Ещё
Обвинила футболиста: модели из России грозит тюрьма
Обвинила футболиста: модели из России грозит тюрьма
Футбол
Российская команда «КамАЗ-мастер» выиграла «Дакар»
Российская команда «КамАЗ-мастер» выиграла «Дакар»
Автоспорт
В чём сила, брат? «Спартак» потерял Бакаева-мл.
В чём сила, брат? «Спартак» потерял Бакаева-мл.
Футбол
Русских лучше не злить! Овечкину разбили лицо — он ответил
Русских лучше не злить! Овечкину разбили лицо — он ответил
Хоккей

Марк Ракита: В Мюнхене подошел человек из КГБ: «Не хотите вернуться домой?» 

Марк Ракита: В Мюнхене подошел человек из КГБ: «Не хотите вернуться домой?»
Фото: Советский спорт
В гостях в Советском спорте побывал легендарный фехтовальщик, завоевавший золото на тех Играх, Марк Ракита.
УТАИЛ ОТ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ РОДСТВЕННИКОВ ЗА ГРАНИЦЕЙ
— Это ж сколько лет, как мне присвоили звание заслуженного мастера спорта 26 октября 1964 года? Пятьдесят пять! Летит время, первым начинает разговор Марк Семенович. — Я почему запомнил эту дату на всю жизнь? 26 октября день рождения моей жены. Хотя в тот момент мы еще не были знакомы, она потом стала моей женой. Такая вот магия цифр. Нам же должны были звания в Токио присвоить, но присвоили только в Москве, на следующий день после возвращения с Олимпиады.
— В чем причина? — Мы вместе с волейболистами завершали Игры. Победили и мы, команда саблистов, и волейболисты. В волейбольной сборной был потрясающий нападающий Дима Воскобойников. Он сразу после матча в автобусе выпил целую бутылку водки. Стресс, нервное напряжение, да и доза приличная. Из автобуса его вынесли. Присвоение знаний должно было состояться в Олимпийской деревне. Как такого награждать? Если остальным присвоить, а ему нет — несправедливо. Начальство решило никому не вручать значки ЗМС. В общем, у нас украли праздник. А мы уже дырки под значки на пиджаках прокололи. Вручили в Москве на следующий день после возвращения из Токио. Мы это событие хорошо отметили в ресторане Узбекистан. У нас там директор знакомый был, всегда нас с удовольствием принимал, шикарный стол накрывал.
— Конкуренция, полагаю, была серьезная, рассчитывали, что в олимпийскую сборную пробьетесь? — Я вам расскажу предысторию, она весьма занимательная. В сборную я попал в первый раз в 1962 году, когда выиграл чемпионат СССР. В последнем бою победил великого фехтовальщика современности Якова Рыльского. Причем победил только после десятого укола. Тогда же не было электроники, вокруг стояли пять судей и фиксировали уколы. Счет был 4:4, мой победный укол зафиксировали примерно с десятого раза. Все хотели, чтобы победил Рыльский.
Чемпион Союза автоматом попадал в сборную. Впереди был чемпионат мира в Аргентине. Меня вызвали в ЦК на инструктаж. Собеседник сверлил меня взглядом. О чем говорили, не помню, но этот взгляд я на всю жизнь запомнил. Мало, что первый раз за границу еду, да еще в Аргентину. У меня ведь еще национальность такая не самая вкусная.
— Видимо, пытался убедиться, что точно не сбежите? — Возможно. Но самое главное: у меня были близкие родственники за границей. Естественно, я этот факт от советской власти утаил. Кто бы меня тогда выпустил?!
Был у нас великий тренер Иван Ильич Манаенков, который, как потом выяснилось, оказался подполковником КГБ. И вот я прилетел в Буэнос-Айрес, а добирались мы группами, Манаенков подходит ко мне в гостинице: Рад тебя видеть, но не ожидал тебя здесь встретить. Намекнул ненавязчиво: мол, как же тебя выпустили?
— В Аргентине встретились с родственниками? — В том-то и дело, что встретились. Это, конечно, был крайне неприятный сюрприз для руководителя делегации. Это был майор КГБ. Самое интересное, что родственники пришли в гостиницу и обратились к этому кагэбэшнику: Хотим встретиться с Марком, он наш родственник. Он был в шоке. Но куда деваться, коль уже пришли? Мы поговорили в фойе, беседовали на идише. А когда улетали, по аэропорту объявили, что просят господина Ракиту подойти к такой-то стойке. Кагэбэшник как заорет: Никуда не ходить! От команды ни на шаг!. Не пустил к родне, боялся, что сбегу.
— Были последствия, что скрыли наличие родственников за границей? — Я сказал своему тренеру Давиду Абрамовичу Тышлеру, что заканчиваю карьеру, теперь я невыездной. Но пронесло. У нас председателем федерации был , полковник, бывший летчик, редкий чудак на букву м. Несколько раз падал с самолетами, контуженный на всю голову. И он сцепился с нашим кагебэшником. И тот весь свой запал потратил на то, чтоб свалить Попова. Свалил, а на меня уже сил не хватило.
БЕЗ РАКИТЫ ОЛИМПИАДУ НЕ ВЫИГРАТЬ
— Вернемся к Олимпиаде. Как насчет конкуренции? — В команде было пять человек, все отобрались примерно за год до Игр. Это Рыльский, Нугзар Асатиани, Умяр Мавлиханов, я и . Но был еще шестой фехтовальщик по фамилии Сахвадзе, у которого со мной было примерное равенство очков. И вот в Минске проходит чемпионат Союза. Там как раз Мельников победил и отобрался в сборную. Второе место занял Асатиани, третье Сахвадзе. Я был шестым. Но по отбору на Олимпиаду я на полочка обошел Сахвадзе. Но на награждении кое-что случилось.
— Что? — Один бывший фехтовальщик, тогда он уже судьей был, армянин из Тбилиси, решил пошутить. Он попросил девушку-белоруску, которая вручала цветы призерам, поздравить Сахвадзе и Асатини по-грузински. Произнес ей фразу, которая переводилась: Я твою маму имел. И отошел в сторону. Девушка ко мне: Как он сказал? Я не запомнила. Я знал все грузинские ругательства, потому что несколько лет дружил с Асатиани. Повторил ей.
Начинается церемония и девушка поздравляет этой фразой Сахвадзе и Асатиани. Ребята восприняли это с улыбкой, поняли, что кто-то решил пошутить, но сзади Сахвадзе стоял его тренер. Он спросил: Девочка, кто тебя научил этой фразе?. Она показала на меня.
— Как говорят в армии: это залет! — Еще какой! Дело в том, что еще была жесткая борьба между спортивными обществами. Я армеец, Сахвадзе динамовец. Дошло до руководства, в том числе до того самого Ивана Ильича Манаенкова, подполковника КГБ, о котором я говорил выше. И меня решили закопать: результаты чемпионата отменить, Сахвадзе — в сборную. Но старший тренер сборной и вся команда написали письмо в Спорткомитет, что без Ракиты Олимпиаду не выиграть. Меня простили, но условно