Ещё

Атака с тыла. Вайцеховская о победе Кихиры над Загитовой 

Фото: РИА Новости
Дуэлянтки
За считанные минуты до начала женского турнира трехкратный чемпион мира Патрик Чан сказал: мол, как же по-разному воспринимают Финал Гран-при те, кто принимают в нем участие, и те, кто наблюдают за турниром со стороны. На просьбу пояснить мысль охотно откликнулся:
— Финал Гран-при — не те соревнования, которые нужно выиграть во что бы то ни стало. По крайней мере, так всегда считал я сам. Основная задача для любого фигуриста — отобраться в шестерку, а для этого ты должен стремиться стать лучшим на тех этапах, где выступаешь. В этом и заключается наиболее сложная задача. Если спортсмен ее выполнил, он имеет все основания считать серию успешной и относиться к Финалу как к приятному бонусу, не более. Примерно как к показательным выступлениям после важных стартов. Мне, во всяком случае, кажется именно так. Что нужно думать не о медалях и рекордах, а стараться получить от происходящего максимум удовольствия.
В чем-то канадец был, безусловно, прав: среди участников любого Финала Гран-при всегда находятся те, для кого сам факт нахождения в шестерке сильнейших фигуристов мира — великое счастье и возможность заставить публику посмотреть на себя иными глазами. Как на избранного, а не на статиста.
С другой стороны, все эти правильные слова — всего лишь теория. А на практике в субботу имелся пресс-центр, набитый японскими журналистами, которые то и дело подходили как к коллегам, так и ко всевозможным экспертам с одной и той же просьбой: прокомментировать итоги женской короткой программы, в которой Рика Кихира мощно и уверенно опередила олимпийскую чемпионку Пхенчхана Алину Загитову. И высказать свой прогноз на финал.
В этом всеяпонском любопытстве не было и намека на интерес к тем, кто идет в арьергарде. Хотя в числе участниц, помимо Кихиры, были в женском турнире (и отнюдь не на последних ролях) еще две представительницы Японии — вице-чемпионка мира Сатоко Мияхара и Каори Сакамото. Но предстоящая дуэль затмила все.
Весь драматизм грядущего поединка стал очевиден еще в четверг, когда Загитова проиграла Кихире короткую программу. За последние два года Алина еще ни разу не оказывалась в ситуации, когда результат зависит не от нее самой. Поэтому олимпийской чемпионке и было в этом антураже неуютно — это без труда читалось по ее глазам. В субботу же, помимо всего прочего, Загитова допустила в прокате грубейшую ошибку — сорвала каскад с тройным лутцем: сделала второй из прыжков одинарным и получила за комбинацию всего 6,64.
Оказаться в итоге впереди Елизаветы Туктамышевой фигуристке сильно помогла компонентная «подушка» (72,70 против 66,61 Лизы) и преимущество, заработанное в короткой программе. А вот по технике Алина проиграла Елизавете.
Техническая стоимость программы Кихиры была выше, чем у российских спортсменок, но не настолько, чтобы это отменяло способность остальных участниц с ней конкурировать. Тем более что первый из двух тройных акселей спортсменка приземлила в шпагат, потеряв на этом довольно много баллов. Гораздо более принципиальным было то, что Загитова и Кихира приехали в Ванкувер в слишком в неравных исходных условиях. Алина и сама прекрасно понимала это. Призналась в интервью после проката, как тяжело было не думать о сложившейся ситуации, не накручивать себя.
Свой путь
Если бы Алина грубо не ошиблась в каскаде, она, кстати, вполне могла бы выиграть у Кихиры произвольную программу: спортсменок в итоге разделили 2,01, а на испорченном каскаде российская фигуристка потеряла минимум четыре балла. Но подобные рассуждения в данной ситуации некорректны, поскольку сразу тянут за собой иной вопрос: а если бы первый из своих «трикселей» не сорвала Кихира?
Финал Гран-при окончательно перевел японку из экс-юниорок в топ: оценка Рики за компоненты в произвольной программе составила 72,40, а у Загитовой 72,70. В разговоре со мной тренер чемпионки Миэ Хамада сказала, что очень активно работает со своей подопечной над тем, чтобы та стала первой взрослой одиночницей, кто сумеет продемонстрировать на соревнованиях прыжок в четыре оборота. Тренер добавила, что в тренировках элемент получается достаточно уверенно, но еще не достигнута та степень стабильности, при которой четверной (вкупе с двумя тройными акселями) не станет ломать программу.
— Этого, согласитесь, будет вполне достаточно, чтобы никто из выступающих ныне одиночниц не мог даже близко подобраться к вашей подопечной. А значит, вы все-таки думаете о том, чтобы побеждать, — шутливо заметила я. Хамада по-японски загадочно улыбнулась в ответ.
— Тем не менее, я сказала правду. Я строю работу со своими девочками не от соперничества с другими фигуристками, а от развития их собственных возможностей. Главное для тренера, как мне кажется, очень осторожно работать со спортсменами, когда они растут. Не форсировать нагрузку, не пытаться гнаться за сложностью, иначе становится слишком высоким риск получить травму. Еще я учу своих учеников слушать и слышать музыку. Моя сестра пианистка, поэтому я понимаю, как важно, чтобы спортсмен понимал, что он исполняет, почему делает какие-то движения на льду так, а не иначе. Я очень люблю работать с Лори Никол, мне нравится ее подход к постановкам, но еще больше мне нравится разговаривать с ней: на многие вещи в фигурном катании мы смотрим одинаково. Поэтому и работа получается плодотворной. В этом сезоне Лори поставила одну из программ для другой моей спортсменки Сатоко Мияхары, и я знаю, что люди отмечают эту постановку даже тогда, когда Сатоко не поднимается на пьедестал.
— Признайтесь, вам хотелось бы, чтобы Кихира, о которой сейчас говорит за стенкой от нас весь пресс-центр, заняла в женском катании то место, которое в мужском сейчас занимает Юдзуру Ханю? — напоследок спросила я тренера. Хамада на провокацию не повелась.
— Мне не хотелось бы, чтобы, говоря о моей девочке, люди сравнивали ее с Ханю. Он — великий спортсмен, им гордится вся наша страна, но у него свой путь. У Кихиры, надеюсь, будет свой, не сравнимый ни с кем. Мне бы хотелось именно этого.
Интересно, что Хамада, имеющая в Японии репутацию очень жесткого и требовательного тренера, никогда не проявляла по отношению к своим подопечным столь же жестких собственнических инстинктов. Когда тренеру показалось, что работа с Мияхарой над прыжками застопорилась, она отправила ее к олимпийскому чемпиону Нагано Илье Кулику. Привлекала к работе со спортсменкой Стефана Ламбьеля, то есть стремилась максимально развить в фигуристке все возможные качества, прекрасно понимая, что Сатоко никогда не сумеет подняться в плане прыжков не те же высоты, что Кихира. При этом Хамада категорически не согласилась с тем, что «срок годности» фигуристок на высшем уровне спорта становится короче. Заметила, что у любого фигуриста всегда найдутся качества, которые можно развивать бесконечно. И что суть фигурного катания для нее заключается именно в этом, а не в количестве побед.
Синдром Медведевой
С последним заявлением Хамады я все-таки позволю себе не согласиться: слишком красноречивым был жест тренера, с которым она вскинула вверх руку Кихиры, когда на табло появились оценки за прокат. Просто сейчас самое время порассуждать: что будет дальше? Насколько временным может оказаться вынужденное отступление Загитовой, как много времени может уйти на то, чтобы совершить ответный шаг, и кто, собственно, окажется способен его совершить — сама Загитова, или кто-то другой из российских спортсменок — возможно, из тех, кто в Ванкувере триумфально выступал в юниорах?
В эту тему хорошо лег разговор с выдающимся знатоком женского одиночного катания Валентином Николаевым. Мы разговаривали с тренером не о Загитовой, и не о Финале Гран-при, а о двукратной чемпионке мира Евгении Медведевой, не сумевшей в этом сезоне отобраться в финал чемпионской серии.
— Вы допускаете, что Медведева может проиграть чемпионат России и не попасть на главные старты? — спросила я тренера.
— Такое вполне может быть, — ответил собеседник. И тут же задал встречный вопрос:
— Чем ей грозит потеря шести месяцев, можете мне объяснить? Если Женя достаточно умна, насмарку год у нее не пойдет даже в этом случае. И уж тем более это не станет катастрофой. Лиза Туктамышева не появлялась на главных стартах на протяжении трех сезонов подряд, и это совершенно не мешает ей сейчас показывать очень высокие результаты. Да и о какой катастрофе вообще можно говорить в 19 лет? Набрать любое количество стартов для Медведевой вообще не проблема — соревнования в США и Канаде проводятся каждую неделю. Другой вопрос, что разговоров будет много, и это нужно просто пережить.
То, что сейчас предстоит пережить Загитовой, — это очень похожая история. Алина вполне способна на высокий результат, но вряд ли он может оказаться более впечатляющим, чем тот, что уже был в этом сезоне показан. Олимпийской чемпионке уже сейчас нужно думать о том, куда совершить следующий шаг, за счет чего вырываться вперед, если по-прежнему ставить перед собой задачу побеждать.
Хотя это уже экзамен не только для самой спортсменки, но и для ее тренера.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео