Джентльмены, заводите моторы! Аминь.

С тех пор, как гоночные машины стали украшать спонсорскими логотипами, какой только рекламы мы не видели на бортах! Масла, запчасти, сигареты, алкоголь, бытовая техника, энергетики, презервативы и даже фильмы для взрослых... Но рекламу церкви? Использовать для поиска новых сторонников листовки, проповеди по радио, звонки в дверь («Хотите поговорить о Боге?»), свои телеканалы, а теперь еще и собственные сайты — это так банально! Вот размещать свою рекламу на гоночных машинах — до такого додумались только в «Церкви Саентологии». Как тут удержишься от шутки — «Хочешь поговорить о боге? Тогда догони меня!» Дело происходило в восьмидесятые, когда с деньгами у саентологов всё было хорошо. В Америке движение было в моде, вовсю рекламировалось на популярных кабельных каналах, к нему присоединялись многие публичные люди — актеры, музыканты. Например, еще в 1975-м саентологом стал Джон Траволта, а в 1990-м — Том Круз. Прелесть этого движения в том, что все шаги на пути к просветлению сделаны платными. И если первая инициация («одитинг») может стоить сотню-две долларов, то дальше траты могут измеряться десятками тысяч долларов за курс. В общем, основанная писателем Роном Хаббардом организация — что-то среднее между религией, курсами личностного роста и сетевым маркетингом. Которая еще и пользуется налоговыми льготами, как церковь! Неудивительно, что в середине восьмидесятых журналисты оценивали состояние Хаббарда в 300 миллионов долларов. В конце восьмидесятых они засветились в Индикаре — престижной «формульной» серии, которая в те годы была гоночной дисциплиной номер 1 в США. Говорят, что в гонки саентологи пришли вынужденно: команды в более популярных видах спорта вроде футбола или бейсбола проявляли разборчивость в выборе спонсоров и относились к новоявленной церкви с подозрением. Индикар не так уж сильно уступал им в популярности, но команды всегда испытывали недостаток средств. Впрочем, история оказалась крайне скоротечной. В апреле 1988 года, перед вторым этапом в Лонг-Бич, руководство церкви подписало спонсорский контракт с Винсом Гранателли — владельцем собственной команды и сыном индикаровской легенды, автоспортивного менеджера Энди Гранателли. А уже в середине июня, к пятому этапу чемпионата, наклейки «Dianetics» исчезли с ярко-красного болида. Гранателли вспоминал, что для борьбы с лидерами — особенно богатой и профессиональной командой Роджера Пенске — хронически не хватало финансов. И так получилось, что саентологи, надеявшиеся на контракт с Пенске, в итоге проспонсировали команду Vince Granatelli Racing. О «Дианетике» Гранателли узнал от своих друзей — актеров Джона Траволты и Кирсти Элли. Перед этапом в Лонг Бич к нему пришел человек из издательства Bridge Publications, выпускавшего книгу Хаббарда. Они были готовы стать спонсорами команды Penske, уже обо всем договорились, подготовили контракт, но... «Роджер объяснил мне с глазу на глаз, что его жена не хотела, чтобы их имя ассоциировалось с саентологами и «Дианетикой» — рассказывал о подоплеке Винс Гранателли. Он не стал проявлять такой щепетильности — тем более, что формально рекламировать предстояло не церковь, а лишь книгу издательства Bridge. «Церковь публикует книгу и рекламирует её. Но вовсе не обязательно становиться саентологом, даже если тебе пришлись по душе идеи. Если читаешь «Тома Сойера», это вовсе не значит, что тебе нужно жить на Юге» — словно извинялся Гранателли в интервью уже в наши дни. Впрочем, в такой консервативной стране, как Америка, это неизбежно вызывало у многих отторжение. Например, Гранателли вел переговоры с новым пилотом, которого он хотел нанять на сезон-1989. Но тот отказался от контракта, потому что ему очень не нравился этот спонсор... Саентологи оказались на удивление добросовестными спонсорами, даже слишком. Не просто платили за рекламу на борту, а обеспечивали командными открытками и постерами все окрестные отели, а на сами этапы привозили минимум по 50 человек. «Они все были уж слишком милыми. Ничто не могло вывести их из себя. Меня это даже раздражало, — вспоминал Гранателли, — Как-то раз пришлось выгонять их с пит-лейна. Я им сказал: вы работаете на спонсора, и можете ходить где угодно, но здесь во время гонки никого быть не должно. И они даже спорить не стали — просто ответили: Хорошо, мистер Гранателли!» Впрочем, сотрудничество закончилось вовсе не поэтому. Однажды саентологи попытались обратить в свою веру гонщика Роберто Герреро! Началось все с того, что колумбиец всего за несколько месяцев попал в три серьезные аварии во втором повороте — правда, по совершенно разным причинам. Осенью 1987 года на шинных тестах в Индианаполисе, когда Герреро уже возвращался в боксы, на его машине сломался рычаг в подвеске заднего левого колеса. На скорости под 250 километров в час его закрутило и бросило в стену. Оторванное колесо ударило по шлему — Роберто 17 дней пролежал без сознания, но уже к декабрю оправился от травм, а на первом этапе сезона-88 в Финиксе уже боролся за поул-позицию. Так что авария не повлияла на его уровень. На гонке в Индианаполисе Герреро вновь попадает в аварию — на этот раз его на первом же круге «выносит» соперник. Скотт Брейтон ошибся в повороте, и закрутившаяся машина впечатала болид Роберто Герреро в стену. Наконец, на этапе в Милуоки на тренировке Герреро показывает лучшее время, но потом разбивает машину. Вот как об этом рассказывал владелец команды: «Во втором повороте на асфальте была кочка, на которой машину дестабилизировало. Роберто на нее наехал, машину закрутило, он ударился о стену, и попал к врачам. Они стали проверять, нет ли у него сотрясения, и спросили его номер телефона. А он возьми и спроси — здесь или в Калифорнии? В скорой помощи решили, что его контузило, и отправили в больницу. Стартовать после этого запрещено. Пришлось паковать вещи и отправляться домой». Тут-то Гранателли и убедился: если он считал, что книга Хаббарда и его церковь — это разные вещи, то сами саентологи так вовсе не думают. «Ко мне пришел человек из издательства, и сказал, что хотел бы провести «Одитинг» с Роберто» — вспоминал владелец команды. Сам «одитинг» — это подробнейший опрос по любым темам, который проводит член церкви высокого ранга. Как говорит учение, «Одитинг может привести человека из состояния духовной слепоты к духовному существованию». «Они говорили — мы думаем, что у Роберто есть психологические проблемы со вторым поворотом. Он разбился во втором повороте осенью 1987-го, попал в аварию в Индианаполисе, а теперь и в Милуоки. Мы хотим с ним поговорить. Я ответил — если сделаете это, сразу перестанете быть моими спонсорами. Я в гонках сорок лет, и это просто совпадение» — вспоминает тот день Гранателли. Представитель церкви согласился, но на следующий день сам Джон Траволта отправил цветы Кети — жене Роберто. Владельца команды это удивило: актер не был дружен ни с Герреро, ни с его женой. И после расспросов признался, что об этом его попросили в церкви... В итоге Траволта все-таки уговорил гонщика принять участие в «одитинге». Тот вспоминает, что это было крайне странное действо: «Они обещали убрать все негативные последствия моих аварий. Собирались много меня расспрашивать. Хотели, чтобы в этом участвовала жена. Кети отказалась — потому что они обещали исправить негатив от рождения детей. А у нас не было никакого негатива от детей! Все это выглядело очень странно...» После этапа в Милуоки Гранателли твердо решил порвать со спонсором. Но это оказалось не так просто. «За первые две гонки они заплатили мне больше миллиона долларов, за Милуоки — еще полмиллиона. Когда я сообщил им о своем решении, они предложили еще по полмиллиона за каждую из остававшихся десяти гонок. А после отказа подняли таксу до 750 тысяч на гонку» — рассказывает бывший владелец команды. Чтобы представить, сколько это в сегодняшних деньгах, сумму можете смело умножать вдвое. Для сравнения, в сегодняшнем Индикаре средний бюджет на гонку составляет 375 000 долларов на машину. После повторного отказа представители саентологов звонили Герреро: «Винс отказался от 750 000 долларов за гонку. Ты можешь с ним поговорить?». «Роберто позвонил, и спросил — мы можем себе позволить не брать эти 750 тысяч? Я ответил — Ведь твоя зарплата не меняется? Я тебе плачу, как прежде. А они пытаются влезть между нами» — вспоминал Гранателли. Гранателли отнюдь не осуждал траты саентологов на рекламу: «Деньги собирают и другие церкви, в этом нет ничего такого». По его мнению, рекламировать церковь не более аморально, чем сигареты, которые вызывают рак. «Мне часто говорили, что не стоит брать у саентологов деньги, но контракт серии IMSA с сигаретным брендом Camel такого осуждения почему-то не вызывал, как и появление Кубка Winston в Наскаре». Гранателли до сих пор считает, что руководство церкви надеялось превратить случай с Роберто Герреро в «историю успеха». Например, объяснить «духовным прозрением» поправку гонщика после тяжелой травмы или улучшение результатов после череды аварий. «Они настойчиво продвигают свой продукт, это нормально. Но тогда они переступили черту» — объяснял своё решение Винс Гранателли. А если бы он согласился на предложение, бюджет команды мог бы вырасти вдвое! Но владелец команды пошел на принцип, и до сих пор об этом не жалеет. Между тем, руководство церкви не отказалось от идеи продвигать свою религию через автогонки. Мы вряд ли узнаем, кому пришла в голову светлая идея разместить рекламу в гоночной серии IMSA. Но догадаться о логике можно. В восьмидесятые чемпионат был не просто популярной и престижной гоночной серией. Он и тусовку собирал подходящую — бизнесменов, юристов, биржевых воротил, банкиров (и еще немного наркодельцов и мошенников). Публика обеспеченная, не то что в пролетарском Наскаре! А команды были готовы брать деньги хоть у черта лысого. Вот и братья Кремер — владельцы немецкого коллектива Kremer Racing — не отказались от привлекательного предложения. Оно поступило накануне внезачетной гонки в Тампе, которая собрала лучшие команды из США и Европы. Вероятно, саентологов привлекло, что за Kremer Racing должен был выступать один из самых знаменитых спортсменов Америки — Марио Андретти с сыном Майклом. «Когда братья Кремер приехали из Германии, эти типы из «Церкви Саентологии» предложили им кучу денег, чтобы логотипы «Дианетики» наклеили на наш с Майклом Porsche 962. «Дианетика» — это что-то вроде их Библии», — вспоминал старший Андретти — как вы понимаете, католик. «Мы отказались. Братья пытались меня переубедить — мол, это большая сумма. Но я им сказал — если я соглашусь, меня Папа Римский отлучит от церкви. Я лучше вообще не буду участвовать в гонке, — рассказывал Андретти, — Как же братья были раздражены! Но рекламу сняли». В итоге братья Кремер все-таки придумали, как и деньги взять, и Андретти со своей совестью примирить. На их машину нанесли логотипы издательства Bridge Publication, выпускавшего труды Хаббарда, а «Дианетику» повесили на вторую машину, на которой выступали южноафриканец Джордж Фуше и немец Фолькер Вайдлер. Впрочем, продолжения этой истории не последовало. Фуше с Вайдлером не доехали до финиша 360-километровой гонки из-за поломки мотора, а отец с сыном Андретти финишировали шестыми. На этом сотрудничество с Кремерами и прекратилось. В Европе «Церковь Саентологии» тоже отметилась рекламой в автогонках. Причем самого высокого уровня — в марафоне «24 часа Ле-Мана» и на других этапах Чемпионата мира среди спортпрототипов. Правда, здесь речь шла о личном участии одного из членов движения: церковь финансировала выступления французского гонщика-любителя Филиппа де Хеннинга — модного художника, фотографа и модельера. Активные выступления продолжались в период с 1987 по 1991 год, когда он ездил за рулем прототипов Spice, Tiga и ALD. Наивысшей точкой в карьере стал его первый «Ле-Ман». Тогда, в 1987 году де Хеннинг выступал в одном экипаже с быстрым испанцем Фермином Велесом и известным английским гонщиком, основателем фирмы Spice Гордоном Спайсом. Экипаж команды Spice Engineering финишировал шестым в «абсолюте», с отставанием в 34 круга от лидера, и одержал победу в младшем классе C2. Были отдельные успехи и потом — например, призовой финиш в том же году в Кьялами или победа в своем классе в 200-мильной гонке на Норисринге в 1989-м. Впрочем, после индикаровской эпопеи автоспортивные проекты саентологов больше не привлекали такого большого внимания. Хотя странную тягу к гонкам в церкви сохранили. Например, в 2006 году заявили, что в популярнейшей американской серии NASCAR за команду Dianetics Racing будет участвовать гонщик Кентон Грей. «Зажги свой потенциал» — эта мотивирующая фраза, любимая саентологами, служила девизом команды. Правда, когда журналисты стали выяснять подробности, то оказалось, что речь идет не о «топовом» дивизионе NASCAR Nextel Cup Series, а о региональной серии NASCAR Dodge Weekly Series. Причем к тому моменту за плечами у Грея были лишь любительские мотогонки, картинг, автогонки в классе Legends, да единственный этап в наскаровской фидер-серии ARCA RE/MAX Series. В интернете до сих пор можно найти старый сайт команды, кое-какие промо-материалы и ролик на ютьюбе, в котором Грей рассуждает о том, как саентология помогает его гоночной карьере, и даже позволила улучшить время реакции(!). Как бы то ни было, все эти планы ни к чему не привели: имя Кентона Грея не появилось в списке участников серии NASCAR Dodge Weekly Series ни в 2007, ни в 2008 году. Сейчас по соцсетям можно выяснить, что Грей возглавляет маленькое рекламное агентство и имеет долю в клинике хиропрактики, гонками не занимается, и свою связь с саентологией не педалирует. Вряд ли когда-нибудь в будущем мы вновь увидим рекламу саентологии в гоночных сериях высшего уровня. И объяснение чисто экономические: чтобы поддерживать доходы, церкви нужен постоянный приток новых сторонников. А судя по данным опросов ARIS, которые последние тридцать лет проводят исследователи из Тринити-Колледжа в Коннектикуте, налицо снижение числа последователей этой религии: в период с 1990 по 2008 год их число в США сократилось с 45-55 тысяч человек до примерно 25 тысяч. Кстати, эти цифры на два порядка ниже тех, что декларируются руководством церкви.