "Эгоиста"»?
Прокурор: А в связи с чем он его ударил? Водитель опять начал агрессивно себя вести?
— Я не слышал, о чем они говорили. Саня — парень добрый.
Прокурор: А в голову с ноги его били?
— В голову с ноги? Вы представляете, что будет, если футболист так ударит?
Прокурор: Я представляю…
Куропаткин признался, что ударил машину Соловчука по стеклу.
Прокурор: Зачем?
— Не знаю, злой был.
В «Кофемании», по словам свидетеля, компания веселилась и смеялась, одна из девушек сидела на коленях у Кокорина.
Прокурор: Девушки, которые находились в данной компании, они, спрошу прямо — присаживалась ли одна девушка на Кокорина-старшего?
— Да, одна.
Прокурор: Как именно?
— Это показать надо?
Прокурор: Нет, рассказать.
— Села и все.
Прокурор: Целовались они?
— Нет.
Прокурор: А вы?
— Целовался с ней после него?
Все смеются.
Прокурор: Да нет, садились на Кокорина?
— Да.
Куропаткин объяснил, что тоже в шутку сел на Кокорина с девушкой, потому что дружит с футболистом.
После этого у компании возник конфликт с Паком, назвавшим их ******** [баранами] после сравнения с рэпером PSY.
— Начался конфликт, все общались — общались — общались, я подошел к ним, начал разговаривать с Паком: «Вы зачем такое говорите»?
Прокурор: А вы как с ним говорили?
— Ртом. Говорю: «Зачем вы такое говорите, перед вами извинились пять раз».
Прокурор: Почему появилась необходимость извиняться.
— Потому, что мы — вежливые люди, — отвечает свидетель.
— Где-то я это уже слышала, — усмехнулась судья.
Дальше свидетель вспоминал, как давал показания в полиции.
Прокурор: Может быть, наручниками вас пристегивали?
— Да, вроде бы, нет.
Прокурор: Лампой не светили?
— Что за вопрос!
Подсудимые смеются.
«Я императрица, я тут главная»
Бариста кофейни Андрей Андрацкий, выступая в суде, рассказал, что в то утро компания пила виски — 12-летний Macallan. И вела себя шумно, «не по формату заведения»: с футболистами были две девушки, которые целовались, громко выражались, все веселились и шумели.
— Вы слышали конкретные выражения?
— Я слышал конкретный мат.
Прокурор: Данные люди были в состоянии алкогольного опьянения?
— Да.
Прокурор: Как вы это поняли?
— Ну, они либо по жизни неадекватные, либо пьяные. Мы же знаем, как пьяные выглядят.
Свидетель считает, что у посетителей кафе сработала «солидарность», как у «людей в костюмах» после того, как Пак сделал футболистам замечание: начался конфликт, крики, была словесная перепалка.
По его словам, одна из девушек из компании футболистов облила мужчину виски, а потом била тарелки.
— Это было целенаправленно. Типа: «Я императрица, я тут главная».
Адвокат: Давайте вернемся к стулу. Когда началась история со стулом, откуда он взялся, кто его взял?
— Откуда взялся стул? Это кофейня, там стулья повсюду.
Адвокат: Я не совсем идиотка. Тот стул, который оказался предметом манипуляции кого-то в сторону Пака. Где он был, кто его взял, подвинул?
— Сидел Пак, рядом стоял стол, рядом стоял еще стул. Кто-то из этой компании взял стул и ударил.
Адвокат: Прям взял и ударил?
— Ну то есть он взял его правой рукой… Я видел, но я их не знаю по именам, я не концентрировался на лицах. Я знаю, что они, ну, в футбол играют.
Адвокат: Вы видели, куда он попал реально, или это домыслы и рассказы ваших коллег?
— Я вам отвечу честно. Я могу ошибаться, но я видел, как ножка стула ударила его [Пака] по лицу.
Вопросы задает Павел Мамаев. Он поинтересовался, видел ли свидетель, чтобы он что-то делал.
— Вы какой-то менее приметный, извините, несмотря на ваши татуировки. То, что вы находились в этом конфликте, — я видел.
Когда Протасовицкий попытался узнать у свидетеля, что он помнит про его участие в конфликте, то бариста ему ответил:
— Вы не были в этом конфликте такой яркой личностью, чтобы я запомнил, что вы делали.
«Они стояли в этот момент в обнимку с Кокориным»
11 апреля судебное заседание по делу футболистов и их друзей продолжилось допросом потерпевшего Виталия Соловчука, водителя ведущей Первого канала. Он рассказал, что около шести часов утра 8 октября 2018 года привез Ольгу Ушакову на машине Mercedes на утренний эфир к концертному залу имени П. И. Чайковского, где располагается студия Первого канала. Потом он припарковался у гостиницы «Пекин» и стал ждать свою клиентку.
На заднее сиденье неожиданно уселась девушка, рассказал Соловчук:
— От нее исходил запах алкоголя, у нее была сбивчивая речь, она спросила меня — такси ли я. Я сказал, что нет, потом она сказала, что ей холодно. Я говорю, девушка, вам тут нельзя находиться. Она говорит — мне холодно, я тут погреюсь. Я продолжил говорить, что ей надо покинуть машину, обращался вежливо. Через некоторое время молодой человек открыл заднюю дверь, взял ее за руку и сказал, что это не наш автомобиль, пойдем отсюда. В это время с правой стороны от меня разбился стеклянный предмет, и осколки полетели в автомобиль. Я решил посмотреть, повреждена ли моя машина. Я стал обходить машину, и передо мной появились Кокорин и Мамаев. Я спросил, кто бросил бутылку, Кокорин ответил, что это он бросил. Я спросил — зачем, мне ответили, что ты приехал… Начались угрозы, оскорбления, ребята спрашивали, почему я называю петухом кого-то из них. Я не понимал, почему они так говорят, и всячески пытался избежать конфликта. Мне непонятно было, почему они так агрессивно настроены.
Прокурор: А вы агрессию выражали?
— Нет, я говорил спокойно, очень тихо, без каких-то выражений, которые их могли оскорбить. От них исходил запах алкоголя. В какой-то момент Мамаев взял меня рукой за лицо, за нижнюю часть подбородка, мне стало больно и неприятно. Они стояли в этот момент в обнимку с Кокориным. Я просто убрал его руку, они вдвоем отшатнулись от меня, потом Мамаев потянул свою руку, оттолкнул меня, начал двигаться в мою сторону и наносить мне удары. В этот момент я начал разворачиваться и убегать. Удары я ему не наносил.
Прокурор: А Кокорин что делал?
— Я так понимаю, они продолжали в обнимку стоять. Ну, кто быстрее соображал, тот все и делал.
Прокурор: А сколько было ударов?
— Несколько, в область лица.
Прокурор: Кулаком?
— Кулаком, но это было очень быстро, и я начал просто убегать. Я отбежал к машине, выбежал на тротуар, и по тротуару направо. Я обернулся, увидел, что за мной бегут Мамаев и Кирилл Кокорин. Далеко не убежал, потому что машина была заведена, ну и смысла бегать особо не было. Когда за мной бежали Мамаев и Кокорин-младший, Мамаев споткнулся, упал. Младший Кокорин догнал меня, попытался ударить, я его оттолкнул рукой, и сразу Мамаев подпрыгнул и ударом то ли с руки, то ли с ноги сбил меня с ног… Удар пришелся в область груди. Сзади была ступенька, я в нее уперся ногой и упал. После этого они все подбежали ко мне и начали наносить удары.
По словам потерпевшего, его — лежащего на земле — били ногами братья Кокорины, Мамаев, Протасовицкий.
— Когда меня подняли с земли, я пытался вытереть лицо, понять, что со мной происходит, в этот момент я боковым зрением увидел, что Павел Мамаев бежит, замахивается и бьет меня ногой в лицо. Потом у меня хлынула кровь из носа, я услышал хруст костей и понял, что у меня сломан нос.
Соловчук говорит, что после удара в нос у него потемнело в глазах, а Мамаев продолжал избивать его, потом к нему присоединился Кокорин-младший.
У Соловчука зафиксированы сотрясение головного мозга, перелом носа, множественные кровоподтеки.
Потерпевший вспомнил, что Александр Кокорин пригрозил ему — «не вздумай писать заявление в полицию, я сфотографировал твои номера, я тебя найду».
При этом он заявил, что не обзывал футболистов «петухами».
Адвокат поинтересовался у него, считает ли он оскорбительным это слово:
— Я вам поясню, слово «петух» не применительно к птице, а к общелюдскому сленгу.
— Ну, наверное, оскорбительно, — ответил Соловчук.
«Пил, но не бил»
Его допрос прервался из-за эвакуации всего суда в связи с поступившим анонимным сообщением об угрозе взрыва. Заседание прервалось на два часа, в итоге выяснилось, что никакого взрывного устройства в зале не найдено. Посетителей стали пускать обратно, продолжились показания водителя, который вновь стал рассказывать о своем избиении, указывая на конкретных участников драки.
— Да, потому что кроме ног я видел еще и лица, снизу вверх удобно смотреть, — ответил он, отвечая на вопрос одного из адвокатов Кокориных, как он понимал, кто и куда его бил.
Адвокат: В чем заключалась агрессия Протасовицкого по отношению к вам?
— В двух ударах, нанесенных мне…
Отвечая на вопрос адвоката Павла Мамаева, знал ли он подсудимых до инцидента, он отметил, что знал, что это российские футболисты, потому что «видел ролик, который в новостях показывали, про Монте-Карло». Однако негативного отношения к ним, по словам Соловчука, у него не было. Он также рассказал, что потратил на свое лечение около 400 тысяч рублей, однако пока не готов принять компенсацию, так как не смог определиться с суммой. Защитники футболистов поинтересовались, откуда у него такие деньги на операции, на что прокурор возмутился, что это не имеет отношения к делу.
Адвокат: То есть вы, я так понимаю, не можете и сумму морального вреда определить, чтобы было заглажено как-то моральное страдание?
— Нет, не могу.
Адвокат: А почему?
— Не могу пояснить.
Адвокат: А кости носа срослись?
— Срослись в восьми разных направлениях.
Адвокат: И что теперь с носом делать?
— Ринопластику.
«Полет стула закончился на Паке»
После этого вопрос задал подсудимый Александр Кокорин. Футболист поинтересовался, за что извинялся водитель после того, как разрешился конфликт.
— Я не знал, за что извиняюсь, это было сделано, чтобы снизить эту атаку на меня, просто сесть в машину и уехать из этого места.
Кокорин: А что вы поняли?
— Я понял, что люди поступают так, как им хочется, без причины.
Затем Кокорин стал интересоваться у Соловчука, куда конкретно он наносил ему удары «своей белой кроссовкой». Тот ответил, что в область груди, руки и уха.
Представитель потерпевшего: Вы его били?
Кокорин: Да, бил!
Адвокат Кокорина: Бил?
Кокорин: А, мне послышалось, что вопрос был: пил я или нет? Я пил — да, но не бил.
После этого Мамаев, Кокорин-младший и тренер Протасовицкий принесли избитому Соловчуку свои извинения. При этом Мамаев отметил, что готов возместить водителю компенсацию за «тот легкий вред, который диагностировала экспертиза». Кроме того, он попросил потерпевшего «хорошо вспомнить видеозаписи и дать более правдивые показания — в том плане, что Кокорин Александр на протяжении всего этого конфликта пытался его погасить».
После этого в зал вызвали очередного свидетеля, официанта «Кофемании» Рината Токтарова. Он рассказал о тех же событиях, что и его предшественники, примерно то же самое.
Прокурор: Они [компания футболистов и их друзей] были пьяны?
— Да.
Прокурор: Как вы это поняли?
— Ну, по перегару.
Также официант заявил, что приятели вели себя «непристойно». Особенно отличилась девушка.
— Со стороны девушки. Очень часто говорили, что «никогда ты не добьешься Александра Кокорина и не надо к нему приставать». Девушка стала вести себя непристойно, лезла целоваться к нему.
Прокурор: Как она это делала?
— Ну, как это делают…
Прокурор: Садилась к нему?
— Ну да. Ну, были элементы сексуального характера, садилась на него сверху.
Адвокат: Да вы покажите уже…
— Она располагалась за соседним столом, и она нагнулась к нему в пах, грубо говоря.
Адвокат: А можно прекратить это, каждое заседание! Такое ощущение, что у нас товарищ прокурор в этом заинтересован!
Затем свидетель перешел от темы с девушкой непосредственно к конфликту компании с Паком, отметив, что видел его отрывками.
— Я начал проходить мимо девушки и видел, что со стороны Александра, получается, летит стул. Вот я обхожу человека, и с его стороны летит стул. Девушка идет к выходу, самый близкий к столу — Александр, и от него летит стул. Летит в сторону господина Пака. Мне тяжело сейчас вспомнить, что делал Пак. Он, по-моему, сидел.
Прокурор: Стулом попало?
— Я думаю, что попало. Куда, точно не знаю, это правая сторона.
Прокурор: А Кирилл Кокорин что делал? И третий мужчина?
— Третий стоял поодаль немного, а Кокорин поближе. И он то ли пытался успокоить, то ли придержать стул… Потому что я видел, что был некий элемент движения — у того, которого я не знаю. Потом я ворвался, встал между господином Паком и Александром Кокориным, — показывает свидетель вытянутую руку. — Он кричал что-то… По-моему: «Повтори, что ты сказал», что-то в этом направлении. Кирилл кричал господину Паку.
Прокурор: В какой форме? Агрессивно?
— Ну, не мило, конечно… Конечно, громко.
О том, как завершился конфликт и кто вызвал полицию, официант рассказать не смог. Зато ответил на вопрос прокурора о том самом «злосчастном стуле», которым ударили Пака, и его [стула] дальнейшей судьбе.
— Когда происходила перепалка, стул находился позади меня. Потом, когда я убирался, я обнаружил стул, который шатался, и отнес его в подсобку. Чтобы отдать в дальнейший ремонт.
Адвокат: Вы имеете в виду шатающийся стул, именно тот, который куда-то летел? А если он куда-то летел, то куда он приземлился?
— Могу предположить, что на правой стороне Пака.
Адвокат: Вы уверены, что его полет закончился на Паке?
— Ну да.
После того как судья зачитала протокол допроса свидетеля, в котором описание события практически не отличалось от сказанного им в суде, кроме того, что в нем уточнялось, что Кокорин пил виски, а Мамаев — пиво, заседание было окончено.
Комментарии
73
Футбол , Видео , Статьи , Павел Мамаев , Сергей Гайсин , Кирилл Кокорин , Ольга Ушакова , Александр Кокорин , Минпромторг , Louis Vuitton , ФСИН , Lenta.ru
Читайте также
Салах помог Египту обыграть сборную ДР Конго
5 интересных игроков в плей-офф Кубка Америки
Последние новости
В Нижнеангарске загорелся самолет Ан-24
В Москву придут дожди и порывистый ветер
Стала известна дата встречи Путина и Трампа