Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол
Легкая атлетика

Виктор Понедельник и его правила жизни – война, золото Евро-1960, Лев Яшин, голы, защитники, комментаторы

— это не только Евро-60. Он пережил войну и по-настоящему любил жизнь.

Виктор Понедельник и его правила жизни – война, золото Евро-1960, Лев Яшин, голы, защитники, комментаторы
Фото: Чемпионат.comЧемпионат.com

В понедельник — о Понедельнике. Вы знаете, что из великого состава сборной Бразилии, выигравшей свой первый чемпионат мира в 1958 году, шесть человек до сих пор живы? И дай им бог здоровья. Пеле – 80, Алтафини – 82, Моасиру – 84, Пепе – 85, Дино Сани – 88, Загало – 89.

Видео дня

Вратарь Жилмар и капитан Беллини дожили до 83 лет, Джалма Сантос – до 84, Нилтон Сантос – до 88. Экология? Генетика? Судьба? У нас герои золотого Евро-60 уходили в расцвете сил — Месхи не стало в 54, Яшина в 60, Метревели в 61, Нетто в 69. И только четверо из той команды перешагнули 80-летний рубеж – Анатолий Крутиков дожил до 86, до 85, Владимир Кесарев до 84. Виктор Понедельник ушёл последним — в 83. https://www.championat.com/football/article-4208901-ushjol-iz-zhizni-viktor-ponedelnik--avtor-pobednogo-gola-sbornoj-sssr-na-evro-1960.html С Виктором Владимировичем мне посчастливилось общаться пять лет назад — интервью было посвящено сразу двум юбилеям, 70-летию Победы в Великой Отечественной войне и 55-летию нашего европейского золота. Общались по телефону. Запомнилась его речь — плавная и неторопливая. И, конечно, истории. От большинства захватывало дух. Понедельник казался героем эпического романа. Хотя почему казался? Он таким и был.

О войне

— 1942 год, отец был в Москве – учился на рабфаке, а мы с мамой и старшей сестрой – в Ростове. Немцы начали окружать город. Помню, как летали мотоциклисты с пулемётами – расстреливали всех, кто появлялся на улицах. Мы с пацанами, естественно, рвались посмотреть. Мама за мной с верёвкой бегала – привязывала, чтобы со двора не выскочил. Нас спас дядя – он был заместителем директора таганрогского авиационного завода, их эшелоном эвакуировали через Ростов в Саратов. Примчался на «эмке» с пистолетом: «Соня, быстро хватай детей – и в машину!». Успели на последний товарный состав. Доехали до Харькова – там остановились. Взрослым разрешили сходить на ближайший базарчик купить продукты. Мама прижала нас к себе: «Я никуда не пойду! У нас есть чёрствый хлеб – покушаем». Как она почувствовала… Через 15 минут немцы начали бомбить вокзал – в один момент столько детей без родителей остались… Состав от Харькова покатил в обратную сторону – не заходя в Ростов, по объездной ветке в Тбилиси. Приехали туда и ахнули – никакой войны! Музыка, фонари… В Тбилиси я и начал в футбол играть. Кстати, когда моя первая книга вышла, грузины заявили: «Понедельник так играет в футбол только потому, что вырос у нас, в Тбилисо».

О встречах с великими

— Я ещё в Ростове попал в круг писателей, был знаком с Шолоховым. Помню, он спросил меня, кем хочу стать. Я ответил: «Журналистом, как отец». – «Молодец, желаю удачи!» Жалею о том, что мало встречался с . Гениальный человек! Нас познакомил . Когда она прилетала в Москву, звонил её брат, присылал пригласительные билеты, и мы ходили в Большой театр. Я с детства балет люблю, мама приучила. Плисецкая написала обо мне в своей книге: «Я с детства болела за , и для меня было трагедией, когда он встречался с ростовским , потому что там играл мой любимый футболист Виктор Понедельник. Приходилось разрываться». Видел кадры из фильма про неё – она на стадионе кричит: «Витя Понедельник!» – и машет рукой.

О Яшине

— Мы как рыбаки сошлись. Где только не рыбачили! В океане, в море, в озере. Куда бы ни приезжали – везде с удочками. Лев Иванович даже малюсенькой рыбке радовался. Правда, всегда снимал с крючка и отпускал…

О суперголе Аргентине – ударом через себя

сделал передачу, я подпрыгнул и пробил. Мяча не видел, встал и смотрю – народ на трибунах аплодирует. Спрашиваю у ребят: «Где мяч?» Валя Иванов показывает на ворота: «Смотри!» А он в сетке запутался. Вратарь тоже ничего не понял – руками голову обхватил.

О чемпионской сборной-1960

— Сколько уже времени прошло, мы, ветераны, всё ждали, что сборная повторит наш успех, но… Та победа на самом деле была великолепной. Мы действительно были одной большой семьёй. Для меня потеря каждого из нашей чемпионской сборной как прощание с родным человеком. Но уход Володи Кесарева я переживал чуть ли не тяжелее всех. Может, потому что никто мне не позвонил, ничего не сообщили…

О современной журналистике

— В прессе слишком много скандалов, ругани и мало самого футбола. Поэтому и стадионы пустые, что не пишем про саму игру. Я футбольные трансляции смотрю без звука. Убрал его, когда комментаторы стали орать: «Гол-гол-гол!» И каждый старается перекричать другого. Мне неинтересно, что эти люди думают о футболе. Много было разговоров о том, что приедут иностранцы и научат наших играть. Научили? Научили креститься, вставать на колени, целовать землю… Откуда только взялось это обезьянничество? У наших комментаторов столько непонятных иностранных слов! Это отталкивает.

О здоровье

— С ногами у меня очень плохо. Каких только лекарств и уколов не перепробовал. Все колени давным-давно прооперированы. Вспоминаю, как лет 20 назад пришёл в районную поликлинику. Говорю: «Надо бы снимок сделать – что-то у меня правый голеностоп разболелся. Никакой обуви, кроме кроссовок, надеть не могу». Сделали снимок, доктор посмотрел и побледнел: «Как вы вообще ходите?! У вас там ни одной целой косточки! Ни одной!» А всё уже заросло – кости в разных местах выпирают… Что поделать – за грехи молодости приходится в старости расплачиваться. Нападающие сейчас жалуются: бьют сильно! Но нас тоже никто не жалел. Такие защитники были, что и сейчас вспоминаешь – вздрагиваешь. В киевском был такой Голубев – один раз мне так сзади засадил, что я сальто вперёд сделал. И лежал потом минут пять, пока в чувство приводили. Ничего, я не сдаюсь. И зарядку делаю, и плаваю. Как только теплеет – сразу на дачу. Здесь у меня бассейн – для ног спасение.

О бывших партнёрах

— На моих глазах столько ребят в буквальном смысле сгорело, не найдя себя после окончания карьеры. Людей просто выбрасывали из команд – и всё. Высшего образования нет, никому не нужны. Люди оставались со своими проблемами один на один. Вчерашние звёзды на кладбищах могилы копали, чтобы на кусок хлеба заработать. Ужас какой-то. Ребята начинали с горя пить…

К счастью, эта чаша его миновала. Как заметил сам Понедельник: «После окончания карьеры долго прожили те наши великие футболисты, у кого семьи были крепкие, где любовь была большая». В том же интервью летом 2015-го он удивил признанием, о чём больше всего сожалеет: «С парашютом не прыгнул». И не стал заглядывать в будущее: «Проснулся, прожил день – уже хорошо». Пусть земля вам будет пухом, Виктор Владимирович.