Премьер-лига
Футбол
Хоккей
Бокс
MMA
Автоспорт
Теннис
Баскетбол
Легкая атлетика

Легкоатлетка Сидорова: на чемпионате Европы чувствовала себя не в своей тарелке

Победительница зимнего чемпионата Европы в прыжках с шестом пыталась в Глазго установить личный рекорд (4,92 метра), но все попытки оказались безуспешными. В интервью легкоатлетка рассказала, рассчитывает ли она когда-нибудь приблизиться к результатам двукратной олимпийской чемпионки Елены Исинбаевой, а также объяснила, почему чувствовала себя дискомфортно на церемонии вручения золотой медали.

Легкоатлетка Сидорова: на чемпионате Европы чувствовала себя не в своей тарелке
Фото: ТАССТАСС

— Думаете ли вы о том, что в один прекрасный день покорите пять метров (мировой рекорд Исинбаевой равен 5,06 метра)?

Видео дня

— Загадывать не хочу, но верю, что у меня это когда-нибудь получится. Думаю, что это возможно, но для такого результата очень многое должно сложиться в один день.

— А как вы выбрали прыжки с шестом?

— Я пришла в легкую атлетику из спортивной гимнастики. Я довольно-таки рано ушла, у меня был первый взрослый разряд по гимнастике.

— Гимнастическое прошлое как-то помогает вам показывать высокие результаты?

— Конечно. В первую очередь, гимнастика дает возможность хорошо управлять своим телом, держать координацию. Ну и отсутствие боязни падения тоже важно.

— Скорость разбега — самая важная составляющая результата в прыжках с шестом?

— Важно уметь ее сохранить в момент отталкивания. Есть девочки, которые хорошо бегали спринт, но в шесте у них не получается показывать достойные результаты. Но если с техникой нет проблем, то большая скорость, конечно, помогает.

— В какой момент вы поняли, что прыжки с шестом — это ваше?

— Честно говоря, какой-то определенный момент мне сложно сейчас вспомнить. Но осознание того, что шест — это моя профессия, пришло ко мне уже во взрослом возрасте и не так давно. Хотя понятно, что когда я поехала на юношеское первенство России и выиграла его, то уже это было в голове. Я поняла, что надо идти дальше.

— Со своим тренером вы вместе с первых шагов в легкой атлетике?

— Так и есть, я сразу к ней пришла. До этого она приходила к нам в гимнастическую школу и приглашала девчонок заниматься. Светлана Александровна тогда только начинала свою тренерскую деятельность, у нее была большая группа детей.

— Когда у вас появились первые победы, никто из маститых тренеров не предлагал расстаться с Абрамовой и переманить вас к себе?

— Не помню такого, но я считаю, что не смогла бы больше работать ни с кем, кроме как со Светланой Александровной.

— Ваш путь в спорте не был целиком вымощен из побед, два последних летних мировых первенства вам явно не удались. Как вы с тренером переживали эти неудачи? Поодиночке или вместе?

— Тяжело было, хотя у каждой неудачи были свои причины. Но мы вместе обсуждаем все проблемы, которые были на том или ином турнире. Стараемся делать выводы, но не всегда, к сожалению, они помогают мне избежать ошибок на последующих стартах.

— На тренировках как часто удается бить мировые рекорды?

— На тренировках мы так высоко вообще не прыгаем. Там совсем другая атмосфера, и мы занимаемся отработкой техники прыжка на мягких шестах. А потом, на более жестких шестах, пытаемся повторить это на соревнованиях.

— Когда спортсмен делает прыжок и сбивает планку ногами, он чувствует боль при ударе?

— Бывает очень больно. Все зависит от касания, но бывает и чувствительно.

— На каждой тренировке вы делаете прыжки?

— Когда идет активная работа, мы прыгаем два раза в неделю максимум. Все остальные дни я занимаюсь общефизической подготовкой, делаю силовую, скоростную работу.

— На чемпионате Европы в Глазго из-за транспортных проблем россиянин едва не остался без своих шестов. Он уже подумывал прыгать с шестами, которые ему по дружбе должны были дать благородные соперники. Как вы бы вышли из ситуации, в которой еще за два часа до старта находился Горохов?

— Я не знаю, но очень надеюсь, что со мной никогда не случится нечто подобное. И вообще, это самое ужасное, что может произойти с шестовиком, когда твои шесты не прибыли с тобой на соревнования. Да, ты можешь найти что-то похожее у своих товарищей, но все равно это будет не то. Тем более что на каждую высоту нужен шест определенной жесткости. А если он не твой, то уверенности еще меньше.

— В чем феномен Елены Исинбаевой? Она быстрее всех бежала? Была самой координированной и техничной в мире?

— Я не знаю, как ответить на этот вопрос. У нее было все: и скорость, и сила, и техника. Они со своим тренером сумели найти тот путь, который много раз приводил к победам. Мне со стороны сложно судить об этом.

— Общаетесь ли вы с Еленой?

— Я практически не застала Исинбаеву в секторе. Соревновалась с ней, наверно, раза два в жизни, поэтому какого-то особого общения у нас нет.

— Один из двух стартов пришелся на лето 2016 года в Чебоксарах. Турнир, как потом оказалось, был для Елены последним стартом в карьере. Тогда вернувшаяся в спорт ради Олимпиады в Рио-де-Жанейро Исинбаева прыгнула на 4,90, а вы стали второй с личным рекордом 4,85…

— Это были одни из самых ярких соревнований в моей памяти, которые всегда очень приятно вспоминать.

— Когда в конце 2016 года было принято решение о возможности допуска российских легкоатлетов на международные старты в нейтральном статусе, вы, говорят, в какой-то степени демонстративно отказались ехать на предыдущий зимний чемпионат Европы в Белград…

— Было немного не так. Мы очень оперативно подали заявку на получение нейтрального статуса, но ответ пришел слишком поздно. Мне кажется, что мы не могли бы тогда заявиться. Да и нервов то ожидание вымотало прилично и не способствовало качественной подготовке к соревнованиям.

— Вернемся ненадолго в Глазго. Всем ли вы остались довольны?

— В плане питания в отеле было все очень нехорошо. Когда перед финалом спустилась пообедать, просто нечего было поесть. Я не жалуюсь никогда, но для меня очень важно перед стартом нормально покушать, чтобы чувствовать себя хорошо. Я на многих турнирах была, но в Глазго с питанием действительно были проблемы. Это была самая худшая ситуация.

— Есть понимание, где будете стартовать в летнем сезоне?

— Пока все очень расплывчато. Но понятно, что кроме чемпионата мира в Дохе, куда я надеюсь попасть и хорошо выступить, приоритетными для меня станут этапы "Бриллиантовой лиги". Ну и на чемпионат России я приеду обязательно.

— На чемпионате мира в Катаре российские легкоатлеты будут выступать под флагом своей страны?

— Я очень надеюсь на то, что осенью мы поедем туда как команда.

— Во время награждения в Глазго с трибун было видно, что вы испытывали определенный дискомфорт.

— Конечно. Все это было как-то странно. Я никогда ранее не побеждала на таких соревнованиях в статусе нейтральной спортсменки. И ощущения у меня были, повторюсь, очень странными. Вроде я и радуюсь, когда меня поздравляют, а все равно чувствую себя не в своей тарелке. Праздник, конечно, был немного подпорчен.