Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Матч-центр
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол

«Чуть не заплакал от счастья, когда понял, что могу ходить и дышать». Кузнецов — о коронавирусе и дисквалификации

«Чуть не заплакал от счастья, когда понял, что могу ходить и дышать». Кузнецов — о коронавирусе и дисквалификации
Фото: Sport24Sport24
Нападающий «Вашингтон Кэпиталз» дал интервью Sport24, из которого вы узнаете:
верит ли Евгений, что сыграет на Олимпиаде-2022;мечтает ли он попасть в Тройной золотой клуб;в чем видит феномен и Здено Хары;с кем из футболистов себя сравнивает;как пережил коронавирус.
— Несмотря на поражение, первый выездной матч против «Питтсбурга» вы провели хорошо. Как себя чувствуете? Тяжело было вкатиться после такого перерыва?— Я двадцать один день вообще ничего не делал. Думал, что три дня потренировался, и этого достаточно, что я уже в хорошей форме. Но во время игры моментами было тяжеловато. Такое было состояние, как будто я после лета только что вышел покататься с ребятами, настолько было непривычно. Но игра складывалась хорошо, на эмоциях. Мы постоянно их догоняли. Матч так быстро прошел, что я даже не заметил, как быстро устал.
— Иотправили в фарм-клуб — это реально вынужденная мера? Без этого было совсем никак не обойтись?— Я так понял, его отправили, чтобы он сыграл матч и не сидел на лавочке. Ему сейчас нужна игровая практика.
— В этом сезоне у «Вашингтона» новый тренер. На карантине вы наверняка смотрели матчи со стороны. Что можете сказать о системе Пит Я пропустил почти месяц. Одно дело смотреть, другое — находиться в раздевалке, играть самому. Сколько матчей ты посмотришь, не важно, нужно быть на льду. Именно ошибаться, и еще раз ошибаться. Если, конечно, удача повернется к тебе и получится отыграть без ошибок — еще лучше. А так нужно проходить через это вместе со всеми. И сейчас мне необходимо догонять команду по системе.
— Что скажете о тренировках с ним, я видела, что вы тренируетесь по полтора часа. Это нормально?— Тренер считает, что так мы будем в лучшей физической форме. Значит, нужно уделять столько времени. Там же не глупые люди сидят. Они смотрят за нашим состоянием, за загруженностью. Мы им полностью доверяем, а они доверяют нам — что мы будем выкладываться по полной. Думаю, когда нам будет нужно, они дадут выходной.
— Игры постоянно отменяют, снова пошли разговоры о пузыре. Вы согласились бы провести так целый сезон?— Тяжело сейчас об этом говорить, но я думаю, никакого пузыря не будет. Найдется вакцина, и ее поставят тем, кто не болел, у кого нет антител. Надеюсь, что все будет хорошо, и никаких пузырей не будет, потому что это бредятина полная.
— Вы будете вакцинироваться?— У меня же антитела, говорят, на 90 дней минимум.
— Не знаю, насколько это правда, но я слышала, что лига может начать отслеживать игроков по GPS. Согласитесь на такие меры?— Они этим просто лишний раз докажут, что не доверяют нам. Сказали сидеть в отеле, мы так и делаем. Никто никуда не выходит. Я не знаю, насколько это вынужденная мера, но они могут следить за нами и без нашего разрешения. Сейчас 21-й век — легко определить место нахождение телефона или человека. Если лиге это нужно, конечно, пусть делают, но ничего нового они там не узнают.
— Это вообще законно? — . Какая разница, законно или не законно. Если им нужно, пусть делают. Даже если и спросят наше разрешение, откажешься, что ли? Скажут, не играй тогда в хоккей. Здесь же все сводится к тому, что перед началом сезона мы понимали, какие нас могут ждать сюрпризы. Мы решили играть Я лично для себя решил играть. Поэтому, что бы мне ни сказали, я обязан это выполнять.
— Что вы, помимо матчей «Вашингтона», смотрели на карантине? Может быть, супербоул? За кого болели в финале?— Супербоул смотрел, да. Я тогда уже вышел после карантина. Болел я за Брэди. Величайший человек. Сколько у него уже было финалов и Кубков Хочется, чтобы он и дальше выигрывал и доказывал, что можно не просто играть в таком возрасте, а еще и перейти в новую команду и показать себя там. Этой победой Брэди доказал, что он реально сильный футболист и значимый для команды игрок.
— Вы когда-нибудь были на матчах вживую?— Нет. Пока еще не испытал такого счастья.
— Слова Романа касается Кузнецова, мы всегда боремся за своих игроков. Будем консультироваться с юристами. На сегодняшний день у него дисквалификация на четыре года [до июня 2023 года], но мы будем бороться». Вы верите, что у вас есть шанс сыграть на играх 2022?— Почему нет? Никаких связей с Романом Борисовичем на этот счет не было, но у меня есть свои юристы и агенты. В правильное время они поговорят с нужными людьми, узнают, как обстоят дела. Если ФХР поможет, это будет большая поддержка, потому что без них все равно никуда, и слово Романа Борисовича там значит многое. Если они смогут помочь, то наша сборная получит центрального нападающего, который, надеюсь, еще может играть (смеется).
— Почему, кстати, в нашей сборной проблема с центрами? У вас есть объяснение?— Наверное, эта система выработалась за последние годы, даже десятилетия. Все хотят забивать голы, хотят быть крайними. Думаю, за счет этого. Я вообще мечтаю, чтобы в каждой хоккейной школе был человек, который отыграл, может быть и не в НХЛ, но в России точно, который будет на зарплате и будет обучать центральных. Он будет работать с ними летом и показывать, как играют другие центральные, что сейчас модно, и как нужно действовать. Такие люди нужны хоккеистам ближе к 15-16 годам. Я всю жизнь играю в хоккей, меня никто не учил вбрасываниям. Я толком ничего не знал об этом до нынешнего сезона. Сейчас у нас есть специальный человек, который играл в НХЛ. Он все разъясняет, показывает видео. Это очень интересно даже мне, старику, которому уже скоро под тридцать. Я все равно стараюсь развиваться, учиться. Даже не могу представить, как это все будет интересно молодым пацанам.
— У Павла Дацюка, Ильи Коонкретная цель, мечта — попасть в Тройной золотой клуб. Вам это вообще интересно или такой титул не особо волнует?— Нет. У меня есть мечта, как только время подойдет, я закончу и буду заниматься детьми. Все время буду проводить с родителями, с семьей. Вот это моя мечта.
— Я наблюдала прикольный эпизод с тренировки «Вашингтона» — Здено Хара объясняет вам, как делать «птичку» — Нет-нет (смеется). Там долгая история. У Хары вместо изоленты специальные наклейки, и он заказал для меня такие же. Мы разговаривали об этом. Я сам первый раз их попробовал, мы обсуждали, как снег вытереть. А птичку он постоянно делает. Наверное, очень хочет ее исполнить, когда гол забьет. Он очень хороший, веселый парень. Постоянно улыбается и подкалывает по-доброму, несмотря на его возраст.
— Ему 43 года. За то время, что он играет в «Вашингтоне», вы успели понять — за счет чего ему удалось доиграть до этих лет, да еще и держать такой уровень?— Не знаю. Мне сложно сказать. Я все мечтаю позвать его на ужин, чтобы дома сесть с ним, спокойно поговорить. Просто так, где-то в раздевалке, наверное, неправильно начинать этот разговор. Интересно узнать все нюансы в плане питания, в плане психологии: что его мотивирует каждый день приходить и работать в зале и на льду. Довольно сложно быть не с семьей, постоянно в разъездах. Он в таком положении, когда уже вроде бы и не надо, и не хочется, а у него желания все равно очень много.
— Сами готовы играть до 40 или даже больше лет? — Нет. Я не буду так долго ни в коем случае. Я другой человек.
— Еще один феномен — Александр Овечкин. У него был не слишком удачный старт сезона, двухнедельный карантин, когда он вернулся, никто особо ничего не ждал. И тут вдруг Овечкин берет и разрывает «Филадельфию». Можете объяснить как такое возможно? Это природа или соперники его так боятся?— Тяжело сказать. Но иногда я нахожусь рядом с ним, и мне не совсем понятно, как у него получаются какие-то вещи, как это все происходит. Я почерпнул для себя одно: Саша очень голоден до голов. Он постоянно хочет забивать, лезет на ворота, бросает, сколько бы голов не было. У него есть голевая чуйка, глаза горят. Этому невозможно научиться, с этим нужно родиться.
— Есть мнение, что у Ови в этом сезоне нет шансов на «Морис Ришар». Мол, Мэттьюс будет спокойно грузить «Оттаве», «Калгари» и остальным, а у вас дивизион сильнее и Ови придется непросто. Согласны?— Время пройдет, там посмотрим. Здесь еще сказался этот карантин, Саня пропустил игры. Тяжело. Сейчас вот он вышел, набирает обороты Не знаю, смогут ли те ребята из другого дивизиона постоянно быть в таком ритме. А Саша свои голы всегда забьет, причем очень много забьет.
— Цитата того же Овечкина: «Кузнецов знает, насколько может быть хорош». Вы и правда это знаете? Если взять уже прошедший отрезок вашей карьеры, когда вы чувствовали себя в максимальном порядке?— Если честно, я, наверное, так и не вышел на свой максимальный уровень. Все дело в том, что иногда мне бывает достаточно, и я где-то лишний раз сыграю по счету, просто спокойно на оборону. Лишний раз не пытаюсь забить, когда вижу счет 5:1 или 6:1. Для меня нет смысла забивать много голов, мне больше нравится отдавать пас, разыграть где-то для общей картины, чтобы мы выиграли и улыбались после матча. Для меня это самое главное. От меня многие требуют, чтобы я забивал по 40-50 голов Но если я это буду делать, уйду от своего стиля, и мне придется многое поменять.
— У Саши спрашивали, кто он в футболе, он ответил: «Месси». С кем бы вы себя сравнили?— Березуцкий, один из них.
— Почему? — Потому что я тоже пинаю по ногам дай боже (смеется). Ну, либо Игнашевич. Под конец как он могу играть спокойно. Я на самом деле люблю и Березуцких и Игнашевича. Эти люди на самом деле многого добились в нашем футболе. Столько лет отыграли на одном дыхании на таком уровне. Это великие люди для нашего футбола в нашей стране.
— Пока в НХЛ не начался сезон, вы были в России, в том числе, посещали матчи КХЛ. Недавно ваш первый тренер Владимир Шабунин сказал: «Наш хоккей по сравнению с НХЛ — фигурное катание». Согласны с ним?— Владимир Иванович просто так слов на ветер не бросает, если он это видит, то я его полностью поддерживаю. Этот человек очень многое мне дал, очень многому научил весь наш год. Золотой человек. Он с той старой школы, и для него тяжело понимать некоторые моменты в хоккее. Я его обожаю, люблю, поэтому я всегда за него.
— Назовите две пятерки мечты с вашим участием — первую, состоящую только из русских хоккеистов, вторую, где вашими партнерами будут только легионеры.— Первая — Саня, я и Панара. В защите — Орел и Заяц. С иностранцами — наверное, Макдэвид, Кросби и я. Нет, не так. Макдэвид, Мэттьюс и я, а в защите — Кросби (потому что мы в четыре нападающих будем играть) и Карлсон.
— У вас уже есть какое-то своё тренерское виденье. Не думаете заняться этим, как закончите с хоккеем?— Это очень тяжелая работа. Нужно будет полностью убить в себе игрока и переключиться на тренера. Я не знаю, как быстро я смогу это сделать. Сейчас у меня мысли закончить с хоккеем и просто на некоторое время забыть об этом. Отойти в сторону и уделить все внимание семье, детям, родителям, друзьям. Полностью перезагрузиться и дальше уже смотреть. Конечно, каждому хоккеисту хотелось бы работать в хоккее, но важно понимать, какая база данных будет у меня в голове. Смогу ли я помочь или просто приду, чтобы деньги зарабатывать. Это разные вещи.
— Во время этого разговора вы находитесь в Питтсбурге, где на прошлом выезде вас наказали за то, что вы собрались вчетвером в одном номере. Можете прояснить эту ситуацию?— К сожалению, я не могу рассказать все. Это должно было оставаться на нашей кухне, но получилось так, что это вышло за ее пределы. У меня ни на кого обид нет. Мы сами были виноваты — смотрели телевизор в одной комнате без алкоголя и всего подобного. Просто смотрели UFC, играли в приставку. Так получилось, несчастный случай, что Самса первый заболел. Лично я расстроился больше из-за этого, а не из-за штрафа и наказания. У него довольно тяжелый год, а тут еще коронавирус. За себя-то я не переживал — ничего страшного. Встал, отряхнулся, да вышел. А за него я очень расстроился. На счет того, как сделали в клубе — значит, так посчитали нужным. Я не могу никак возразить им, потому что я простой рабочий. Так что, можно сказать, что я поддерживаю их и наказание, которое мы понесли. Повторюсь, сами виноваты. Но это уже прошлое, зачем его вспоминать. Нужно думать о будущем. Поэтому сейчас я один в номере, да и Самса сейчас в фарм-клубе, так что можно не волноваться (смеется).
— Вы нормально перенесли коронавирус? Без последствий?— Если честно, тоже не могу особо отвечать на этот вопрос. Скажу только, что в один момент я проснулся и чуть не заплакал от счастья, когда понял, что я могу ходить, дышать Такие моменты были. Тяжеловато. Это все происходило в первый раз, никогда не знаешь, что ожидать в последующий момент. Эта болезнь такая — сегодня хорошо, завтра плохо. То, о чем я говорю, поймут только люди, которые переболели с симптомами. Никому такого не пожелаю.
Скачать приложение Sport24 для iOS
Скачать приложение Sport24 для Android