Ещё

Скоростной спуск на коньках. Сенотрусова про Олимпиаду и хоккей 

Скоростной спуск на коньках. Сенотрусова про Олимпиаду и хоккей
Фото: Чемпионат.com
Скоростной спуск на коньках — испытание даже для хоккеистов. Зато тут есть девчонки. Пусть им и дико страшно.
Виктория Сенотрусова всегда играла в хоккей. И сейчас играет. Но теперь она ещё и райдер, выступающий в скоростном спуске на коньках. В России таких девчонок пока не много, но это временно: вид спорта стремительно набирает популярность в мире и уже со всей силы лупит в олимпийскую дверь МОК. Не открыть её могут только глухие.
Очередной этап Reb Bull Crashed Ice — 2017 состоялся в Марселе, и Виктория приняла участие в битве сильнейших. Пока получается не всё, но опыт придёт. Тут как раз сомнений нет.
«Четыре года мечтала о скоростном спуске»
— Вика, буквально месяц назад в российской сборной появились девушки. Откуда? — Для меня скоростной спуск на коньках года четыре был мечтой. И когда я пыталась каким-то образом принять в нем участие, меня приглашали соревноваться наравне с мужчинами, точнее, вместе с ними. Показать какой-то результат среди мужчин на плоском льду было очень тяжело.
— Где взяли такую мечту? — Несколько лет назад в Питере проходил этап соревнования, отбор. Мои знакомые парни принимали в нем участие. Именно после того, как я увидела воочию, мне стало интересно, и я стала мониторить и ждать появления женского зачёта.
— И в этом году вас пригласили принять участие в Riders Cup в Санкт-Петербурге… — Да, директор федерации скоростного спуска на коньках в России Дина Сафарова провела огромную работу по поиску девочек, которые занимаются хоккеем в Санкт-Петербурге, многие получили приглашение. Шесть девчонок согласились попробовать себя в качестве райдеров.
— И вы сразу заняли третье место. — Ну, вот так получилось. Какой прекрасный дебют, да? (Смеётся.)
— Организаторы всегда говорят скептикам, что стоит лишь раз увидеть скоростной спуск, и вы навсегда станете его фанатом. С вами случилось то же самое? — Именно так. Но когда я получила приглашение от федерации, думала, что попробую только разок, и все на этом закончится. Оказывается, чем дальше, тем интереснее.
— Интересно было уже на первом вашем турнире в Санкт-Петербурге, когда , тренером которой вы являлись, обошла своего учителя и выиграла этап Riders Cup. — Да, Лена Иванова была моей подопечной. Мы учили ее кататься, играть в хоккей, а она взяла и заняла первое место в скоростном спуске. Погода внесла свои коррективы в трассу, поплыл лёд, были большие рытвины, множество падений на ровном месте, коньки просто впивались в лёд, поэтому финал получился немного смазанным. Многие претенденты на пьедестал, чей уровень выше нашего, не смогли до него добраться именно из-за падений.
— Большинство райдеров скоростного спуска пришли в этот вид спорта из хоккея. Вы тоже? — Получается, что да. Я до 13 лет занималась фигурным катанием, потом случился большой перерыв: то сноуборд, то баскетбол, выступала в составе волейбольной команды за свой колледж. Физически, то есть, всегда была готова хорошо. Во время Олимпиады-2010 в Ванкувере я увидела женский хоккей и поняла, что это именно тот спорт, которым я хочу заниматься. Меня всегда завораживали шайба и клюшка, тянуло в командные виды спорта. Я нашла школу питерской команды «Пантеры» для девчонок. На тот момент это была практически единственная женская команда в Санкт-Петербурге.
Этот клуб дал мне толчок для дальнейшего развития. Затем я профессионально поиграла два года в белорусской команде «Пантера», а потом карьера закончилась. Всё банально — травмы. Меня стали все больше и больше привлекать к тренировочному процессу. Для того чтобы заниматься тренерской деятельностью я получила специальное образование. До этого у меня было юридическое образование, специальность, по которой я никогда не работала и не планирую.
— Фигурное катание — мечта мамы? — Наверное, так и есть. В пять лет меня целый год пытались затащить на каток, я активно сопротивлялась, но в 6 сдалась. Не для меня этот вид спорта, мне нравится всё то, что в команде. Кстати, почувствовала, что было непросто психологически в четвертьфинале. Я же только за себя отвечала.
— А чего удалось достигнуть в хоккейной карьере? — В белорусской команде «Пантера» первый сезон мы были бронзовыми призерами, а на следующий год стали чемпионами Европы в элитной женской хоккейной лиге хорошего уровня. В чемпионате России мне, к сожалению, поиграть не довелось.
«На Олимпиаду поехала бы и в нейтральном статусе»
— За Олимпиадой удается следить? — Да, пристально слежу за женской сборной по хоккею, иногда смотрю биатлон, фигурное катание, да всё, что попадается в тот момент, когда включаешь.
— К сожалению, российские спортсмены на этой Олимпиаде лишены гимна и флага, выступают в нейтральном статусе. Если бы подобная ситуация сложилась в вашей спортивной карьере, вы бы приняли в ней участие? — Да, я бы поехала. К сожалению, многое, что в последнее время происходит вокруг олимпийского движения и его атлетов, не имеет отношение к спорту высших достижений. Тем не менее Игры остаются тем самым турниром, куда стремится попасть каждый спортсмен.
— И как вам достижения женской хоккейной сборной? Не только на этой Олимпиаде, но и вообще. — Выступление женской сборной на Олимпиаде — это «вау» для российского хоккея. У девчонок была очень сложная группа, несмотря на то, что все матчи в группе были проиграны, выглядели наши хоккеистки они достойно. Выход в полуфинал — это для всех маленький праздник. Реально серьёзное достижение.
«Трасса в Марселе? Это дико страшно»
— Эксперт скоростного спуска и комментатор трансляции Рид Уайтинг показал журналистам всю трассу и рассказал о её особенностях. Трасса протяжённостью 340 метров местами выглядит просто непроходимой. — Трасса очень интересная, сложная, есть в ней одно из ключевых мест, которое называется Goodrich — это спуск уклоном 61 градус. Съехать с него я смогла только на попе (улыбается).
— Этап в Марселе стал для вас четвёртым стартом в карьере? — До Марселя у меня была возможность принять участие в Riders Cup в Сарисильке. Я его использовала как часть подготовки к французскому этапу. Ни одна трасса этапов, в которых я принимала участие, не похожа на другую и все они совершенно отличаются от Марселя.
Когда впервые принимала участие в Riders Cup в Санкт-Петербурге, увидев трассу, сказала: «Парни, вы что такое понастроили, это же нереально проехать!». Затем приехала в Йювяскюля и подумала то же самое. У меня не было возможность попробовать трек, допустили без тренировки, попала сразу на квалификацию, было дико страшно, потому что скорости совершенно иные, нежели в Питере. Сейчас, после трассы в Марселе, я пересматриваю записи и уже точно знаю, что я бы изменила, проехала бы иначе.
— Сколько раз успели спуститься с этой дико страшной трассы? — Три раза. Вначале меня очень пугал старт, эта высокая ступенька не давала покоя. Наверное, чисто психологический барьер. Все первые разы я подъезжала к нему, у меня вылетали ноги вперед и все, я сразу падала. Goodrich я даже не рисковала проходить на ногах, они мне еще нужны. Да и остальные части тела тоже (улыбается). Все, что было дальше, уже не проблема.
— А в Марселе тройка призёров оказалась предсказуема? — Если честно, то я была удивлена. Всё-таки было много сильных райдеров из Канады и Америки. Я была уверена, что канадка или американка будет первой, но очень круто, что на пьедестал попали девчонки из разных стран. Француженка Сандрин Рэнжо составила хорошую конкуренцию, я вообще не ожидала, что она выйдет в финальный забег. Рада за Анаис Моран, которая выступила очень хорошо, третье место среди американок и райдеров из Канады — это очень здорово. Нам до них еще очень далеко. Впереди работа, тренировки и еще раз работа.
«На старте падаю и падаю. И понять не могу — почему?»
— Вы сказали, что нам ещё далеко до тех девчонок, которые сейчас побеждают. А как сокращать эту дистанцию? — Я видела, как в своё время готовился , когда скоростной спуск на коньках ещё только приходил в Россию. Он надевал короткие лыжи — сноублейды — и прыгал все пайпы, биг-эйры, которые строят для горнолыжки. Я занимаюсь сноубордингом, но там другая посадка, приземление на две ноги, ноги строго вперед, это другое. На горных лыжах никогда не каталась, нужно осваивать.
— Кого из топ-райдеров выделите? — Меня просто поражает Жаклин Лежер — победительница этапа в Марселе — выглядит как Барби, прям девочка-девочка. Но она выходит на трек и берет все преграды на раз два. Никогда бы не подумала, что она такая бесстрашная. Мы с ней разговаривали по этому поводу, она сказала, что уже давно занимается, практикует не первый сезон, все время в экстремальном спорте. Наверное, все это закладывается с самого детства.
— Где взять теорию? — С этим действительно скудно. Мне плохо давался старт, сестра его снимала. Я смотрю и не понимаю, что именно не так. Если я учу спортсменов выполнять правильно элементы на прямом льду, то тут сама не могу понять, почему я без конца падаю. И, наверное, только в последний соревновательный день в Марселе, после утренней тренировки, я уснула и резко проснулась с осознанием того, что поняла, как нужно поставить ноги, чтобы не упасть, уловить баланс. Но попробовать пришлось только на четвертьфинальном забеге и у меня получилось намного лучше, чем было в квалификации. Если бы мне кто-то подсказал пораньше, то я бы отрепетировала и время своё, пусть и на какую-то секунду, улучшила.
— Российские райдеры говорят, что для тренировок хорошо подходят скейт и памп-парки в Таллине. — Да, я много слышала про них. Жаль, что в Питере нет возможности для адекватной подготовки, а желание двигаться вперед очень большое.
— А экипировку где брать? — В Марселе я поняла, что мои коньки, а точнее — заточка, совершенно не подходят к мягкому льду искусственной трассы. Я катаюсь на обычных хоккейных коньках и ничего здесь менять не стала. Боялась не совладать с ними.
Что касается экипировки, то я использую хоккейную экипировку, хоккейные трусы и это не то, что нужно для скоростного спуска. Я отбила себе копчик на старте при падении, и это очень неприятно. Когда я прошла в топ-16, то попросила у Лены Ивановой защиту. У нее сноубордическая защита копчика и бедер и вот это уже то, что нужно. Нет никакой необходимости использовать хоккейные перчатки, но так как у меня не было других, я каталась в них. Обязательно нужно поменять нагрудник, потому что необходимо беречь позвоночник, а её нет в хоккейной экипировке. Ну и должна быть облегчённая защита, наверное, черепаха мотокроссовская идеально подойдет. — До завершения сезона осталось два этапа Riders Cup и завершающий этап Crashed Ice за океаном. На какие из них планируете поехать? — Я уже не поеду никуда из-за работы, да и очень далеко. Буду готовиться на будущий сезон. Мне хочется поднять физику, технически прибавить — это силовое катание, поэтому нужно технике уделять много времени. Ещё бы потренировать преодоление препятствий, но вопрос, где этим можно заниматься в Санкт-Петербурге, остаётся открытым.
«Мои девчонки уже заинтересовались скоростным спуском»
— Вы тренируете детей. Какой у них возраст? — 2009 год. У нас три года. Мы играем с мальчишками, и девочкам разрешено быть на два года старше. Получается, что самая младшая девочка в команде 2009 года, есть одна 2010, а самая старшая — 2007 года рождения. С 14 лет многих девчонок подписывают в профессиональные клубы. У них сейчас очень большие шансы продолжить карьеру, так как конкуренция в женском хоккее всё ещё небольшая.
— Наверняка и сами гоняете шайбу? — Конечно, я играю в женской любительской команде на уровне России в женской лиге — это турнир Ночной лиги. Сейчас идём на втором месте, это для нас уже рок какой-то, никак не можем обыграть команду из Москвы, в которой одни профессионалы. У нас по сравнению с ними не так много девочек с хорошим хоккейным прошлым.
— В Питере есть где тренироваться? — Да, льда много, но и денег на него нужно ещё больше. Поэтому у нас сейчас тренировки проходят только в формате игр с мужчинами. Мы заявлены во внутреннюю лигу в Питере и поэтому встречаемся только на играх, раз в месяц. Раз в неделю стараемся играть какие-то товарищеские матчи, но не всегда получается.
— Девочки, которых вы тренируете, не захотели попробовать себя в скоростном спуске? — После этапа Riders Cup в Санкт-Петербурге у них появилось очень много вопросов. К тому же Лена Иванова попробовала и показала результат, так что желающие пойти её путем уже есть. Действительно, вид спорта близок к хоккею. Те, кто меня знает и обладает хорошей техникой катания, действительно заинтересовались. Просто об этом виде спорта мало кто знает в России, его очень скудно освещают. — Если ваши девчонки спросят, стоит попробовать или нет… — Отвечу: конечно, стоит. Родители девочек, которых я тренирую, когда узнали, что я принимаю участие в таком виде спорта, сказали: «О, у нас есть шанс не только в хоккее, но и в скоростном спуске себя проявить» (смеётся). — А вы готовы делиться опытом с ними? — Да какой опыт, мне самой его не хватает. Бежала в Марселе утешительный финал, всё было в тумане, помню только картинки. Такое ощущение, что многое происходит неосознанно, на принятие решений при прохождении препятствий — доли секунды. — Но, тем не менее, полностью останавливаетесь перед Goodrich и смотрите вниз… — Конечно, там если не оттормозить — влетишь в борт (смеётся). Вот и срабатывает инстинкт самосохранения.
«Мама не выдержала: «На это смотреть страшно»
— Что ещё в жизни приносит удовольствие помимо хоккея? — Я работала и копила деньги на мотоцикл, но, не успев купить, потратила их все на выступление в Crashed Ice. Но нейкед байк всё ещё остаётся моей мечтой. Мне нравится его внешний вид, нравится открытый двигатель. Но мой первый мотоцикл, скорее всего, будет маломощный, чтобы ездить на работу.
— И опыт вождения уже есть? — Я пробовала мотокроссовский байк летом — не сложно. И когда-то дядя научил ездить на мотоцикле «Иж Планета-5». Это действительно моя мечта.
— Хоккей, сноуборд, скоростной спуск, мотоциклы… Адреналиновая зависимость? — Да, меня всегда тянуло к экстриму, мне всегда хотелось ощутить скорость. Наверное, в какой-то момент мои родители смирились. Решили, что лучше принять, чем бороться
— Ваша семья разделяет ваш восторг от скоростного спуска? — Мои родители говорят, что я сумасшедшая (смеётся). Зато меня поддерживает сестра, она уже на двух этапах побывала. Мама приехала в Питер, посмотрела на гору и половину трека, отвернулась и сказала: «На это смотреть страшно» (улыбается).
— Сестра такая же, как и вы? — Нет, полная противоположность. Если спорт, то фитнес в зале. Коньками не интересуется. — Для реализации себя в скоростном спуске нужны средства… — Вот теперь появился стимул входить в топ райдеров, потому что за выступление в Crashed Ice ты получаешь какие-то деньги вне зависимости от места в рейтинге. Но с финансовой точки зрения это действительно большая нагрузка, так как гонки идут одна за другой. И если деньги можно где-то найти, то со временем сложнее. У меня совпадают сезоны в хоккее и здесь.
— Насколько за этот месяц, что вы покоряете спуски на скорости, изменилась ваша жизнь? — Темп стал намного выше. Мне нужно успеть многое: потренировать, решить оргвопросы по турниру своих девчонок. Но сейчас опять всё будет как обычно. — Наверное, уже и фан-клуб собрали вокруг себя? — Это родители девочек, девчонки из любительской команды. Мне пока сложно показать какие-то результаты, чтобы им было чем гордиться. Но все ещё будет…
Видео дня. Лучшие голы 2-го тура Английской Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео