Ещё
Топ-клуб АПЛ нацелился на Пако Алькасера
Топ-клуб АПЛ нацелился на Пако Алькасера
Премьер-лига
Кокорин оказался в стартовом составе «Зенита»
Кокорин оказался в стартовом составе «Зенита»
Футбол
Василевский повторил свой сейв вслепую
Василевский повторил свой сейв вслепую
Хоккей
Тарасов забил первый гол за «Рубин»
Тарасов забил первый гол за «Рубин»
Футбол

«Он как Марадона». Самая ленивая звезда 2000-х 

«Он как Марадона». Самая ленивая звезда 2000-х
Фото: Чемпионат.com
«Рекоба — это всегда был сон: в любую секунду он мог сотворить волшебство. Самое прекрасное, что я когда-либо видел». ()
Альваро Рекоба думал, что переговоры с «Интером» будут долгими и сложными, ожидания почти оправдались — общались с Моратти пять секунд. Президент нерадзурри вошёл в кабинет, поднёс к лицу Альваро контракт, указал на сумму с пятью нулями, спросил: «Столько хватит?». Вот и все переговоры. Если бы Рекоба засомневался, он выбил бы себе зарплату побольше — ради Чино, Китайца, как спустя годы мир будет величать Альваро, Моратти готов был рисковать.
Это сейчас вы давно выбросили из квартиры тонну видеокассет, посчитав их ненужным хламом, а 20 лет назад одна VHS-кассета перевернула всю карьеру Рекобы. Плёнку привезли из Монтевидео, нарезали лучшие моменты Рекобы в уругвайском «Насьонале», одним из них был гол, который на родине Чино сравнивали с Марадоной-1986: подхватил мяч в середине поля, обыграл половину команды соперника, уложил вратаря, забил в пустые ворота, и всё на скорости, с невероятной техникой и крепкими ногами. Массимо Моратти смотрел кассету вместе с сыном Мао. Соло Рекобы сделало их вечными фанатами Чино, Массимо даже приходил на матчи своего «Интера» с 20-м номером на спине.
Рекоба быстро согласился на трансфер, а когда настал дебютный матч за «Интер», пусть и товарищеский, с «» — потерял дар речи: «Я вошёл на стадион, где никогда не был. Все огни погасли. Во время презентации игроков вызывали по одному, освещая громадным световым лучом. Когда включился свет, я понял — 90 тысяч человек только что приветствовали меня! „Интер“ устроил такую вечеринку, потому что тем же летом перешёл Роналдо. Я смотрел на всё это и чувствовал себя наркоманом».
Спустя неделю начался сезон в Серии А, Роналдо уже носили на руках, распевали его фамилию всем стадионом, а Рекоба смотрел за футболом с лавки. Весь первый тайм «Интер» и «Брешия» отбегали вхолостую, а потом молодой и неотёсанный Дарио Убнер придумали гол, Джиджи Симони, тренер нерадзурри, уже задумался, что вот-вот улетит вслед за Роем Ходжсоном, которого уволили летом. Крикнул Рекобе: «Эй, молодой, переодевайся!». Молодой завалил два чудо-гола, второй — шикарным ударом со штрафного, который заработал Роналдо. Все ждали, что свою вечеринку устроит Зубастик, но, как говорили на радио RTL, «открыли для себя Альваро Рекобу, у которого вместо левой ноги динамит».
Десяток лет Чино узнавали на миланских улицах, и приятнее всего ему было слышать от фанатов: «Эй, я был на том самом матче с „Брешией“.
****
Рафаэль Перроне не хотел становиться тренером. Он уехал играть в греческий „Олимпиакос“, ему подкинули 7-летний контракт, пообещали греческий паспорт, роскошный дом, но спустя полгода всё надоело. „Я боялся летать домой через Атлантику, я скучал по маме, по своим делам“. Спустя полгода в Греции Перроне сбежал в Уругвай, в „Олимпиакосе“ его откопали, прислали билеты на самолёт, Рафаэль отвечал по телефону — „Да, да, конечно, прилечу назад“, — но билеты уже лежали порванными среди мусора. Перроне дисквалифицировала ФИФА, он нашёл своё счастье в скаутинге и воспитании талантливых детишек. Так Рафаэль нашёл Фабиана Карини, Диего Поленту и Хавьера Чевантона, но Альваро Рекоба был его главной находкой. Когда Рекобу ещё не прозвали Китайцем, он уже не был командным игроком. Однажды он вывел свою детскую команду в финал какого-то городского турнира, утром уехал на рыбалку с отцом, простым таксистом из Монтевидео, которому Чино потом подарит личный таксопарк. Они отплыли от берега реки, Альваро ловил кайф… а потом вспомнил, что в этот день, вообще-то, финал турнира. На машине Рекобу доставили на поле — не зря же папа таксист, — к перерыву проигрывали 0:3, Альваро вышел в перерыве, взял всё в свои руки, забил за второй тайм пять, а потом отказался праздновать вместе с командой, метнулся обратно на рыбалку. Рафаэль Перроне приметил Рекобу именно тогда. Взял под опеку, но с одним условием — порой Альваро будет жить у него, чтобы не шлялся по улицам.
По два-три раза в неделю Рекоба сначала тренировался у Перроне, учился бить утяжелёнными мячами, а потом ночевал у него дома. Он боялся заговорить с дочкой Рафаэля, Лореной, не помогло даже её гостеприимство — она отдавала Альваро свою кровать, когда парень приходил на ночёвку. Прошли годы, Альваро перестал ночевать, но всё равно продолжил заходить в гости — говорил, что к тренеру, но на самом деле навязывался девочке: „Я к вам на котлеты, твоя мама классно их готовит“. Однажды Рекоба осмелел, пришёл в гости к Лорене, стал говорить напрямик: „Ты хочешь со мной встречаться? Начнём с сегодняшнего дня, поедем ко мне домой. Мама готовит пиццу для нас“. Лорена удивилась, перерыла весь город в поисках платья, чтобы вечером не выглядеть дурочкой, на семейном ужине Альваро перешёл в наступление и при всех сказал ей: „Ты будешь моей девушкой?“.
Спустя девять месяцев после того свидания тренер Рекобы стал его тестем. На свадьбу пригласили 400 гостей, закупились фейерверками, стали отмечать и свадьбу, и трансфер Альваро в „Интер“. Все эти месяцы Альваро заваливал девушку любовными письмами, потом продолжил писать, когда у них появились Натали и Йеремия — дочь и сын. Девушке поначалу было не очень уютно в Милане, Рекоба ревновал, когда она уезжала домой, названивал по несколько раз за день, Лорена отвечала: „Да, да, конечно, прилечу назад“. Только, в отличие от Рафаэля, действительно возвращалась.
****
В „Интере“ Рекоба делил скамейку с другим уругвайцем, Мартином Ривасом. Однажды играли с „Эмполи“, Чино не скучал, следил за игрой, а за вратарём тосканцев Марко Роккати — особенно. „Смотри, Мартин, — говорил Рекоба соседу по лавке, — обрати внимание на их вратаря. Он постоянно далеко выходит из ворот. Если я выйду, то заброшу мяч ему за шиворот. О таком голе я мечтаю уже 10 лет“. К тому времени Джиджи Симони перестал выпускать Рекобу, но тут у него сломались почти все игроки атаки, выбора не было — пришлось отправить в игру Чино. Ветер дул в сторону ворот „Эмполи“, Роккати опять далеко вышел из ворот. Рекоба забил.
В „Интере“ к нему относились по-разному. Однажды у Диего Симеоне на базе брали интервью, выпытывали все секреты Роналдо, и капитан „Интера“ выпалил: „Роналдо, конечно, хорош, но знаешь, кто лучше всех контролирует мяч на скорости? Во-о-он тот толстячок“. Потом, когда Симеоне сменил цвета, тренером стал , а Массимо Моратти положил Рекобе громадную зарплату, его товарищи взбунтовались в одном из матчей: „Оставьте уже его в раздевалке, выпустите любого со скамейки, хуже не будет“. Купер насупил брови: „И как вы объясните это Моратти?“.
→ Опять проиграл. Эктор Купер — самый несчастный тренер в мире
Но поначалу всё было здорово: пока Рекоба ждал, что „Интер“ купит ему дом на берегу озера Комо, где у него с Лореной будет семейное гнёздышко, он поселился у  и его жены, Паулы. „Их счастье — в том, что они делают добро и ничего не просят взамен“, — отзывался Рекоба. Вместе с Санетти Чино пристрастился ходить в караоке-бары: собирались раз в два-три дня, заказывали что-то итальянское, Санетти ловил кураж и чувствовал, будто он Эрос Рамазотти, а Рекобе было стыдно за своё пение. Особенно стыдно — когда нужно было спеть гимн „Интера“ для включения на стадионе. Альваро выходил из студии звукозаписи покрасневшим, а после матча с „Болоньей“, где включили запись, ему позвонила жена уругвайца , пришедшая на игру: „А у тебя есть копия песни?“. Другой страстью Чино был теннис. В настольный он играл с Лореной, в стандартный — с Иваном Саморано, который играл в „Интере“ под номером 1+8. Шансов выиграть у Саморано на корте почти не было — он готовился к сезонам с , профессиональным теннисистом, и был его постоянным спарринг-партнёром. Так и с конкуренцией в „Интере“: пока Рекоба не уплыл в Венецию, он казался неготовым к конкуренции. Его волшебная работа с мячом сочеталась с его нежеланием пахать в защите, работать на команду, Симони не видел его в составе, а когда Чино приготовили к аренде, Массимо Моратти подошёл к уругвайцу и сказал: „Не переживай, через полгода ты всё равно будешь играть в моём „Интере“. Его веру в Рекобу не могло затмить ничто. ****
Сейчас Маурицио Дзампарини поедает тренеров на завтрак в „Палермо“, 18 лет назад он заходил на установку в раздевалку другой команды — „Венеции“. Руководил ей Вальтер Новеллино, которого Дзампарини потом увольнял из „Палермо“, и одна установка запомнилась владельцу-психу больше других. „Так, играем 4-4-2. Четверо в обороне, четверо в середине поля, впереди форвард, цепляющийся за мячи“, — говорил Новеллино. „Стоп, — вспомнил Филиппо Маньеро, тот самый форвард, — почему вы не вспомнили про Рекобу?“. Новеллино не растерялся: „Чино — феномен. Пусть делает на поле, что хочет“.
→ „Моё хобби — увольнять тренеров“. Правила Маурицио Дзампарини
Это логично и нелогично одновременно, что полгода в „Венеции“ стали лучшими в карьере Чино Рекобы. Нелогично — потому что за почти 10-летний отрезок в „Интере“ Альваро стал любимцем тиффози „Интера“ и лично Моратти, логично — потому что Вальтер Новеллино его ни в чём не ограничивал. В раздевалке „Интера“ была толпа змей, часто готовых задушить друг друга, а в „Венеции“ никто не задавал вопросы, почему Рекоба на особом положении. „Молодые игроки после тренировки оставались посмотреть, как бьёт Чино, — вспоминает , один из той венецианской „молодёжки“. — Он бил с разных точек, и при любых обстоятельствах залетало 8 из 10. Я почти не видел других игроков, кто бил бы так же сильно и точно“.
За „Венецию“ Рекоба забил 11 мячей в 19 матчах, а лучший матч выдал против „Фиорентины“ Трапаттони, включившейся в чемпионскую гонку. , с которым Чино потом делил раздевалку „Интера“, видел Рекобу в страшных снах — уругваец дважды забил ему со штрафных, а третий мяч после сольного прохода, как на той VHS-кассете из Монтевидео. „Он как Марадона“, — на следующий день написала La Gazzetta Dello Sport. После матча Рекобу искали все спортивные телеканалы Италии, журналисты RAI дозвонились до друга Чино, игрок получил приглашение в студию, но Альваро вежливо отказался: „Я не могу уехать из дома, у меня турнир на PlayStation“.
Его полюбили тиффози плавучего города, его технику смаковали на ТВ, но так совместить красоту своего футбола с эффективностью Альваро Рекобе больше не удавалось нигде. В 2007-м Новеллино возглавил „Торино“, вернувшийся в Серию А, первым делом арендовал замученного травмами Чино, а любимчик Моратти пообещал, что за сезон забьёт 20 голов. Реальность оказалась прозаичнее — за сезон Рекоба еле-еле перешагнул отметку в 20 матчей.
****
Жена Альваро Рекобы — автор его лучшей характеристики: „Он ленивый романтик“. Чино был слишком необычным, даже странным для футбольного мира. Знаете, так бывает с вундеркиндами — иногда у них едет крыша, но для них самих такое состояние жизненно важно. На стыке веков базу „Интера“ украшал памятник лени Рекобы — его личный стол на тренировочном поле: когда команда выходила на пробежку в туманную погоду, он медленно отставал от колонны, садился за стол и закуривал. Тренеры бежали впереди колонны, они ничего не видели.
“Если бы у меня была голова Хавьера Санетти, я точно стал бы настоящей звездой», — однажды жалел Рекоба. У Санетти не было техники, зато были крепкий характер и ответственность за свою карьеру, а Чино относился к карьере, как к футболу в принципе, не откладывая себе пищу для размышлений. Хосеп Гвардиола выгнал бы Рекобу сразу же, как только узнал его рацион: пока Лорена за обедом ела пару ломтиков хлеба, намазанных маслом и джемом, Альваро просил то жареные овощи, то мясные котлеты, то яичницу и картошку фри из .
Рекоба легко растрачивал свои деньги. Однажды ему позвонил уругвайский журналист, хотевший сделать большой материал о жизни Чино в Италии, Рекоба согласился, оплатил автору поездку, дал ему комнату в своём роскошном доме, хвалился татуировкой с Че Геварой на плече, садился за руль . Хотя у него была такая громадная зарплата — в 2001-м Моратти, всё ещё впечатлённый Рекобой, дал уругвайцу самую большую в мире зарплату среди футболистов, — что Чино мог спокойно отказаться от части денег, чтобы «Интер» не бедствовал. Спустя год после подписания бешеного контракта с нерадзурри так и случилось. Рекобу не любили в сборной Уругвая. «Мы были командой, где все думают одинаково, — вспоминает Себастьян Абреу, поменявший 28 клубов за карьеру. — Я, , Ричард Моралес, , Фабиан О’Нил — у нас была своя дружная компания, мы слушали кумбию, пили мате, играли в карты. А Рекоба был белой вороной из другого мира: он часами зависал в игровой приставке, общался с нами не вживую, а по электронной почте, отдельно для себя заказывал сладкое молоко». Однажды Чино рассказывал, что его любимое занятие — лежать, играть в приставку и отключать мозг, для других уругвайцев это было диким.
Всё это прощалось ему, когда Альваро Рекоба мог творить волшебство. Волшебная палочка сломалась, когда в «Интере» появился : он ставил в состав за работу на тренировках, а не за симпатию Моратти, Рекоба какое-то время мучился с ролью запасного, затем — с постоянными травмами. Дальше не получилось ни в «Торино», ни в Греции, и тогда Чино отправился домой, в «Насьональ», где допускалось быть ленивым романтиком. Там Рекоба целых четыре года забивал со штрафных и финтил, как в лучшие годы, а однажды даже забил «сухой лист», который в Италии удавался Альваро лишь на тренировках.
****
Прошлой весной Альваро Рекоба отыграл прощальный матч. Приехал : «Должен же я отблагодарить парня, с чьих передач я забил голов 50». За команду друзей Рекобы сыграл Рубен Соса — детский кумир Чино, с которым однажды Рекоба мило беседовал в эфире уругвайской радиостанции. А ещё там были Франческо Тольдо, Кили Гонсалес, Хавьер Санетти, Хуан Роман Рикельме и Карлос Вальдеррама. С громадного экрана транслировали обращение , не прилетевшего по уважительной причине. С марта в жизни Альваро Рекобы появился другой футбол, пляжный, а заодно другие дела, где одной лени не хватит — создание документальных фильмов о южноамериканских футболистах, учёба на спортивного менеджера, экспедиция в Чили на мотоциклах… Но главной игры в его жизни больше нет: «Я не хожу на стадион, я не смотрю футбол в телевизоре, предпочитаю гулять в парке». Разве что Рекоба иногда помогает советами сыну — тот тоже хочет стать большим игроком.
****
— Папа, папа, там Марсело из !
Это случилось несколько лет назад — Альваро и Йеремия выбрались в Майами, зашли в дорогущий ресторан, а там за столом сидит защитник, которым принято восторгаться. «Будь умничкой, сиди и никому не мешай», — остановил сына Альваро. Марсело услышал, что говорят о нём, доел и подошёл к столику, где сидел Чино: «Добрый день. Извините, не хотел вас тревожить. Я — Марсело, может быть, слышали, и мне нравилась ваша игра».
Марсело фотографируется с Рекобой-старшим, для себя, потом с Рекобой-младшим, для архива Йеремии, и оставляет футбольную семейку. «Пап, что это было?», — спрашивает Йеремия. Он вспоминает эпизод недельной давности: тогда Альваро с сыном обедали в Монтевидео, и к ним с тысячей карамельных слов прибежал Луис Суарес.
Да всё просто. Чтобы оставить след в футболе, не обязательно быть лучшим в мире.
Лучшие моменты Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео