Игорь Захаркин: Здороваюсь с Вайсфельдом. Но в работе он меня подставлял 

Игорь Захаркин: Здороваюсь с Вайсфельдом. Но в работе он меня подставлял
Фото: SovSport.Ru
Обозреватель «Советского спорта» взял эксклюзивное интервью у главного тренера «Салавата Юлаева» , который покидает этот пост.
Игорь Захаркин смог ответить только с третьего звонка. Все бегал по делам, был занят. Но вот главный тренер «СЮ» доехал с шофером до дворца, зашел в свой кабинет…
— Ну все, я свободен! — выдохнул Захаркин.
— В каком смысле? — В полном!
«ПЕРИОД ЖИЗНИ В УФЕ ЗАКОНЧЕН»
— Честно скажу тебе, Паша: я сделал все, что мог, — сказал Игорь Владимирович, которого я знаю много лет. Поэтому на «ты». — Но как побеждать с такими травмами? Фактически без игроков. Мы бились сколько могли против команды, которая укомплектована и реально готовилась к плей-офф. Что я мог сделать больше?
Ухожу с чувством собственного достоинства, с незамаранной профессиональной честью. Так заканчиваю свой период жизни в Уфе.
— У вас все решено? — Уже да.
— Генменеджер «СЮ» сделал заявление, что судьба Захаркина будет решаться на следующей неделе. — Да это все… На следующей неделе… Он мне судья что ли? Я сделал все, что мог. И ребята мои поступали правильно. Считаю, мы проделали огромную работу. Не думаю, что допустили какие-то профессиональные ошибки. У нас не было людей — но это не от нас зависит. Мы говорили об этом постоянно. Били тревогу, начиная с августа. В сентябре вообще плотно этим занимались.
Но не вышло. Не получили мы подкрепление ни в сезоне, ни на флажке при дозаявке. Ну играли теми, кем есть. И выглядели достойно.
— Конфликт «Захаркин — Вайсфельд», этот тяни-толкай. Даже карикатуры об этом рисовали. Почему так оказалось? — Нет у нас никакого конфликта, Паш. Конфликт — когда люди ругаются друг с другом, высказывают разные точки зрения. А тут все просто и ясно. Я хотел, чтобы генеральный менеджер постоянно работал в тесном контакте с тренерским штабом, с игроками. Он же видит, какие у нас проблемы по составу. У меня 60 процентов игроков травмированы. И никаких сдвигов.
Говорить, что на рынке нет игроков? В чем тогда смысл работы генерального менеджера? Набрать команду — кстати, без участия тренеров — в апреле-июне. А в июле я вижу, что мы получаем. И потом я начинаю эту нервотрепку. Это что ли правильно?
Я считаю, что он должен работать постоянно. Менеджер — это 24 часа труда в сутки. Так работает тренер.
Можно говорить что угодно. Я читал интервью Леонида Вайсфельда о том, что у нас творческие разногласия. О чем вы? У нас что, квантовая физика? Тут чисто практическое дело. Нужен игрок — найдите его мне.
— Вайсфельд рассказывал: мол, Захаркин ко мне приходит и говорит, что возьми Иванова, Петрова, Сидорова. А мне нужно говорить так: отыщи центрфорварда с такими-то характеристиками. — Ты же понимаешь, Паш, что это чушь. Вот начинается ситуация, когда у меня вылетают крайние нападающие. Вообще ни одного игрока. Майоров травмирован, Хартикайнен, Макаров, Лазарев, Нестеров…
Мне нужен любой игрок. Я прошу об этом! Хорошо, что ребята нашли Мальцева. Слава богу! Говорили, что Мальцева мы никогда не получим — он дешевый, и его «Авангард» не отдаст. Каким-то образом его отпустили.
Потом появился Паршин. Нужен? Конечно, если игроков нет! И я никого Вайсфельду не диктую. Просто ребята находят по своим каналам. Он же говорит, что никого вообще нет!
Если бы мы не взяли этих игроков, у нас вообще не было бы состава. Здесь нельзя говорить о разногласиях. Тут сам подход. Это работа! Это не ходить в галстуке и потирать руки.
— Раньше Вайсфельд говорил, что очень хочет видеть вас тренером. И два года назад в Уфе у вас все было идеально. Когда возникла трещина? — Это все постепенно. На самом деле я очень хорошо отношусь к Леониду как к человеку. Я же не могу сказать, что он — плохой. Хороший парень. Просто у нас разный подход. Для меня работа — это все. Я живу хоккеем, занимаюсь командой.
С удовольствием здороваюсь с Вайсфельдом. Надо общаться — пожалуйста. Но есть вопрос работы. Там я чувствую, что меня подставляют. Потому что я не получаю игроков.
Есть я. И есть моя перебитая, израненная команда. И есть человек, который говорит: «Молодцы, все с нами в порядке». Может, тут начинается конфликт?
«СКАЗАЛ РЕБЯТАМ, ЧТО ИМИ ГОРЖУСЬ»
— Объясните мне ситуацию с вратарем. Почему вы снова сделали ставку на Никласа Сведберга? Вам ведь летом предлагали Скривенса, Коваржа. — Вот как было дело. Тот же Вайсфельд и Емелин говорили, что есть Коварж. А у нас тренер по вратарям Кореньков. Его попросили сделать сравнительный анализ: кто такой Коварж, кто такой Сведберг.
Через какое-то время Кореньков приходит ко мне в кабинет. Показывает таблицы, графики, из которых следует, что Сведберг более стабилен в матчах плей-офф.
Я ему отвечаю: «Иди не ко мне, а к Вайсфельду. Решай вопрос. Этим должен заниматься генеральный менеджер».
Потом ко мне приходит Вайсфельд: «Да, он меня убедил. Сведберг лучше». Я не возражал. Тут было общее решение. Почему я на это согласился? Потому что считал — любой вратарь, приходящий в КХЛ, всегда будет котом в мешке. Мы не знаем, как он сыграет, как быстро освоится.
Но мы знали уровень Сведберга, его слабые и сильные стороны. Осознавали, что это за вратарь. Тем более он год играл в КХЛ, адаптировался, понимает условия и особенности. Поэтому он остался.
— И в плей-офф Сведберг выглядел хорошо. — Прекрасно сыграл! Но мы к плей-офф шли через нервотрепку. И в последнем окне на Евротур я посвятил подготовку команды к двум матчам — с «Ак Барсом» и «Ладой». Было принципиально их победить и самим войти в восьмерку, а не с чьей-то помощью.
И это отразилось на игре против Казани в первом раунде. Мне просто не хватило человеческого ресурса, да и везения. Я очень рад, что парни провели эти матчи очень достойно. Они были не пустыми, а проведенными в борьбе. Все игры — с разницей в одну шайбу. Два гола мы пропустили на последних секундах из-за глупости своей. Один матч взяли, вчера в овертайме проиграли. Но сражались как могли против «Ак Барса», который был ровным во всех линиях.
Я сказал вчера ребятам, что горжусь ими. Они провели очень сложный сезон, играли с серьезными травмами. А они идут еще с прошлого года. И как решал проблему менеджмент?
Мы ведь знали, что у нас Энгквист с сотрясением мозга, Григоренко, Бодров и Соин с серьезными травмами, Майоров — тоже. Я вам пятерых травмированных с того сезона перечислил. Вот как на них можно было рассчитывать?
Но мы же остались без укрепления! Посмотрите, ни одного игрока не взяли. Хорошо, что получили . Но нельзя говорить до сезона, что команда усиливается юниором. Это же смешно.
Вот я сам попросил в прошлом сезоне, чтобы у меня были и Костя Корнеев. Если считаете, что они сыграли плохо — тут конкретно моя вина. Но я считаю, что они сыграли достойно. Куляш забил 13 голов, ну а Костя сломал ногу — перелом стопы. До этого он играл блестяще. Провел практически все свои матчи на хорошем уровне.
«ИНФОРМВОЙНУ МЫ ПРОИГРАЛИ»
— Почему судейство в серии было кособоким, и не в пользу «Салавата Юлаева»? Я не говорю о предвзятости, но в некоторых моментах это чувствовалось. — Знаете, когда команда выходит бороться за большой титул, то за тренерами и хоккеистами стоит серьезная организация. А тут мы поехали, как будто «Салават Юлаев» играет обычные матчи, а не плей-офф.
— Вы же помните, какое лобби у вас было в СКА в 2015 году. По любому поводу весь клуб вставал стеной, защищая свои интересы. — Да в том-то и дело! Я к этому привык. И знаю, что так должно быть. «Салават Юлаев» — это не просто игроки или Захаркин. Это клуб. Единый сжатый кулак. И я уверен, что моя спина прикрыта, и мои мысли только о том, чтобы все было в порядке с результатом.
— «Салават Юлаев» ведь входит в пятерку топ-клубов КХЛ. — Вот именно. И дело даже не в деньгах, они просто освоены. А в эффективности использования средств.
— Кто против вас вел информационную войну? — Слух о том, что в Уфу надо приглашать Майка Кинана, ушла от одного из журналистов (Захаркин назвал фамилию, — Прим.ред.). А когда заговорили, что надо снимать Захаркина, этот инсайд запустили из «Авангарда». Мне так объяснили, они боятся, что мы будем играть с ними в первом круге — и начали информационно расшатывать наш клуб.
Вот такое объяснение я получил. За что купил — за то продаю.
— Но вы согласны, что такая война была? — Конечно! И вспомните, как резко и жестко отреагировали в СКА в 2015 году, когда со стороны запустили слух о премиальных в 40 млн рублей. Это и есть защита от клуба, когда команду оберегают и беспокоятся о ее моральном состоянии.
А в «Салавате Юлаеве» реагируют: ну написали, ну смешной слух, ну сфотографировали игроков с бокалом пива…
— История с пивом — как скандал с курильщиками на чемпионате мира-2010. — Ребята поступили как маленькие дети. Очень непрофессионально. Нельзя во время плей-офф, после неудачного матча выходить напоказ и пить пиво. Так поступают только глупцы!
И они сами это поняли. Пришли раскаиваться, что так подставились. Хотя среди них был игрок, например, которому вообще нельзя спиртное. Он и не пьет его никогда. И что там пили вообще? Квас, безалкогольное пиво? Никто ведь не проверял.
Но зачем так идти на публику? Все же понимали, это окажется в интернете. Конечно, игроки за это прилично получили. Но в восемь часов они были все у доктора, проходили обследование. Не было никакого пьянства. А информационную войну — да, мы проиграли.
«КАПРИЗОВ ХОТЕЛ ИГРАТЬ У МЕНЯ»
— По команде ударил инсайд о том, что Кирилл Капризов уходит в ЦСКА? — Не так особенно ударило. Потому что у меня была беседа и с Кириллом, и с его папой. Они хотели бы играть у меня. Но на состояние команды это никак не повлияло. Никто на эту тему особо не распространялся.
— Думаете, Капризов теперь уйдет из Уфы? — Я не знаю, Паш. И не могу спекулировать — это уже не в моей власти. Тут я не могу влиять, и не знаю, как дальше будут разворачиваться события.
— Есть слух, что Линус Умарк хочет вернуться в Швецию. Это так? — Этот слух появился из шведской газеты «Курьерен». Он сказал, что вернется после окончания контракта в России. Но Умарк подписан Уфой до 2018 года.
— Когда «СЮ» вылетел, сразу же появились эксперты. Кожевников: «Захаркин не умеет работать самостоятельно». : «Мало порядка в обороне у Уфы». — Кто-то?
— Венер Сафин. Он входил в ваш штаб. — Ах, и Сафин тоже.
— У вас уже толстая кожа на такую критику? — У каждого, кто смотрит хоккей, есть мнение. Тут просто человеческий интеллект. Есть те, кто пытаются понять, смотрят на составы, как команда готовилась и шла по турниру. Эксперты делают очень серьезный анализ. Много нюансов, которые влияют на результат.
Но есть человек, который по любому поводу будет говорить только плохое. И что мне делать? Мне просто без разницы. Ну да, был такой хоккеист Кожевников. Я не знаю, где он учился и что делал. Вообще не в курсе, чем он занимался после карьеры. И вдруг он выходит с заявлениями, причем никогда не общался со мной.
У нас мало вокруг тех, кто бомбит новостями? И не только в спорте. Да пусть говорит. Рот что ли затыкать? У нас свободная страна.
«С РАДОСТЬЮ ПОРАБОТАЛ БЫ С БЫКОВЫМ»
— Вы пойдете на встречу с главой Башкортостана Рустэмом Хамитовым? О чем будете говорить? — Я думаю, в этом нет никакой необходимости. Я сделал полное заключение по результату. Довел все это руководителю клуба. Мы обо всем переговорили.
Если глава республики захочет — то конечно. Это его право. Но решение тут не за мной. Я же считаю, что в таких условиях нет никакой возможности для продолжения работы.
Еще раз спасибо коллективу игроков, тренерскому штабу, персоналу — медицинскому, хозяйственному, административному. Все честно выполняли свои профессиональные обязанности.
— Вы увольняетесь? Или вас уволили? — По обоюдному согласию. Это ведь одно и то же. Кто меня будет судить? Но понятно, что я дальше не буду выполнять функции главного тренера «Салавата Юлаева».
И не хочу усугублять отношения с Вайсфельдом, заявляя — или я, или он. Это некорректно и неправильно. Леонид меня пригласил. Я ничего против него не имею в человеческом смысле.
— Какие ваши ближайшие планы? — Пока не знаю. Нужно еще подписать обходные документы. Я только что переговорил с директором. Сейчас с юристами все обсудим, как дальше поступить.
Потом надо собрать вещи, запаковать в коробки, перевезти… Практические вещи, которые я слабо умею выполнять.
— Едете в Москву? — Да. Куда потом — не знаю. У меня еще есть обязательства по ВУЗу, по статьям. Есть материалы в работе, которые я должен закончить.
— Вы открыты для новых предложений, как тренер КХЛ? — Безусловно. Мне интересно работать в хоккее. Я люблю игру. Посмотрю, что будет дальше.
— Понятно, что вас постоянно достают вопросами о . Вам, как взрослому человеку, это наверняка надоело. Может, вы злитесь. Но я тоже спрошу — воссоединение тандема возможно? — Меня это не злит. Всегда приятно, когда вспоминают о Славе Быкове. У меня с ним связан очень большой период жизни. Мы замечательно работали вместе.
И если удастся снова поработать — я бы с удовольствием.
— Без всяких амбиций, кто главный тренер, а кто — помощник? — Паша, вот честно, кладу руку на сердце. Это вообще не имеет никакого значения. Мне очень важно получать кайф от работы. Драйв от того, что ты делаешь ежедневно. И он у нас с Быковым всегда был. А кто главный — вообще без разницы.
Видео дня. «Тоттенхэм» обыграл «Манчестер Сити»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео