Ещё
Ягудин рассказал об отношении к Тутберидзе
Ягудин рассказал об отношении к Тутберидзе
Фигурное катание
Алиев прокомментировал победу на чемпионате Европы
Алиев прокомментировал победу на чемпионате Европы
Фигурное катание
Впервые после Плющенко: россиянин победил на ЧЕ
Впервые после Плющенко: россиянин победил на ЧЕ
Фигурное катание
"Интер" нашел альтернативу Видалю в "Манчестер Юнайтед"
"Интер" нашел альтернативу Видалю в "Манчестер Юнайтед"
Премьер-лига

ЭТИХ ДНЕЙ НЕМЕРКНУЩАЯ СЛАВА 

ЭТИХ ДНЕЙ НЕМЕРКНУЩАЯ СЛАВА
Фото: Российский стадион
Их ровно 1418, этих боевых дней, овеянных славой. Не сразу с рассвета 22 июня 1941 года просматривалась радостная для нас заполночь 9 мая 1945-го. Но мы ее четыре тяжелейших для страны года приближали каждодневным подвигом и героикой нашего многонационального народа.
День Победы! Священный для нас праздник. Он действительно порохом пропах, он со слезами на глазах. Мы не стесняемся их…
Оглядываюсь в прошлое. Копаюсь в старых, истрепанных временем, блокнотах. Медленно, чтобы не пропустить, листаю страничку за страничкой. Ищу нужные мне давние записи. Грядет очередная годовщина Великой Победы. Пометки эти, наскоро сделанные, чтобы поспеть за рассказчиком, или более подробные, неспешные — память о спортсменах-фронтовиках, с которыми в разных ситуациях меня свели годы корреспондентской работы. Хочется оживить их, что и делаю, и всплывают передо мной мужественные лица этих замечательных людей. Почти никого из них уже нет на этом свете, но вечная им благодарность, как и всем, кто отстоял на полях грозных сражений нашу свободу.
У кого-то, как поется в песне, привыкли руки к топорам, а для них было привычно держать в руках мирные спортивные снаряды, бить рекорды, добиваться победы в соревнованиях, но едва началась война, как многие сменили весла, ракетки, боксерские перчатки на боевое оружие. На долгие четыре года стадионом стало огненное поле. «Понятия — оборона и атака — приобрели совершенно иной смысл: это не был соперник по беговой, фехтовальной или конькобежной дорожке, на гимнастическом либо борцовском ковре, это был вероломно напавший на родную страну враг, и он должен быть уничтожен». Последнее предложение не случайно заключено в кавычки. На эти слова я натыкаюсь в одном из блокнотов, а принадлежат они Герою Советского Союза генерал-полковнику Глебу Бакланову, бывшему командующему 34-м гвардейским стрелковым корпусом. На Параде Победы Глебу Владимировичу было доверено возглавить сводный полк Первого Украинского фронта.
Памятная встреча с боевым генералом помечена апрелем 1975 года, а поводом послужило приближающееся 30-летие Победы; временами, правда, мы отвлекались от этой темы и переводили разговор, что называется, в спортивное русло. Конечно, не случайно. Один из лучших перед войной в стране гимнастов, Глеб Владимирович возглавлял всесоюзную Федерацию этого вида, был членом Олимпийского комитета, а еще ранее, занимая должность начальника Управления физической подготовки и спорта Сухопутных войск, активно участвовал в организации спортивной жизни в стране, содействовал продвижению СССР в олимпийское движение, побывав в этой миссией на Игра XIV Олимпиады в Лондоне.
О себе генерал Бакланов рассказывал скупо, зато не раз подчеркивал, что на фронте самые рискованные и ответственные боевые задания, он поручал спортсменам, особенно это касалось разведчиков. И обосновывал это так: у человека, занимающегося спортом, помимо обычных качеств, силы, выносливости, прекрасно развиты скорость принятия единственно верного в непредвиденной ситуации решения, быстрота реакции на мгновенно меняющуюся обстановку.
— А главное — все это они способны быстро претворять в активные действия, — заметил Глеб Владимирович и привел несколько примеров. Я записал один, поскольку он касался известного в прошлом боксера, неоднократного чемпиона страны Льва Темуряна.
Однажды так сложилось, что они вдвоем в населенном пункте неожиданно столкнулись лицом к лицу с фашистским офицером. Тот уже направил на них автомат. Решали доли секунды, и этих ничтожных мгновений Темуряну оказалось достаточно, чтобы сблизиться с гитлеровцем, отбить в сторону его вот-вот готовое выстрелить оружие и мощным ударом в челюсть нокаутировать противника. Темурян потом с улыбкой говорил, что это был, кажется, девятнадцатый нокаут в его боксерской карьере, но те 18 случались на ринге…
— Как вы думаете, что было бы, если бы рядом не было Темуряна, а был бы другой солдат, не спортсмен? — помню обращенный ко мне вопрос Бакланова и его ответ: «Да вряд ли бы мы с вами сейчас беседовали…»
Я захлопнул блокнот с этой записью и принялся лихорадочно искать другую, со схожим сюжетом из тех фронтовых лет. Черт возьми, да где же она? Ведь точно должна быть. Конечно, можно произвести по памяти, но лучше соблюсти точность, быть ближе к тексту. Слава богу нашел, пометка: Г. Н. Звягинцев, зас.тр. СССР.
А рассказ о том, как Георгий Звягинцев вместе с еще двумя бойцами выполнял важное задание: для успеха задуманной операции на их участке фронта необходимо было срочно взять «языка».
"Была поздняя осень, дожди, грязь непролазная, — читаю подробно записанные воспоминания Звягинцева. — Под прикрытием темноты доползли до окраины какой-то деревушки, занятой гитлеровцами. Залегли, выжидаем, кто появится на улице. Я вдруг замечаю на околице здоровенного фашиста, как мы говорим, косая сажень в плечах. Подумал: если вдруг он борьбой занимался, как я, то определенно тяжелого веса, а я выше полулегкого никогда не поднимался".
Что было дальше? Улучив момент, Георгий рванулся к немцу и, не дав опомниться, приемом, которым он не раз на турнирах борцов-"классиков" припечатывал своих конкурентов лопатками к ковру, сбил его с ног. Пока пришедшие на помощь товарищи связывали фашиста, объявился еще один, он сзади навалился на Звягинцева, начал его душить. Контрприемом, теперь уже из самбо, Георгий освободился от захвата, перевернул немца и так вмял в грязь, что у того затрещали кости.
"Втроем еле дотащили их до наших, — читаю дальше, — чересчур грузные были, черти. Когда стали допрашивать, выяснилось, что я не ошибся, оба действительно увлекались перед войной борьбой. Нам бы с ними в мирное время посостязаться, не мне, конечно, а Толе Парфенову, он у нас в тяжелом весе выступал, а пришлось вот на фронте столкнуться".
Звягинцев вспомнил Толю, Анатолия Парфенова, могучего, как  или , русского богатыря, своего давнего товарища по спорту. Война разлучила их. Парфенов за форсирование Днепра удостоился ордена Ленина. Отличился он и во время Висло-Одерской операции, его танк Т-34 при наступлении на Варшаву, под городом Калиш, рискуя, первым проскочил по минному полю, проложив дорогу нашей боевой технике. Тот его подвиг был отмечен орденом Боевого Красного Знамени. Кто мог тогда предположить, что через 11 лет в Мельбурне Анатолий Иванович Парфенов совершит еще один подвиг, но спортивный: станет олимпийским чемпионом! И это с раненой на фронте рукой.
У самого Георгия Николаевича боевой путь простирался от хорошо известной наполеоновской армии реки Березина, через Сталинград, Курскую дугу, Донбасс, а закончил он войну в Вене, кавалером двенадцати боевых наград. На ковер Звягинцев уже вернулся не действующим борцом (помешали несколько тяжелых ранений, два осколка из груди так и не были извлечены), а тренером, и сколько же он воспитал замечательных учеников, которые с честью защищали честь страны на всех крупнейших международных турнирах. Возвращаясь же к фронтовым годам, нахожу еще один пример из его биографии, когда спортивная борьба была хорошим дополнением к винтовке, автомату, пулемету.
"Помню бой за одно село, было это в Белоруссии. С высотки за ним прекрасно просматривалась вся местность вокруг. Там решено было развернуть командный пункт перед готовящимся наступлением. Но сначала надо было во что бы то ни стала выбить оттуда врага. До него вроде рукой подать, однако фашисты вели такой шквальный минометный огонь, что не оторвать голову от земли. Но сколько мы можем лежать? Перебежками заняли позицию для атаки в какой-то ложбинке. Решили, как только стрельба немного стихнет, броском, быстро, не дав опомниться, ворвемся в их окопы. Дальше, как мы говорим в спорте, дело техники. Ребята в батальоне подобрались крепкие, в рукопашном бою одолеем фашистов. И одолели!"
"Наступил момент, когда надо вернуть долг Родине за все ее заботы, за все то, что она дала нам, ее сыновьям".
Это выдержка из заявления, с которым в первый же день войны прибыл в военкомат Александр Канаки, чемпион и рекордсмен страны в метании молота. Он храбро сражался под Сталинградом, командовал батальоном, когда форсировали Дон в районе станицы Клетской. Гитлеровцы отчаянно сопротивлялись, Канаки был дважды ранен, но остался в строю, пока операция не была успешно завершена. Орден Красной звезды украсил после того боя грудь капитана Канаки. А уже всего три года после войны ее украсила золотая медаль в честь очередной (всего их было 16!) победы в первенстве СССР, причем результат, показанный Александром, оказался лучше, нежели у чемпиона лондонской Олимпиады-1948.
В мой пухлый блокнот вписаны и немало других славных имен спортсменов-фронтовиков — представителей «королевы спорта» , Юрия Литуева и Феодосия Ванина, велосипедиста Владислава Ростовцева, мотогонщика , волейболиста Константина Ревы, горнолыжников и альпинистов , и , стрелка-снайпера . Легкоатлету и лыжнику Лазарю Папернику за мужество в боях с фашистами было присвоено звание Героя Советского Союза. В предвоенные годы что ни соревнования по прыжкам с трамплина, то неизменно попадание в тройку призеров, а чаще победы, . От Москвы через Сталинград, Курскую дугу пролегли фронтовые дороги, завершившиеся в Берлине, маршала инженерных войск Виктора Харченко. И это не однофамилец, это тот самый мастер покорения лыжных трамплинов.
О чем еще рассказать, кого упомянуть? Давайте-ка вспомним кинофильм «Небесный тихоход». С чего это вдруг, спросит читатель. Но вряд ли этот вопрос задаст человек моего поколения. Мы были влюблены в Николая Крючкова, а вместе с ним в главного героя картины, роль которого он исполняет, — летчика Булочкина.
Что-то знакомое имя, скажет истинный любитель лыж и биатлона, заглянет в справочник, и чутье его не обманет. «Георгий Иванович Булочкин. Заслуженный мастер спорта, многократный чемпион страны в лыжных гонках и соревнованиях патрулей» — это если кратко.
Не буду дальше интриговать, скажу, что роль летчика Булочкина писалась… со спортсмена Булочкина, причем по наводке Крючкова; они познакомились еще до войны на съемках фильма «В тылу врага», Георгий Иванович был дублером знаменитого артиста в тех эпизодах, когда по сценарию дело касалось спуска на лыжах с гор со стрельбой на ходу.
В общем, когда приступили к съемкам «Небесного тихохода», Крючков настоял, чтобы его герою дали фамилию — Булочкин. На то была еще более веская причина, нежели обычное знакомство: за плечами у Георгия было овладение штурманским мастерством в авиаучилище. 22 июня 1941 года со своим командиром старшим лейтенантом Завьяловым они по приказу подняли свою боевую машину в воздух, защищая от врага небо над Тарту, а всего в первые месяцы войны совершили 70 боевых вылетов. Бомбили живую силу и технику фашистов, передовые порядки гитлеровских войск.
В одном из воздушных поединков их бомбардировщик был сбит, пришлось выбрасываться с горящего самолета. Пока спускались к земле, по куполу парашюта с вражеского «мессера» непрерывно раздавалась очередь за очередью. Булочкин с трудом разыскал в лесу своего командира, у того оказались простреленными оба бедра и плечо, передвигаться самостоятельно он не мог. Георгия почти у самой земли тоже ранило в ногу. Превозмогая боль, он 14 суток (питались лишь ягодами), тащил на себе Завьялова, пока не выбрались за линию фронта и не попали к своим. Булочкин участвовал в освобождении Польши, Берлинской операции. На парадном военном мундире Георгия Ивановича я видел ордена Красного знамени, Отечественной войны 1 и 11 степени, Красной звезды, с десяток, наверное, боевых медалей.
И сколько еще известных спортсменов довоенной поры, проявив мужество и отвагу, не щадя себя, с честью выполняли боевой приказ Родины: «Только вперед, ни шагу назад!» Приближали тем самым радостный День Победы.
В минувшую среду поздним вечером, осматривая колонну боевой техники, выстроившуюся на Тверской, от Пушкинской площади до Манежной, в ожидании начала репетиции праздничного парада, вместе с гордостью ощущал какой-то необыкновенный внутренний душевный прилив уверенности в силе и мощи нашей родной армии. А эти красивые солдатские лица — танкистов, артиллеристов, ракетчиков, десантников. Сегодня в их руках, наследников ратной славы участников Великой Отечественной войны, как поется в песне, спокойствие наших границ.
С ДНЕМ ПОБЕДЫ!
Михаил ШЛАЕН
Лучшие моменты Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео