Ещё

Мария Чаадаева: В моих мечтах и планах когда-нибудь бегать и прыгать с сыном. Хотя бы ходить 

15 февраля исполнилось 4 года с самого трагичного момента Олимпиады-2014 в Сочи. Российская фристайлистка Мария Комиссарова неудачно упала на тренировке в преддверии олимпийского старта и не смогла самостоятельно подняться.
Кадры, облетевшие весь мир: растерянная спортсменка, обеспокоенные волонтеры и медицинский персонал, президент, который навестил ее в больнице. И потом — долгие месяцы сбора средств на лечение Марии за границей.
Как сейчас складывается жизнь Комиссаровой, которая вышла замуж за бывшего партнера по сборной Алексея Чаадаева и взяла фамилию супруга — в материале Sportbox.ru.
— С того олимпийского дня прошло четыре года. Как вы сейчас вспоминаете тот момент и вспоминаете ли вообще?
— Стараюсь не вспоминать, от этого мне легче не становится. А если вспоминаю, переключаюсь на что-то более положительное. Может быть, так должно было случиться и было предписано мне судьбой. И то, что я выжила, это уже очень хорошо. Ведь я действительно находилась было между жизнью и смертью.
— Вы искали способы восстановления долгое время. Какое-то время вам помогал доктор Блюм из испанской клиники, но в конце концов вы назвали его мошенником. Расскажете, почему?
— У нас сейчас идет судебный процесс, пока не о чем рассказывать. Адвокаты работают над нашим иском к нему. Это занимает много времени.
— В чем сейчас заключается ваше восстановление?
— Поддерживаю свою физическую форму, хожу два раза в неделю в обычный тренажерный зал. Занимаюсь на тренажерах, качаю руку и спину. Потому что спина очень быстро без нагрузки становится слабой, начинает болеть. И с ребенком тяжело управляться, он немаленький — весит 11 килограмм.
— Вы стали мамой в прошлом году. Сын — это человек, который добавляет мотивации продолжать работать?
— Конечно. В моих мечтах и планах когда-нибудь бегать и прыгать с ним. Хотя бы ходить. Ведь я даже гулять одна боюсь, потому что он быстро ползает и скоро начнет шагать. К нам с мужем в гости приехал дедушка, который с ним с удовольствием гуляет.
— Как вы внутренне изменились за эти четыре года?
— Я выросла во всех направлениях. В прямом смысле — позврослела. И духовно. И многое переосмыслила в жизни. Некоторые думают, что я свыклась со своим положением, но они ошибаются. Когда принимаешь свое положение, становится легче жить, но мне нужно продолжать работать.
— Кто был и продолжает находиться рядом с вами все это время кроме семьи?
— Мои лучшие подруги по спорту — Настя Кедрина, Аня Сорокина, с которыми я познакомилась еще в горнолыжной сборой. Катя Стариченко из команды по фристайлу. Мои подруги из обычной жизни, питерские. Круг тех, кто был рядом, остался.
— К слову о друзьях. Смотрите Олимпиаду?
— Получается не так много смотреть, потому что в Испании, где я живу, почему-то не показывают Олимпиаду вообще. В интернете трансляции не доступны за пределами России. Смотрю отчеты в интернете о каждом дне соревнований и о том, как выступили наши спортсмены.
— Какие шансы у наших фристайлистов в ски-кроссе и других дисциплинах?
— Предсказывать итоги соревнований по фристайлу тяжело, там многое зависит от соперников и случая. У нас в этом сезоне получалось, что ребята занимали и первые места — Сергей Ридзик, например, и в тридцатку не попадали. Будем болеть за наших и желать им любого призового места.
— Российские спортсмены сейчас представляют в Корее сборную ОАР…
— Да, было не очень приятно наблюдать за этой ситуацией вокруг нашей команды. Я всегда была на стороне спортсменов, «за» то, чтобы они ехали на Игры и выступали. Те, кто говорили, что ехать не стоит, абсолютно неправильно мыслили. Просто так взять и разрушить мечту людей, которые готовились и тренировались? Нет, это совершенно неверно.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров