Ещё
«Не собираюсь лезть во власть»
«Не собираюсь лезть во власть»
Легкая атлетика
У российских спортсменов появился новый противник
У российских спортсменов появился новый противник
Летние виды спорта
Бразилец из сборной России собрался жить в Европе
Бразилец из сборной России собрался жить в Европе
Футбол
Незаконность решения WADA по России объяснили
Незаконность решения WADA по России объяснили
Зимние виды спорта

Ильгар Мамедов: сказал себе — подготовь команду и получи орден 

Ильгар Мамедов: сказал себе — подготовь команду и получи орден
Фото: Спорт РИА Новости
Чемпионат Европы по фехтованию стартует в Дюссельдорфе 17 июня, а уже в середине июля в Будапеште пройдет чемпионат мира. Накануне основных турниров сезона главный тренер сборной России по фехтованию дал большое интервью , в котором рассказал, зачем после успеха на Играх в Рио команда рассталась с итальянскими тренерами, насколько коротка скамейка сборной, и в чем вообще радость от работы главным тренером.
"Диву даешься, как может заслуженный мастер спорта неправильно стоять в стойке!"
Рапирист Ильгар Мамедов стал олимпийским чемпионом в составе сборной СССР на Играх в Сеуле в 1988-м, затем победил на Олимпиаде в Атланте в 1996-м уже за сборную России. После Сеула Мамедов был награжден медалью «За трудовую доблесть», была в СССР такая награда для ударников социалистического труда. После Атланты государственной награды он так и не дождался. В 1995-м за победу на первых Всемирных Играх военнослужащих Мамедова наградили медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.
В 2012-м на Олимпиаде в Лондоне наши спортсмены впервые в истории советского и российского фехтования не выиграли ни одной золотой медали. Новым главным тренером сборной назначили Ильгара Мамедова. При его участии в команду были приглашены итальянцы. Группа Стефано Чериони работала с рапиристами и рапиристками, чуть позже старшим тренером шпажных команд стал Анджело Маццони. Еще до Игр-2012 старшим тренером российских саблистов был назначен француз .
С этими и другими тренерами сборная России на Играх-2016 в Рио выиграла семь медалей, из них четыре золотые. За подготовку команды Ильгар Мамедов был награжден орденом Почета. Однако с итальянскими специалистами Мамедов расстался, и сейчас во всей сборной только один иностранец — Бауэр.
На прошлогоднем чемпионате Европы российские фехтовальщики выиграли шесть золотых медалей, на чемпионате мира — одну. Главные турниры этого сезона важны не только сами по себе, но и как этапы отбора на Олимпиаду-2020 в Токио. Такова диспозиция команды и ее главного тренера перед развязкой сезона-2018/2019.
— После Олимпиады в Рио  говорил, что в России 9 тысяч человек, занимающихся фехтованием, то есть людей, постоянно тренирующихся и участвующих в соревнованиях. Казалось бы, более чем достаточно, чтобы составить сильную сборную. Вам, как главному тренеру, хватает выбора для комплектования национальной команды?
— Не хватает. И 9 тысяч — это, наверное, в большей степени статистические данные, которые дают регионы. В этом числе есть и дети. Ведь не все доходят до взрослой команды. Да и 9 тысяч — это вообще не цифры. Если брать другие страны, то есть показатели по 100-120 тысяч фехтовальщиков. На чемпионате Америки выступают 7 тысяч человек. А у нас 500.
— Этим и объясняется то, что состав, объявленный сейчас на чемпионат Европы, почти не отличается от состава, выступавшего на чемпионате мира-2018? Не из кого выбирать?
— Возьмем женскую рапиру. В команду попали те, кто реально по сезону фехтовали лучше всех. Ну, , само собой (олимпийская чемпионка, четырехкратная чемпионка мира — ред). Практически все старты выигрывает. , ,  — это те девочки, которые в сезоне показывали стабильные результаты. Были и в «восьмерках», и на пьедесталах. Что касается остальных, к сожалению, у них таких показателей нет. Хорошо, что в младших возрастных категориях вроде есть резерв: недавно на чемпионате Европы для спортсменов не старше 23 лет девчонки-рапиристки победили, месяцем ранее наши юниорки выиграли первенство мира. Но что касается взрослой команды, есть эта четверка, и еще, может, . Но она в этом сезоне просто никакая. И в психологическом плане, и в технико-тактическом. Даже если что-то случится с кем-то из четверки, то она поедет просто «пассажиром». А про тех, у кого номера шестой, седьмой и дальше, я и не говорю. Такая же ситуация, в принципе, во всех видах оружия. За исключением, разве что, мужской рапиры.
— А каков уровень подготовки тех, кто попадает в сборную? Один известный тренер по спортивной гимнастике сетовал, что когда спортсмен добирается до сборной, его приходится учить. Не совершенствовать, а прямо-таки учить. У вас есть такая проблема?
— Конечно. Порой удивляешься даже. Я же работаю не только главным тренером сборной России, но и личным тренером некоторых спортсменов. И диву даешься, как может заслуженный мастер спорта неправильно стоять в стойке! Мало того, он неправильно держит рапиру. Надо хотя бы один сектор закрывать, а он держит рапиру неправильно, и коли его, куда хочешь. И 85 процентов фехтовальщиков стоят именно так, у них открыты все сектора. Я не могу понять, как можно было так их обучать. Переучивать, конечно, уже поздно, да и невозможно. Люди уже со своими рефлексами. Естественно, это большая проблема.
— Тем не менее, вы сказали, что в мужской рапире ситуация с выбором кандидатов в сборную лучше, чем в других видах оружия. Каков уровень этих спортсменов?
— В мужской рапире у нас очень хороший 2000 год, но им сейчас по 18-19 лет. Если бы Олимпиада была не в 2020-м, а хотя бы в 2022-м, было бы время, чтобы они стали немножко взрослее и могли претендовать на место в сборной. Ребята в своей возрастной категории побеждают на всех соревнованиях. Очень хороший 2000 год.
— А они правильно держат оружие?
— Они очень своеобразны (улыбается). Возьмем братьев Бородачевых, Кирилла и Антона, левшу и правшу. Они стоят в стойке правильно. А еще у них такие показатели времени, которые иначе, как божий дар, не назовешь. Такие уколы наносят, которые не поддаются логике. Передвигаются как-то очень по-своему. Но это другой вопрос. Тенденции современного рапирного фехтования таковы, что оно стало серым и неинтересным. Раньше были школы — итальянская, французская, советская. Мы отличались друг от друга, интересно было смотреть. На великого рапирного чемпиона Александра Романькова, на Владимира Апциаури, который передвигался по дорожке, как пантера. Много славных имен, не буду все перечислять. Итальянский рапирист Микеле Де Сантис нашел архив многих соревнований, включая Олимпийские игры 1988 года. И вот он на Facebook эту хронику выкладывает. Как передвигались Апциаури, Романьков, Ибрагимов! Я, например, был не самым талантливым спортсменом, но и я по всей дорожке передвигался взад-вперед. Мы не пытались получить балл «на халяву», когда в тебя соперник просто промахивается. Мы заставляли соперников промахиваться! Пытались обмануть, переиграть. А сейчас сплошная серость. Нет красивых атак, где есть выпад, скачок, флеш-атака. А есть только какие-то шажочки, шажочки, шажочки. Пешком все ходят по дорожке. Удивительно, что и россияне, и итальянцы, и американцы, и японцы так ходят. Ёлки-палки, вы нормально можете передвигаться?
"Когда будет читать всё это, удивлен не будет"
— Я понимаю, когда подобные речи произносят обычные ветераны фехтования. Но вы — главный тренер сборной. Это реалии, в которых приходится существовать и добиваться результата. Так нужно ли изменять эти реалии? Для чего возвращаться к эффектному вдумчивому фехтованию?
— Скажу так. Вот у нас есть Алексей Черемисинов, у него все звания. Чемпион мира, Европы, Олимпийских игр. Вы же помните, Черемисинов очень надежно фехтовал в Рио. Но вы просто не видели его в марте 2016-го! Стефано Чериони, старший тренер наших рапиристов в четырехлетие с 2012 по 2016 годы, с ним лично не работал, но с декабря 2014-го по март 2016 года с Алексеем работал другой итальянец, Джованни Бортолазо. Как-то они умудрились за короткий период превратить Черемисинова в какую-то инфузорию-туфельку в фехтовальном плане. И как раз в марте 2016-го я просто приказом перевел Черемисинова к прежнему тренеру (олимпийский чемпион, сейчас старший тренер женской сборной России по фехтованию на рапирах — ред.). Потому что с итальянцами… Мы были тогда в Гаване, я собрал всех рапиристов, провел с ними двухчасовую беседу, на которой объявил, что Черемисинов возвращается к Шевченко. Приказом, без какого-то диалога. Оставалось всего три месяца до Олимпиады, и я очень благодарен Шевченко за то, что он смог Черемисинова за три месяца вытащить из этой непонятной ситуации. В итоге Алексей очень надежно дрался на Олимпиаде. Но! После Игр он все равно это свое «а-ля итальянское понимание» пытается продвигать.
— А почему бы не приказать ему это не делать?
— Он же авторитет для молодых спортсменов! Самый взрослый в команде, 34 года скоро будет. И все звания есть, это тоже очень важный факт. И вот Черемисинов, который может делать на дорожке всё, превращается, на мой взгляд, в эдакое неинтересное создание. И ему я тоже об этом говорю. Когда он будет читать всё это, удивлен не будет. Я ему постоянно говорю: «На дорожке ты можешь всё. У тебя есть и атаки, и защиты, и контратаки. Можешь врасплох ловить соперников, всё можешь. Но топтаться на месте и рассчитывать, что соперник в тебя промахнется, это не совсем то, что нужно. Это плохо». Ведь что произошло перед Олимпиадой 2016 года? я забрал себе, Черемисинова перевел к Шевченко, с Артуром Ахматхузиным работали наполовину я, наполовину Чериони. Вот тройка, которая дралась на Олимпиаде и выиграла золотые медали.
"Никто не знает, что Чериони не назвал олимпийский состав"
— В конечном итоге с итальянскими специалистами сборная рассталась сразу после Олимпиады 2016 года. Это потому, что они не то фехтование проповедовали, о котором думает главный тренер сборной? Теперь со шпажистами и рапиристами работают наши тренеры. Можно ли сказать, что таким образом сборная России возвращается к отечественной школе фехтования?
— Нет, не совсем так. К отечественной школе сразу не вернешься, потому что какой-то след итальянцы все равно оставили. Объясню, почему с ними расстались. Чериони и его коллеги-итальянцы были приглашены для того, чтобы придать рапирной команде психологический импульс. Тренеры вроде и до них были, но как-то они засыпали. Как будто в болоте находились. И я был одним из тех, кто занимался приглашением итальянцев. Потому что нужна была новая кровь. Понятно, что не все мои российские коллеги были счастливы, хотя иностранцы никакого отношения не имели к системе . Итальянцы получали зарплаты сначала из фонда нашего попечителя , потом, когда в Олимпийском комитете России появились гранты для иностранных специалистов, оттуда. Но не в этом дело. Сами понимаете, ревность, человеческий фактор. Я пытался объяснить нашим специалистам, что не надо ревновать, что нам нужна новая кровь. Но! Когда новые люди появляются, они должны желать работать. Что, собственно, и было в первый год. А потом они переключились с работы на зарабатывание денег, ведь платили им хорошо. Контракт есть, зарплата шикарная, таунхаус им рядом с базой в Новогорске сняли. Причем, два таунхауса. Потом еще и Кристиан Бауэр (старший тренер сборной России по фехтованию на саблях — ред.) сюда переехал — три таунхауса (улыбается). То есть, для иностранных специалистов было сделано всё. Но, к сожалению, произошло переключение с качественной работы на режим наживы. Зарплаты, премии — это всё, конечно, развращает. Возникает ощущение, что работать, может быть, и не нужно.
— Но ведь в Рио наши рапиристы выиграли две золотые медали. Что не так было в работе Чериони и его людей?
— Да, была решена самая главная задача. Ведь с 1996 года не выигрывали рапиру на Олимпийских играх. Но Чериони не назвал тот состав, который должен был поехать на Олимпиаду! Об этом же никто не знает! На тренерском совете, который проходил 15 июня 2016 года здесь, в Новогорске, Чериони не назвал олимпийский состав. Он просто начал вилять. Он не назвал Сафина, а тот был первый в рейтинге. Когда мы сказали Чериони, что по системе отбора включение первого номера в команду просто не обсуждается, он переключился на то, что не надо брать Черемисинова. А Черемисинов у нас заканчивает все встречи, и если не он, то кто будет это делать? То есть, Чериони попросту валял дурака, и я, как главный тренер, взял на себя принятие решения. И в итоге в Рио поехал состав, предложенный тренерским советом. Но не старшим тренером по рапире!
"Не представляю, как существуют другие сборные, не имея такой помощи от федерации"
— Интересно получается. Ильгар Мамедов терпит-терпит выкрутасы Чериони, и лишь когда остается три месяца до Олимпиады, он вправляет мозги Черемисинову, приказывает ему работать с тренером Шевченко, и вообще принимает ответственность на себя. Вы такой человек, который доверяет соратникам до последнего?
— А зачем тогда нужны и я, и они? Я же участвовал в приглашении иностранных специалистов. И повторю, это было правильное решение. Нам нужен был психологический импульс, нам нужно было что-то новое. Приехал Чериони, привез с собой еще двух специалистов, им были созданы все условия. У нас, кроме системы Минспорта, есть огромная помощь от Федерации фехтования России. И, кстати, я не представляю, как существуют другие сборные, не имея такой помощи от федерации. Нигде в мире не было таких условий, какие были созданы здесь для них. Но было много ошибок. Мы ведь, в сущности, ничего не выиграли в рапире за это четырехлетие до 2016 года. Кроме победы Черемисинова на чемпионате мира в Казани в 2014-м, но он тогда тренировался у Дмитрия Шевченко, и Инны Дериглазовой, которая в 2015 году выиграла чемпионат мира в Москве и тренировалась при этом только у Ильдара Мавлютова.
— Вы довольны работой старших тренеров рапирных и шпажных команд, раз уж они сменили итальянцев?
— Мы довольны только тогда, когда заканчиваются Олимпийские игры, и мы возвращаемся с медалями.
— Это результат. А процессом вы довольны?
— Скажу так. Я порой вношу какие-то поправки в работу коллег, которые по должности мои подчиненные, а в жизни мы друзья. С тем же Шевченко мы вместе выиграли всё, что можно. Но в коллективе, где есть субординация, приходится иногда это делать. Да, может быть, обижаются. Но они не идут на меня жаловаться. А что делал Чериони? На глазах у всей публики происходит событие, где он точно не прав. В четвертьфинале чемпионата мира 2015 в Москве, когда мы дрались с Великобританией, Чериони поставил Артура Ахматхузина в запас и выпустил Реналя Ганеева. Да, мы вели 35:19, казалось бы, что там осталось до 45. Но я ему говорил: «Ты идешь на чемпионат мира с тремя спортсменами, Ганеев не помощник». Ну, не помощник, я же вижу! Знаете, кто-то в 35 лет заканчивает, кто-то в 30. Ганеев закончил в 19 лет. Он на Олимпийских играх в Афинах в 2004-м фехтовал очень смело, в личном турнире занял 4-е место, в командном — 3-е. Всё. После этого до самого конца своей карьеры Ганеев дофехтовывал, как «пассажир». Я пытался это объяснить, говорил Чериони, что он не прав. А он решил, что раз счет такой большой, то можно выпустить Ганеева. И тут началось! Как начал Реналь пропускать! Один укол, второй, четвертый, десятый. Хорошо, что разница уколов была большая. Потом Черемисинов вышел. Имея такое преимущество, мы в итоге победили 43:41 лишь потому, что время закончилось. И когда я сказал Чериони, что не надо больше ставить Ганеева, он начал публично размахивать руками и кричать. Пришлось тогда сказать ему, что если ты будешь так махать руками, то собирай чемоданы и поезжай в Италию. Это его очень оскорбило, и он побежал жаловаться на меня президенту федерации! Хотя и президент, и Станислав Поздняков, который тогда был первым вице-президентом, сами спустились к дорожке в бешенстве. Это неправильно, так поступать, как итальянец. У нас не принято прыгать через голову. Если ты считаешь, что я неправ, обсуди это со мной, ты же мой подчиненный.
— Тем не менее, даже после такого острого конфликта еще год итальянец работал с рапирной командой. Почему вы терпели, если в команде возникла столь нездоровая, на ваш взгляд, обстановка? Вопрос не праздный, сейчас опять остается год до Олимпиады. Нынешняя обстановка здоровая?
— В рапире мы «плюс-минус» как коллеги разговариваем. Я же никогда не работал по системе «я начальник, ты дурак». Так не должно быть. Если я что-то говорю, то я это аргументирую своим пониманием фехтования. Тому же Шевченко я всегда говорю: «Дима, работай, как старший тренер. Никогда не показывай, что ты отдаешь кому-то предпочтение, потому что этим ты разрушишь коллектив». Бывает, что старший тренер работает только со своими учениками, и коллектив начинает обижаться. Особенно девушки. Иногда, чтобы Шевченко и Руслан Насибуллин (старший тренер мужской сборной России по фехтованию на рапирах — ред.) лучше себя проявляли в качестве старших тренеров, и мое присутствие на них не давило, не езжу на соревнования.
"Чемпионат мира по футболу скомкал нам подготовку к своему чемпионату мира"
— Как главный тренер всякой сборной по олимпийскому виду спорта, вы работаете четырехлетними циклами. Мы давно привыкли к этой мантре: «У нас главный старт — Олимпиада, к ней и идем». В связи с этим вы рассматриваете чемпионат мира 2019 года как абсолютно самодостаточный старт? Или как один из этапов подготовки к Олимпиаде?
— К сожалению для всех европейцев, олимпийский отбор у нас очень тяжелый. Для Панамериканского региона, для Азии и Африки отбор менее тяжел. Поэтому для нас этот чемпионат мира — один из важнейших этапов попадания на Олимпийские игры. А также это самое главное соревнование сезона. И естественно, хочется вернуться оттуда с медалями. Понимая, что у нас две задачи. Программа-минимум — это заработать как можно больше олимпийских лицензий. Программа-максимум — выиграть как можно больше медалей. Хотя и то, и другое очень сложно. Вот сейчас чемпионат Европы, а через месяц чемпионат мира. Как целый месяц форму держать?
— Из этого вытекает вопрос. Вы недавно сказали, что промежуток между двумя этими турнирами столь незначителен, что команда готовится к чемпионату мира, а на чемпионате Европы, цитата, «выступим, как выступим». Но неужели большие начальники не ставят перед вами задачу, выражаемую цифрами. «Столько-то медалей взять на чемпионате Европы, столько-то на чемпионате мира». Нет таких задач?
— Есть «целевая комплексная программа», ЦКП, которая пишется на четыре года, где ставится план-задание. Я вам скажу, что даже когда мы в прошлом году на чемпионате мира выступили вроде бы неудачно (одна золотая медаль — ред.), мы план-задание перевыполнили (смеется).
— То есть от вас потребовали составить план на четырехлетие, вы его составили и выкинули из головы в тот самый момент, когда сдали этот план начальству?
— Ну конечно. Мы же не живем цифрами. Мы хотим выступить хорошо. Например, в прошлом сезоне не получилось. По объективным причинам.
— Из-за чемпионата мира по футболу?
— Совершенно верно. Чемпионат скомкал нам подготовку к своему чемпионату мира. Нас из Новогорска выперли, в том зале, где мы всегда тренировались, тренажеры поставили. Поехали в Сочи, а там бразильцы (улыбается). На улице не потренируешься, потому что жара. Представляете, все время в зале! Потом приехали в Китай для акклиматизации, а там в 8 утра уже 31 градус, духота. И команда просто устала.
— Так что же тогда вы оцените, как «выступить хорошо» на чемпионате мира? Раз уж медальный план, это ерунда, не будем измерять в медалях. Как вы оцените, что чемпионат Европы и чемпионат мира пройдены всей сборной хорошо?
— Будет хорошо, если все шесть наших команд возьмут «олимпийские очки», необходимые для попадания на Игры. Для этого надо минимум быть в четверке сильнейших. По системе олимпийского отбора, если в марте 2020-го ты в четверке сильнейших мирового рейтинга, ты автоматически едешь на Олимпийские игры. Если нет, ты будешь бороться за единственное место, оставшееся для европейских команд. Поэтому желательно, чтобы все наши команды боролись за медали на чемпионате мира. Это и было бы для меня хорошим выступлением.
"Я им говорю: «Если бы у вас характер ушел, вас можно было бы уже менять на молодых»
— Не раз доводилось слышать суждение: «Есть олимпийские спортсмены, и есть неолимпийские». Первые преуспевают на Играх, вторые — нет, хоть тресни. Судя по двум золотым медалям 1988-го и 1996 годов, вы — спортсмен олимпийский. Вы согласны с таким разделением атлетов?
— Хм… Только сейчас об этом задумался. Вот был у нас такой рапирист Сергей Голубицкий. Мы его «Голубем» называли. Я тогда говорил, что «видя, как Голубь фехтует, хочется выкинуть свой чехол подальше» (улыбается). Фехтовал он красиво! Просто наслаждение было смотреть, как он фехтует. Талантище! Но, к сожалению, Сергей закончил карьеру, так и не став олимпийским чемпионом. Или вот другой наш великий рапирист Александр Романьков. Со всех соревнований привозил личные и командные медали, но никак не мог стать олимпийским чемпионом. Только в 1988-м, почти в 35 лет, все-таки стал чемпионом в командном турнире. Зато был , который ниоткуда появился в 1996-м, выиграл Олимпиаду, и больше его толком никогда и не было.
— А вот вы, «олимпийские спортсмены», что-то такое особенное знаете про Игры? Или это просто судьба?
— Черемисинов в каком-то своем интервью сказал, что «олимпийский чемпион — это диагноз» (смеется).
— Я помню, как на Играх-1996 в Атланте в финале командного рапирного турнира Россия — Польша при счете 28:30 вышел Ильгар Мамедов, и счет стал 35:33. И по большому счету дело было сделано. Как вам это удалось?
— Когда я выходил на этот бой, у меня в голове сразу вспыхнула Олимпиада в Барселоне в 1992-м. Тогда немножко другая система подсчета была. Мы вели в четвертьфинале с поляками 7:3, потом 8:6, но в итоге проиграли по разнице уколов. Хотя приехали выигрывать Олимпиаду. Команда была очень сильная. Шевченко, Голубицкий, Ибрагимов, Григорьев. И вот мы повели 7:3, стали смотреть, кто у нас следующий соперник. В результате проиграли. И в Атланте мы уже не могли сделать полякам второй такой подарок, поэтому я накинулся, как лев (смеется).
— А этому можно научить? Я бы даже сказал, что должность вас к этому практически обязывает. Главный турнир — Олимпиада. Вы в курсе, как ее выигрывать. Особенно командный турнир. Это можно передать спортсменам? Часто ли вы с ними на подобные темы разговариваете?
— Часто. Главное, что я всегда подчеркиваю, это их характер. Он у них есть. На Олимпиаде фехтуют только сильнейшие, то есть все технико-тактически обучены. И побеждает тот, у кого стержень прочнее. Даже Олимпиада в Рио это показала, когда французы в финале командной рапиры до 35 очков были впереди. И только в восьмом бою, когда вышел Артур Ахматхузин, всё изменилось. Наверное, французы слишком рано «выиграли». Думали, счет 35:30, ну, будет после восьмого боя 40:36 или 40:37. Эрванн Ле Пешу последний бой проводит всегда очень надежно. Но они никак не могли предположить, что Артур совершит нечто героическое. Как вы сказали, я что-то такое совершил в Атланте, так и здесь Артур выиграл свой бой 10:3, и счет стал 40:38 в нашу пользу. Да, Ле Пешу старался, но Черемисинов фехтовал грамотно и надежно. В итоге мы победили 45:41 и стали олимпийскими чемпионами.
— И вот об этом вы с ними и говорите?
— Да. Я им говорю: «Если бы у вас характер ушел в никуда, вас можно было бы уже менять на молодых». А молодые тем временем наступают. Антон Бородачев выиграл чемпионат России. Юниор выиграл чемпионат страны!
"Быть солдатом Бауэра на «Круглом озере» — это тяжело"
— Вы сказали, что будь Олимпиада в 2022-м, а не в 2020-м, молодежь успела бы подрасти. Но будет же Олимпиада в 2024-м, и так далее. Можно ли сказать, что на следующий олимпийский цикл вам уже есть из кого выбирать?
— Конечно. И об этом не только я говорю, об этом говорят все. Этим ребятам 1999-го и 2000 годов рождения на следующих Играх будет по 24-25. Прекрасный возраст. Там будут Антон и , там будет из Курской области, Иван Трошин ростом 2,03, такой «баскетболист» из ЦСКА. Есть и 1998 года рождения ребята талантливые, например, Григорий Семенюк. Вот у нас позавчера была «боевая практика», Семенюк обыграл Черемисинова.
— Но это рапира, и это мужчины. А есть еще пять команд. В них тоже намечается более широкий выбор?
— В женской сабле, казалось бы, ситуация получше. В этом году в команду попала. Конечно, Кристиан Бауэр не хотел. Кристиан такой… весьма своеобразный специалист, приходится 2-3 раза в месяц проводить с ним психотерапевтические беседы (улыбается). Как-то все же удалось убедить его не делить команду на своих и чужих. Если он не работает с Никитиной, это не значит, что она не полезна для сборной. В этом сезоне она показала результат лучше, чем . А Шевелеву я вообще сейчас ко врачу отправил. Потому что у нее, где ни копни, везде проблемы. Да и психологическая усталость есть, потому что быть «солдатом Бауэра» на «Круглом озере» — это тяжело (улыбается). Это разве что железная Соня Великая выдержит. Или , которая развлекается другими делами, но она такой человек. Не так зацикливается на фехтовании. Если бы Яна работала, как солдат, она бы уже давно с ума сошла и бросила всё это. Плюс Соня Позднякова, молодая, но уже чемпионка мира. Вот эта четверка есть.
— А за ними-то кто-то есть?
выиграла в апреле юниорский чемпионат мира. Есть еще саблистки хорошие. Но их не десять, и даже не восемь человек. А в мужской сабле, кроме основой четверки, никого нет. , , , Константин Лоханов. Сейчас из нафталина вытащили , чтобы хотя бы на тренировке была какая-то конкуренция. Едва он начал тренироваться, как позвонил мне и сказал, что из 20 боев 18 выиграл. Это нормально? Практически после двухлетнего перерыва. Чем тогда основной состав занимается, вопрос.
— А какая ситуация в шпаге?
— Непростая. Например, наши шпажисты выиграли три командных турнира подряд, а как начался олимпийский отбор, в Париже — они заняли девятое место. Казалось бы, такие надежды подавали, а начали не очень хорошо. А я говорю специалистам по шпаге: «Олимпиада в Токио с вас, дорогие товарищи. Вы же в Рио отдыхали, где сабля и рапира за всех работали? Вот сейчас два золота дайте, а уж сабля с рапирой добавят, сколько получится». Шутка, конечно. В шпаге всё совершенно непредсказуемо. Зато шпага меньше зависит от судейства.
"Выхожу и думаю: «Вот у тебя не было Кубка европейских чемпионов, так иди и возьми своими руками!»
— И вот мы битый час говорим о проблемах. А в чем же тогда радость от того, что вы главный тренер сборной России по фехтованию? Куда ни кинь, всюду клин. Проблемы с резервом, с судейством и так далее. В чем кайф?
— Вы знаете, когда мне в августе 2012 года предложили эту должность, это произошло в обстановке, в которой нельзя было сказать «нет». Потому что впервые за долгие десятилетия мы вернулись с Олимпиады в Лондоне без золота. С 1960-го по 2008 год у нас всегда хоть одно золото, но было. И как отказаться в такой ситуации? Я вам расскажу один эпизод из моей жизни. В 1995 году я был на Кубке европейских чемпионов. В то время чемпионаты Европы только начали проводить, но сильными турнирами они еще не стали (Европейская конфедерация фехтования была образована только в 1991 году — ред). А Кубок европейских чемпионов всегда собирал самые сильные клубы, и в Париже у нас настоящие битвы проходили. И вот представляете, у меня уже было звание олимпийского чемпиона, чемпиона мира, а титула обладателя Кубка чемпионов не было. Причем, в апреле 1995-го мне сделали серьезную операцию, а Кубок — в мае. Чтоб вы понимали мое тогдашнее состояние, на базе в Адлере, где до моря бежать девять минут, я не мог до этого моря добежать. На полпути останавливался, потому что задыхался. Вот в таком состоянии я находился. И вот прилетаем в Париж. И в полуфинале я, как в боксе говорят, попадаю в нокдаун. В глазах темно, дышать нечем из-за низкого гемоглобина. И я в пух и прах проигрываю свой отрезок боя тому немцу , которому на Играх 1988-го нанес золотой укол. Но, несмотря на проигранный мною бой, мы все равно выходим в финал, и мне мой тренер Марк Петрович Мидлер говорит: «Может, посидишь в запасе?» Именно «может», потому что он знал, что я никогда в запасе не сидел. Но что я мог ему сказать в таком состоянии? И вот начинаем финальную встречу с французским клубом, а у них — олимпийский чемпион Филипп Омнес, еще Леонель Плюменель, который годом позже стал серебряным олимпийским призером, в общем, серьезный состав. И вдруг при счете вроде 16:18 Анвар Ибрагимов падает, как подкошенный. Его на руках с дорожки уносят, так сильно он ногу подвернул. И Мидлер на замену выпускает меня. Отфехтовали встречу, и оставался только финальный поединок против Филиппа Омнеса. В Париже! Полный «Зал Пьера де Кубертена», на трибунах 6 тысяч зрителей. Даже на лестницах сидят. И вот я выхожу против него и думаю: «Ты никогда не был обладателем Кубка европейских чемпионов, так иди и возьми своими руками! Не на халяву, не за чей-то счет. Хочешь стать обладателем? Вот иди и сделай!» Я вышел и победил Омнеса.
— А причем тут предложение стать главным тренером сборной?
— Так вспоминая ту победу в 1995-м, я подумал, что у меня никогда не было ордена. Все удивлялись, конечно, потому что карьера была длинная, а ордена не было. Вечно какие-то непонятные процессы мешали. Например, в 1995-м я выиграл первые «Всемирные игры военнослужащих». Всем, кто выиграл личные медали, дали ордена. Мой орден опять куда-то делся, мне дали медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. На следующий год тем, кто стал олимпийскими чемпионами, тоже дали ордена, а мне — вообще ничего. А я уже во второй раз олимпийский чемпион! «Как же так? — А ты уже в прошлом году получил». Я говорю: «Это ж медаль, не орден! — А кого волнует?» Так и закончил свою карьеру без ордена. И вот мне предлагают стать главным тренером сборной. И тут я задумался: «А вот хочешь, как тогда в 1995-м? Хочешь стать орденоносцем? Вот сам своими руками подготовь команду, чтобы был успех на Олимпийских играх, и получи орден». Хочешь? Иди сделай! Не надо в кусты прятаться.
— Ну а кайф-то работы главным тренером в чем?
— Как в любой работе, рутина есть рутина. Хотя это лучше, наверное, чем стоять у станка с 8 утра и до 6 вечера. Но наслаждение приносит не каждодневная рутинная работа, а достигнутые в конце сезона результаты. Когда заканчиваешь сезон в хорошем настроении, то начинаешь новый с большой надеждой. Вот в этом, наверное, и есть кайф.
Лучшие моменты Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео