Ещё

Интервью с нападающим «Северстали» Максимом Рыбиным 

Интервью с нападающим «Северстали» Максимом Рыбиным
Фото: Чемпионат.com
К 36 годам успел поиграть во многих российских клубах, неоднократно вызывался в сборную России на этапы Евротура, но так и не сыграл на чемпионате мира. В мае 2017 году Рыбин вернулся в «Севересталь», за которую играл в начале 2000-х. Перед стартом нового сезона нападающий дал интервью корреспонденту «Чемпионата».
«В  все настроены амбициозно, хотим выигрывать»
— В какой форме подошли к старту сезона? — Физически чувствую себя хорошо. По ходу предсезонки потихоньку начали набирать обороты, тренерский штаб грамотно подводил нас к сезону — были и выходные, и ряд матчей провели. Думаю, что сыгрались, коллектив у нас боеспособный. Теперь всё только от нас зависит.
— «Северсталь» в этом сезоне существенно обновилась. Какие отношения сложились в коллективе? — Очень быстро нашли общий язык, коллектив хороший, дружный. Все сплочены и смотрят в одну сторону — хотим выигрывать. Никто не хочет повторения прошлогоднего сезона «Северстали». В общем, настроены амбициозно, будем стараться выполнять поставленную задачу. — Вратарь Юлиус Гудачек в «Инстаграме» выставил видео, как одноклубники запустили тортом ему в лицо в его день рождения. Всех в команде так поздравляют? — Эта шутка уже не новая, но по-прежнему работает (улыбается). Пусть народ посмотрит, посмеётся.
— Что будет, если вам в лицо кинуть торт? — Да спокойно это восприму. Но у меня день рождения летом, все в это время в отпуске, так что мне это не грозит. Повезло (улыбается). — Почему летом откликнулись на предложение «Северстали»? — Потому что главный тренер был заинтересован во мне. Мы несколько раз созванивались с Александром Гулявцевым, долго разговаривали. В прошлом году ещё хотели поработать вместе, но по определённым причинам не смогли тогда подписать контракт. В этом мы уже предметно стали говорить сразу по окончании предыдущего сезона, когда можно было вести переговоры, и быстро договорились, чему я очень рад. Тем более в Череповце собралась отличная компания: , с которым мы в начале 2000-х вместе играли, входит в тренерский штаб. В общем всех знаю, помню город. — Были ли предложения от других команд? — Сейчас уже нет смысла об этом говорить. На данный момент я в «Северсталь», это мой клуб и точка.
«Всегда думал: стоило ли ехать в Канаду в юные годы…»
— Это ваш второй приход в «Северсталь». Помните ваши первые сезоны? — У меня здесь были разные года. Хороший сезон 2003/04, много очков набрал, играли вместе с , который по сей день в команде. Время много прошло, но я вернулся, о чём ничуть не жалею. — Сильно за эти годы изменился Череповец? — Построили новый ледовый дворец, открыли несколько торговых центров. Город потихоньку преображается, финансовая ситуация меняется, ремонтируется всё. — Семью уже перевезли? — У меня дети тоже занимаются спортом, поэтому не всегда получается жить в одном городе, периодически видимся. — Как дела у вашего сына в хоккее? — Играет в «Динамо», летом там была непростая ситуация на уровне детских команд в связи с юридическими изменениями в структуре клуба. Небольшая неразбериха возникла, но уверен, что «Динамо» решит все вопросы. В целом, всё нормально у сына. Ему 16 лет, может уже в МХЛ пробоваться. Дочка фигурным катанием занимается. — Какой вы дали самый главный хоккейный совет сыну? — Стараюсь ему во всём помогать, постоянно на видеосвязи с ним, разбираем какие-то игровые моменты. Смотрю его тренировки, игры, всё анализируем и проговариваем. Главный совет — работать, работать больше, чем остальные, и удача обязательно придёт. — Будь у вас такая возможность, чтобы изменили в своей карьере? — Всегда об этом думал, стоило ли ехать в Канаду в юные года… Я не жалею об этом, но в итоге пропустил чемпионат мира. Это единственное, где я сомневался в правильности своего выбора. — Какой увидели Америку, когда уехали играть в «Сарнию»? — Достаточно быстро освоился и выучил язык, через полгода начал уже свободно со всеми общаться. У нас в стране, когда я уезжал, был кризис, а там полные прилавки в магазинах. Всё есть, только в хоккей и играй, на арене всегда аншлаг. Хоккейные праздники устраивали, которые у нас появились лишь несколько лет назад. Люди очень дружелюбные. Не могу ничего сказать плохо про Россию, но Канада тогда была немножко впереди. Зарплату нам не платили, так что денег у нас не было, жили в семьях. 24 часа в сутки могли играть в хоккей. — Хорошо ли вас приняла семья, в которой вы жили? Знаю, что  до сих пор общается с людьми, у которых жил, когда играл в юниорской лиге Квебека. — Мои приёмные родители были пожилые люди, они воспитали четверых приёмных детей, каждому дали образование и профессию, помогли им найти себя в жизни. Я, честно скажу, боготворил этих людей, мы очень долго общались, но время берёт своё, их уже нет на этом свете. Я их очень любил и всегда буду помнить. — Почему всё-таки вам не удалось задержаться в Канаде? — Была путаница в бумагах. Агент или кто-то другой ошибся, засчитал, что я один год играл за «Сарнию», а я провёл два. В это время из России поступило предложение, плюс родился сын. Может быть, стоило бы задержаться ещё на сезон и попробовать, но время прошло. Ни о чём не жалею. — Знали, что спустя 10 лет там играл . Он к вам за советом не обращался? — Мы не знакомы, так что не общались. Перед тем, как я приехал в «Сарнию», за эту команду играл Ваня Новосельцев, забил в том сезоне 59 шайб, таким образом поставив рекорд клуба. Какие вообще советы нужно давать? Приезжаешь, обустраиваешься и играешь в хоккей. Надо менять своё мировоззрение, отношение к работе. Многие вот осуждают игроков, которые в раннем возрасте уезжают в Америку. Но нельзя всех судить, каждая ситуация индивидуальна. — Сына бы отпустили в Канаду? — Я бы точно не запрещал. Но считаю, что «Динамо» — хороший стабильный клуб, в котором можно расти и развиваться. Сейчас не вижу никаких предпосылок, чтобы уезжать. Хочу, чтобы он играл, попадал в сборную.
«Я мог играть в  и без денег»
— Считаете московский «Спартак» родным клубом? — Безусловно. «Спартак» меня воспитал и многое дал. Когда я играл за «Спартак», всегда старался отплатить родному клубу. Но у красно-белых немного странное отношение к своим воспитанникам. Им проще пригласить каких-то иностранцев, а за своих ребят там не держатся. Сейчас много спартаковцев по разным командам разбросаны. Я не вижу, что кого-то пытались вернуть. Думаю, это происходит из-за частой смены руководителей, новые боссы, наверное, и не знают, что я, Дима Сёмин, Саша Фролов — воспитанники «Спартака».
— Было бы вам приятно завершить карьеру в «Спартаке»? — Конечно! В прошлом году мы вели переговоры с красно-белыми, но тогда сказал, что у них нет на меня денег. Но я в общем-то мог и без денег играть в «Спартаке». Я живу рядом с Москвой, мне доехать до столицы легко. Спасибо «Ладе», которая предложила контракт и пошла на встречу. В целом, прошлый сезон для меня хорошо сложился. А что касается «Спартака», то предложений нет, чего тут говорить. Ни на кого не обижаюсь. — Не жалеете, что в прошлом году всё-таки согласились на переход в «Ладу», где были задержки по зарплате? — Перед этим год получился своеобразным, предложений особо не было, хотя играл я нормально. Многие тренеры хорошо знают меня, мою манеру игры, какую пользу я могу принести команде. Сошлось всё с «Ладой», о чём совершенно не жалею. Деньги уже не самое главное в жизни. Я хочу играть как можно дольше, чувствую сил на несколько лет. Хоккей для меня самый лучший вид спорта, хотел бы им наслаждаться ещё долго. Мечтаю ещё с сыном сыграть, точнее против него.
— Почему не вместе с сыном, а против? — Он же в «Динамо», а я в «Северстали» (улыбается). Посмотрим, всё может быть. — Вам выплатили все деньги в Тольятти? Сколько в общей сложности составили задержки? — Почти всё выплатили. Задержки были три месяца, но никакой критической ситуации не было. Руководство пришло к нам и абсолютно честно сказало, что нужно подождать. Пресса немного раздула скандал, что игроки недовольны задержками. Мы играли через день и думать о деньгах времени не было. Ходить ругаться — ни к чему хорошему это не приведёт. Как смогли, сразу выплатили деньги. А потом почти до конца сезона задержек не было. — А в каких клубах ещё долгое время не платили зарплату? — По большому счёту не было таких. В «Спартаке» был такой период, но тогда у меня и зарплаты толком не было. Знаю, что некоторые ребята ставили машины, потому что денег на бензин не хватало. На метро ездили, но это был 1997, 98 года. Я ещё даже в молодёжке не числился.
«Мне без разницы, кричит тренер или нет»
— Вы четыре сезона отыграли в СКА, как раз в это время начали привлекаться в сборную. Можно сказать, что это были лучшие годы в вашей карьере? — В сборную я стал вызываться ещё из «Спартака». Сезон 2008/09 был отличный, как для меня, так и для команды. Но потом руководство по каким-то причинам решило срезать нам зарплату, хотя у меня был действующий контракт. Не то чтобы у меня была какая-то аховая сумма. Не предполагался никакой переход в СКА, тем более в «Спартаке» отлично знали, что у меня шикарное предложение от петербургского клуба годом ранее, от которого я отказался. СКА предлагал в два раза больше. Как-то одному болельщику на радио пообещал, что отыграю два года в «Спартаке». Так и отыграл, а третий сезон провести в Москве не получилось. — Когда перешли в СКА, у вас существенно увеличилась зарплата? — Достаточно (улыбается). — В те годы уже чувствовалось богатство и мощь петербургских «армейцев»? — Сейчас, наверное, немножко больше чувствуется. Тогда это действительно был богатый клуб с хорошими игроками. Все условия были созданы, любые вопросы решались оперативно, были хорошие гостиницы, самолёты, питание. Раньше на СКА в Петербурге ходило по 500 человек на матч, а в 2009 году стали собираться сначала по 7 тысяч, а потом аншлаги, билетов было не достать. Во время плей-офф город жил хоккеем. — Чего же тогда СКА не хватало до побед в Кубке Гагарина? — Сложно сказать, наверное, надломили два поражения «Динамо», один раз в плей-офф проиграли Риге, недооценили соперника. Может быть, в СКА был переизбыток хороших игроков, все хотели забивать, новые контракты, но так же не бывает. — В СКА вы работали под руководством , Занатты, Сикоры, Ржиги, Ялонена. С кем было комфортнее всего? — Мне очень нравилось работать с Барри Смитом, шикарный тренер и человек! Со Ржигой я был знаком, тоже прекрасный специалист, с Сикорой спокойно работали, а вот с Ялоненым отношения у меня не сложились. Заната — хороший человек, виделись недавно на турнире Пучкова (Айван Занатта работает в тренерском штабе ХК «Сочи». — Прим. «Чемпионата»), поздоровались, обнялись и пожелали друг другу удачи.
, работавший в «Магнитке» и «Локомотиве» много раз говорил, что русские тренеры деспотичны и привыкли орать на игроков, а русские хоккеисты в свою очередь принимают это. Вы нормально воспринимаете, когда тренер может повышать голос? — Мне по большому счёту без разницы, кричит тренер или нет. Если кричит, значит есть у него на это основания. Он повышает голос, не потому что он злой, а потому что хочет достучаться до игроков. Считаю, что Дэйв Кинг немного не прав. У каждого тренера свой стиль поведения. У нас с братом есть своя хоккейная школа летом, так вот я пытаюсь эмоционально до детей донести информацию, а брат более спокойный. — На протяжении нескольких лет вас приглашали в сборную на этапы Евротура. Обидно, что всё-таки не получили шанса сыграть на чемпионат мира? — Когда тренировал сборную, у меня был хороший шанс поехать на ЧМ, я много забивал на Евротурах и Еврочелленджах, признали в Швеции лучшим игроком. Но я повредил руку и честно сказал тренеру, что не смогу играть, так как рука должна заживать порядка двух с половиной месяцев. Никогда никаких травм не было, а тут такое случилось.
«Хочу извиниться перед «Витязем» и »
— Из СКА вы перешли в «Витязь», но не отыграли там и сезона, уехав в «Нефтехимик». Что не получилось в Подольске? — Тогда главный тренер «Витязя» Юрий Леонов сказал, что мы разошлись не очень хорошо. Пользуясь случаем, хотел бы извиниться перед клубом и Юрием Владимировичем, я сам виноват в том, что у меня не получилось в том сезоне. Пришёл из СКА, Леонов давал мне много играть, но где-то не пошло, я думал, что вот в следующем матче пойдёт, но ничего не получилось. Я стал искать оправдания, только потом понял, что это глупо и я сам отошёл от своих принципов, что нужно просто как можно больше работать. Рассчитывал, что в «Витязе» легко всё получится, но без работы всё равно ничего не будет. — Вы известны своими силовыми приёмами. Никогда не боялись скинуть краги? — А чего бояться? Не страшно, если в лицо прилетит. Нам повесили тут информацию о том, какие судья штрафы выставили за драки в новом сезоне. Страшно становится, когда видишь такие суммы. Хоккей всё-таки контактный вид спорта, и всё может случиться. Понятно, что плевать на штрафы, если будет какая-то грубая игра и умышленная грязь со стороны соперника. В такие моменты нужно забыть о штрафах и вступиться за партнёра. — Теперь придётся сдерживать эмоции на льду? — Теперь всё придётся сдерживать. Я считаю, что если есть умышленная грязь, толчок в спину, голову, то за это, естественно, нужно карать. Но вообще каждая ситуация индивидуально, судьям в конце концов виднее. — Как вы считаете, заслуженно ли поставила лига, выписав бессрочную дисквалификацию ? — Не хочу комментировать сроки дисквалификации. Дамир — это не Саша Свитов и не Женя Артюхин, которые ростом под два метра. Не понимаю, почему вся лига боится Рыспаева, при всём к нему уважении. Знаю ребят, которые могут и ему спокойно ответить, и Дамиру самому может так прилететь. Почему вокруг некого создали такой ажиотаж? Простили бы ему бессрочную дисквалификацию, парень он молодой, пусть играет в хоккей. — Нередко вы зарабатывали матч-штрафы. Тренеры сильно ругались на вас за удаления? — Да я особо и не зарабатывал матч-штрафы. 500-600 силовых приёмов у меня было в карьер и никогда не было в спину. Я стараюсь играть жёстко, но чисто. Удаления случаются, но без грязи.
«Чувствую себя лет на 28. Но придёт день, когда скажу: «Я больше не хочу играть в хоккей»
сказал мне в интервью, что ощущает себя на 20 лет. А вы на сколько? — Мне тут как-то померили возраст, 24 года мне (Улыбается). А так чувствую себя лет на 28. Ноги бегут, силы есть. Готов играть весь сезон без пауз.
— С возрастом стало ли сложнее держать форму? — Я бы не сказал, что стало делать что-то сложнее. Я не так много времени провожу на льду, это Серёжа Мозякин, в «Магнитке» играли по 20-25 минут. Но у меня и хоккей чуть более энергозатратный. Между играми и тренировками форму поддерживаю, в зал хожу, а в какой-то момент паузу беру, чтобы аккумулировать энергию. С возрастом начинаешь лучше чувствовать свой организм. В 25 лет отыграл один матч и можешь хоть сразу на следующий выходить. — Как правило, спортсменам тяжело даётся завершение карьеры. Сложно признаться себе, что ты уже не тот. — Наверное, придёт день, когда я проснусь и скажу себе: «Я больше не хочу играть в хоккей». Но пока не планирую такого. Если будут предложения, я бы с удовольствием ещё года три поиграл. — Кем видите себя по окончании карьеры? — Особо не думал. С братом у нас есть своя школа, летом лагеря проводим, готовим мальчишек к сезону. Сына своего тренирую и сам к сезону готовлюсь. Интересно смотреть на ребят, что мы им дали. Мальчишек, которые помладше, стараемся отправлять в воскресенский «Химик». Если игрок подходит, с удовольствием берут. Хочется в будущем и на взрослом уровне поработать. Но, надеюсь, пока до этого далеко (Улыбается).
«Зачем мне принимать допинг, когда на руках был вызов в сборную?»
— После случая с положительной допинг-пробой стали внимательнее читать этикенки? — Это случилось и ничего уже не поделать. Сама по себе ситуация была странной, я сдал положительную допинг-пробу, а через несколько дней мне ехать в сборную. Я же знал, что мне ехать в национальную команду, где проверять будут практически всех. Наверное, в 28 лет я не дурачок и понимал, что глупо так себя вести. Как попало вещество в организм, сложно сказать. Так же как и ситуация с Зариповым. Сейчас просто — раз россияне, так точно допинг. Не дают шансов доказать свою невиновность. Надеюсь, что Даниса оправдают, потому что надо, чтобы такие ребята играли в нашей лиге. Я всегда был внимателен при выборе лекарств, иногда просто препараты русифицированы, а иногда шлёпнули наклейку и всё. Но в любом случае, какие бы витамины ты не принимал, ответственность несёшь только ты. — тогда сказал, что вы вместе с  стали жертвой системы. Согласны? — Возможно. Я ездил и в РУСАДА, но меня там никто особо и не слушал. У меня тогда тяжёлый момент в жизни был, мама умерла, многое произошло… Но всем было всё равно. Думаю, решение заранее было вынесено. Славу богу, что всего три месяца выписали дисквалификацию. Если бы было что-то серьёзное, то без разговоров впаяли бы два