Ещё

Станислав Сокольникас — о Ночной лиге и команде «КБ Спартак» 

Станислав Сокольникас — о Ночной лиге и команде «КБ Спартак»
Фото: Чемпионат.com
В любительском чемпионате страны не счесть интересных команд и очень интересных людей, путь которых в Ночную лигу поражает своей тернистостью. Одна из таких команд — «Клуб болельщиков и её тренер с прямо-таки говорящей для любого спартаковца фамилией: о богатом хоккейном прошлом и увлекательном настоящем в интервью соСтаниславом Сокольникасом.
«Мы — золотая середина»
— В прошлом сезоне мы играли в этой же третьей группе «Лиги Надежды», — рассказывает Сокольникас. — Её уровень, по сравнению с предыдущим чемпионатом, отличается не сильно. Добавилось несколько команд, которых мы не знали. Плюс усилились мы — как по подбору игроков, так соответственно и по игре. Вообще, что касается уровня, тенденция такова, что каждую группу «Лиги Надежды» можно разделить примерно пополам. Вторая часть команд, скажем так, чуть слабее первой, где в каждом коллективе есть несколько игроков, которые в основном и решают судьбы матчей.
— Ваш «КБ „Спартак“ идёт на восьмом месте при 12 участниках. То есть относится к более слабой половине? — Плотность в таблице довольно большая. Мы — золотая середина. И в прошлом сезоне, и в этом. Считаю, это стоит дорогого. В нашей команде никогда не было не то что выпускников спортивных школ, даже людей с базовыми навыками игры в хоккей.
— Давно образовалась команда? — Ещё в 2001 году. Я влился в неё в 2011-м. За практически семь лет успехов достаточно. Самое яркое достижение — выигрыш Кубка Игумнова — турнира, в котором принимали участие четыре команды болельщиков „Спартака“, — в 2012 году.
— С какого сезона „КБ „Спартак“ в Ночной лиге? — Мы начинали с РТХЛ, дивизион „Стеклянный“. В Ночной лиге третий год. Первый провели в четвёртой группе „Лиги Надежды“, прошлый и нынешний, как уже говорилось, в третьей.
— Почему предпочли Ночную лигу? — Более лояльные материальные условия. В РТХЛ, прямо скажем, дороговато.
— Вашим предшественником в команде болельщиков ведь был известный специалист Владимир Капуловский, помогавший в „Химике“ и „Спартаке“. — Да. В 2011 году его назначили главным менеджером „Авангарда“, и он покинул любительскую команду. Свою лепту в неё он, безусловно, внёс. В то время в памяти ещё были свежи сезоны „Спартака“ под руководством Ржиги и его штаба. Болельщикам, которые видели победу в плей-офф над СКА и московским „Динамо“, конечно, было любопытно поработать с человеком, который был к ним причастен напрямую.
“Спартак» живёт только на деньги самих игроков»
— Какая-либо конкретная задача на сезон у «КБ „Спартак“ есть? Вы играете в третьей группе, первое место в которой не позволяет рассчитывать на путёвку в Сочи. — Без задач можно ограничиваться тренировками и товарищескими играми. Соревнование же подразумевает стремление к чему-то. Мы не замахиваемся на великие задачи. Но стараемся каждую игру провести на хорошем уровне, показать характер и набрать очки. Стремимся, чтобы решение нескольких мини-задач превращалось в решение задач максимальных — три очка в каждом матче. Что касается первых мест, то все об этом мечтают. Но понимают: чтобы выйти на этот уровень, нужно много работать.
— В шестой группе „Лиги Надежды“ выступает вторая команда болельщиков „Спартака“ — „КБ „Спартак“-2“. Её стоит рассматривать как фарм-клуб? — Мы бы хотели её рассматривать в таком качестве. Но разрыв в уровне очень велик.
— Проводите ли совместные тренировки? — Только совместные и проводим. К сожалению. В моём понимании каждая команда должна тренироваться отдельно. Половины площадки не хватает катастрофически — нет нужного объема катания ни для первой, ни для второй команды. Плюс разные задачи, разный уровень игроков.
— „КБ „Спартак“ живёт на деньги самих игроков? — Только на них. С одной стороны, чувствуется нехватка финансов, так как многие команды имеют спонсоров, чаще всего — из числа членов команд. С другой стороны, считаю, подобная схема ущемляет демократическое начало — имеется авторитет, неприкасаемый. У нас есть взносы, которые платятся равномерно. Они составляют бюджет. За него отвечает конкретный человек с финансовым образованием — игрок команды. Иногда бывает остаток. Он используется по целевому назначению — например на подарки по различным жизненным ситуациям. Сейчас у нас профицит. Ищем лёд. Хотим потратить средства на разделение тренировок команд.
— Сколько у вас тренировок в неделю? — Одна. К сожалению. По пятницам. Время не очень удобное. Но что поделать.
— От второй группы „КБ „Спартак“ отстаёт сильно? Можете в перспективе заявиться туда? — Разрыв, я бы сказал, колоссальный. Поэтому заявиться во вторую группу? В любительском хоккее скачков не бывает. На повышение уровня нужны годы. А человек стареет. Мы держимся за то, что есть. К тому же у нас очень возрастная команда по отношению к другим (средний возраст 40 лет и 52 дня). Тяжеловато.
— Да и команда у вас консервативная — прийти в неё ведь могут только болельщики „Спартака“? — Да, отбор у нас специфический. Если бы была возможность свободного входа, наверное, у нас было бы больше перспектив в плане улучшения игры, продвижения по дивизионам. Но быть болельщиком „Спартака“ — обязательное условие.
“Моё призвание — передавать то, чему учился“
— Лично вы работаете с любителями давно? — Около 10 лет. По сути, с самого начала серьёзного движения любительского хоккея в стране. Но основательная работа — постоянный тренировочный процесс, игры, турниры — началась только в „Спартаке“.
— Вы ведь ещё работаете агентом? — Нет, сейчас этой деятельностью по ряду причин не занимаюсь. Мне интересней жить в хоккее, чем заниматься бизнесом от хоккея. Моё призвание — передавать то, чему учился.
— Вы закончили школу ЦСКА, не так ли? — Да, выпуск 1971 года рождения, тренер . Из нашей команды на высший уровень вышли вратарь сборной России , обладатель кубка Стэнли и участник нескольких чемпионатов мира и Дмитрий Мотков, успевший поиграть за „армейцев“ ещё в Суперсериях с клубами НХЛ.
— Почему не вышли вы? — После школы, в 1987 году, поехал пробоваться в Новокузнецк, вторая лига. Не получилось. Может быть, ещё не был готов к мужской игре. Плюс другие факторы.
— Какие? — В составы были мужики, которые десятилетиями жили в этой команде. Мы приехали вдвоём. Вернулись через неделю. Образно выражаясь, две головы синяков.
— Как-как?! — Жуткая дедовщина! Место в команде, заработок, терять никто не хочет. У многих семьи, несколько детей. А тут приезжают два пацана из Москвы, быстро бегут кроссы, на тренировках отнимают шайбу. Практически сразу поняли, что пролезть в состав нереально. Останавливали и говорили: „Молодой, ты чего?“
— Реально били вас? — В открытую — нет, конечно. Но на тренировках — как канадцы против сборной СССР. В худших традициях.
»Наш курс в институте выпускал »
— Поездка в Новокузнецк — единственная ваша попытка зацепиться за большой хоккей? — Да. И сожаления о том, что не предпринял другие, нет. Потому что для игры на высшем уровне в те годы требовался суперталант. А на более низком — вариант Новокузнецка. Там нужно, чтобы местные мужики тебя знали, чтобы ты на их фоне выделялся, помогал им делать результат. Тогда, может быть, тебя в команду пустят и даже помогут выйти на первые роли. Я же решил поступить в ГЦОЛИФК — чтобы получить образование и не бросать хоккей. У нас была своя команда. Очень приличная. Сборная института — СКИФ. В ней играли тот же Звягин, Игорь Султанович, покойный , сын  Андрей. Мы стали трёхкратными чемпионами Универсиады СССР. Тогда это стоило дорогого — уровень был высокий. Дали даже звания мастеров спорта. Я был самым младшим. В 19 лет — уже с высшим образованием. После института, в 1991 году, при помощи известного селекционера Бориса Шагаса попал в ЦСКА — работал тренером, помогал с 1975 годом. Там играл Саша Харламов — сын Валерия. Ещё покойный Борис Зеленко, чемпион России в составе «Динамо». Очень хороший хоккеист. К сожалению, очень рано умер.
— Что было потом? — Союз развалили. ЦСКА не принадлежал никому. Зарплату не платили. А я как раз женился. Родился сын. Что делать? Пытался заниматься бизнесом. Но — не моё. В 1995 году очень кстати подвернулся случай уехать играть во Францию. Впрочем, с этим тоже проблем хватало — виза, контракт, 80 процентов от которого даже в те годы требовалось отдавать в казну государства, если уезжаешь по «спортивной линии».
— Отдавали? — Я пошёл другим путем. Уехал по мидовской линии. Это было гораздо проще. У моей жены отец работал дипломатом. Её семья много времени проводила в командировках и знала все нюансы, имела связи.
— Как в то время возникали варианты играть за границей? — У меня был знакомый, его сестра жила во Франции. Он ещё играл с , когда тот, стремясь уехать в «Нью-Джерси», был в опале и тренировался на карандашной фабрике «Сакко и Ванцетти». Как-то раз я оказался в той компании. И тот знакомый спросил, есть ли желание поиграть за границей. Я ответил, что есть, но возможности нет. Через два месяца он, вернувшись из Франции, перезвонил и предложил вариант. Хоккейный мир тесен.
— В каких командах играли во Франции? — Во второй лиге — «Медун», «Булонь Беланкур» и АСББ. Последняя команда, пожалуй, самая сильная. В составе могло быть три легионера. В основном играли канадцы. Уровень вполне нормальный. Проецируя на наши дни — Высшая лига, середина таблицы. Во Франции выступал Андрей Виттенберг, известный по игре за ярославское «Торпедо».
— Там до 50 с лишним лет доиграл легендарный Владимир Ковин. — Он во Франции звезда. Если не ошибаюсь, тренирует там до сих пор — возглавляет школу в Руане. Во Франции живёт, а также долго играл и тренировал, , защитник, играл за «Спартак», ЦСКА, сборную СССР. Не так давно с ним общался.
— Сколько вам платили? — Порядка трёх тысяч долларов в месяц. Нашей семье из трёх человек хватало. Объездили всю Европу. Хотя страна дорогая. Меня выручал  — я же по совместительству работал ещё и там. Посол России во Франции был святой человек — , бывший ректор . Очень любил спорт.
— Остаться во Франции не хотелось? — Жить там довольно сложно. Как я уже говорил, дорого. А хоккей — это ведь временно. Да и после пяти лет семье уже хотелось домой. Вернулись в Россию на машине — как будто из Европы и не уезжали. За время отсутствия многое изменилось. Но хоккей был очень запущен. Что творилось в ЦСКА? Два клуба! А в «Спартаке»? В «Крыльях», которые вылетели из элиты? В течение восьми лет, находясь в России, я за хоккеем даже не следил. А к 2008 году настолько оголодал, что твёрдо решил вернуться. Понял, что хоккея в жизни не хватает очень сильно. Наш курс в институте выпускал Леонид Владленович Вайсфельд. А если он курирует группу, значит, все должны судить. Я, когда учился, прошёл все судейские отборы. Работал с известным рефери Александром Шеляниным, у нас была она из лучших пар лайнсменов в Москве и почти — в России. Уже предстояло судить «Вышку», но я женился и судейство забросил. И в 2008 году в хоккей решил вернуться именно через него. Благо корпус, особенно ветеранов, знал хорошо. Работал на матчах школьных команд, в РТХЛ судил даже с собственным сыном. Параллельно встречал людей, с которыми пересекался раньше. Постепенно связи восстановились. И вот теперь со «Спартаком» в Ночной лиге.
Лучшие моменты Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео