Ещё

Меркулов: знаю, что за мной следит «Спартак», но я предпочитаю синие цвета 

Фото: Спорт РИА Новости
Защитник екатеринбургского , которого летом пригласил в расширенный состав сборной России по футболу, в интервью рассказал о любви к художественной литературе, мечте покорить Эверест, заработке на продаже кукурузы и об интересе со стороны .
"За шесть дней, бывает, могу прочитать три книги"
— В вашем Instagram нет пафосных брендов и крутых автомобилей. Не стараетесь подражать другим футболистам?
— Наверное, нет, я самый простой игрок. В Instagram пока не понятно, что делать. Не хочется «заливать» чушь какую-то. Если другие выкладывают, то молодцы, это имеет место. Может, они получают какие-то эмоции от этого.
— То есть и в барбершоп стричься за пять тысяч рублей тоже не пойдете?
— Нет, это не моя история. Раньше спокойно стригла жена дома. Главное — просто короткая стрижка, чтобы встать с утра с кровати и пойти по делам.
— Знаю, что вы любите читать книги. К сожалению, в наше время читающих людей становится всё меньше.
— В юности практически не читал, только выполнял школьную программу. Когда поехал на сборы с «Ротором», взял с собой книжку. Что еще делать на сборах? Оттуда и пошло. После тренировок было скучно, поэтому книжки читались одна за другой, невозможно было остановиться. Сейчас читаю биографический роман Ирвинга Стоуна «Жажда жизни» о судьбе Винсента Ван Гога. За шесть дней, бывает, могу прочитать три книги.
Если читаешь книгу, то через три недели в голове остается только 10% от прочитанного, но если после прочтения делиться своими впечатлениями с людьми, то запомнишь уже половину. Помимо художественной литературы, увлекаюсь еще и бизнес-литературой. Тони Роббинс, например.
— Нашумевший своими семинарами по саморазвитию в прошлом году в Москве Роббинс реально крутой парень или шарлатан?
— Он пишет про Запад, как надо делать это там. Практически 90 или даже 100% той информации, которую он дает людям, неприменима у нас в стране. Какие-то ментальные вещи, да, могут действовать, например, как обращаться с финансами. Остальное у нас просто не работает. Также можно сказать и про Роберта Кийосаки.
— В «Урале» вы являетесь самым начитанным?
— Наверное, читаю больше всего я, но никому об этом не говорю. Другие ребята тоже не отстают: Вову Ильина можно часто увидеть с книгой в руках. Он больше предпочитает автобиографии, как и я.
— Чья автобиография больше всего впечатлила?
— Про Шварценеггера оставила сильный след. Очень талантливый человек, который везде преуспел. Хотелось бы быть таким же разносторонним, как он.
— А как же стальные мышцы? Не хотели бы иметь такие же?
— Нет, остановимся на таланте (смеется).
"Знаю, что мной интересуется «Спартак», но в моем гардеробе синие цвета"
— Вы родились в Волгоградской области и играли за «Ротор». Правда, что местные жители недолюбливают московский «Спартак»?
— Если и есть какая-то вражда, то только в спортивном плане. Это не переходит границы между болельщиками и клубами в целом. Вражда только на поле, а пошло это с упущенного чемпионства в «золотом» матче 1997 года.
— В последнее время часто появляются новости о вашем переходе в «Спартак». Не надоедает?
— Пристально не слежу. Бывает, что на меня выходят какие-то агенты, но сразу перенаправляю на президента и руководство клуба. Я не имею права вести переговоры, мне сразу влепят штраф за это дело. На слухах всё заканчивается, я не слышал об официальных запросах. Конкретики сейчас нет, я бы знал.
— «Спартак» — хороший клуб для продолжения карьеры?
— Конечно, команда считается топовой и играет в еврокубках, это шаг вперед и новый вызов.
— Сезон-2019/20 проведете в «Урале»?
— На данный момент я являюсь игроком «Урала». Пока даже не представляю, что будут изменения. Кажется, интерес «Спартака» единственный за последнее время. Будем рассматривать. «Урал» меня четыре года воспитывал и не хочется, чтобы эта история закончилась не по-человечески. Хочется, чтобы и клуб заработал на моей продаже. Благодарен «Уралу» за то, что взяли меня после травмы. Если будет достойное предложение, то сядем с руководством и открыто поговорим — не будет ни тайн, ни секретов.
— Правда, что до сих пор избегаете красного цвета в одежде?
— В гардеробе преимущественно темно-синие цвета. Когда был в «Роторе», то клубные цвета и спортивная форма были синими, с тех пор и осталась привычка.
"Я бы поздоровался с Черчесовым, но не рискнул бы пожать ему руку"
— Перед играми против команд Сан-Марино и Кипра вы попали в расширенный состав сборной России. Черчесов тогда сказал: «Если Меркулов пройдет мимо меня, я его не узнаю». Как отреагировали на слова тренера?
— Сам посмеялся, а потом пацаны в общий чат скинули. Фраза смешная, правда, получилась. Это было наше с ним первое знакомство. Может быть, он потом зашел в интернет и «загуглил» мою фотографию.
— Могли бы представить ситуацию, где вы не узнаете Станислава Саламовича?
— Я бы его, конечно, узнал. Поздоровался, но не рискнул бы ему руку пожать.
— Почему?
— Не зная человека, подбегать к нему и кричать «здравствуйте, здравствуйте» не очень красиво.
— Тактика в сборной подходит под ваш стиль?
— Нужно сначала попасть и понять, что требует тренер от моей позиции. Я могу быть и латералем с пятью защитниками, и просто крайним с четырьмя на бровке. Это не проблема.
— Как футболисты, которые не играют за сборную, следят за национальной командой?
— Все в обычном режиме. Чемпионат мира смотрели на сборах, но иногда даже не успевали смотреть из-за тренировок. Плюс, когда весь день занимаешься футболом, вечером от него хочется и отстраниться. После серии пенальти с Испанией, конечно, стулья и столы не швыряли, но орали очень громко.
— Пример , который не попал в состав на ЧМ-2018 и, по словам жены, желал сборной поражений, неправильный?
— Тут зависит от воспитания. Не думаю, что всё так и было. История с Иваном очень запутанная.
— Поставили цель попасть в сборную на осенние матчи?
— Конечно. Если «Урал» будет идти в верхней части турнирной таблицы, то тренерский штаб сборной будет больше следить за нами. В такой ситуации уже будут смотреть не только на меня, но и на еще трех или четырех ребят. Внимания нужно добиваться результатом. Сейчас вызов в национальную команду — реальность, а не мечта.
— Последний раз в составе сборной тренировались 29 футболистов, некоторые из которых не попали даже в заявку на матчи с Сан-Марино и Кипром. Считаете, это правильно?
— Наоборот, все футболисты должны остаться довольными. Находиться в общей обойме престижно, не важно, попал в состав или нет. Зависти никакой не должно быть.
"Однажды президент мне сказал: «Все самое хреновое ты уже сделал»
— В российском футболе большие зарплаты?
— Для футболиста адекватные. Если сравнивать с топ-чемпионатами, то там будет явно больше, чем у нас. Кто хочет зарабатывать, тот должен себе ставить цель попасть в Европу.
— Готовы ли играть в Европе, но с зарплатой в пять раз меньше, чем в РПЛ?
— Если это будет хороший европейский чемпионат, то почему бы и нет. Порой даже задумывался об этом. Выходов пока нет, и всё упирается в игру в еврокубках. Например, сыграл бы в Лиге Европы, сразу бы обратили внимание.
— Агенты, кстати, не давят на вас?
— Раньше было такое, агенты выходили на меня и говорили: «подписывай со мной и перейдешь в хороший клуб». Это было в 17-18 лет, когда вызывался в молодежную сборную.
— Президент «Урала» , комментируя ваш возможный трансфер в «Спартак», сказал, что хотел бы пять миллионов за вас. Это много или мало?
— Много, сумма в 2,5 миллиона — это адекватная цена для левого защитника в РПЛ.
— Григорий Викторович — крутой дядька?
— Да, он открытый человек и никогда не пытается скрыть свои эмоции.
— Расскажите историю про него.
— Около двух лет назад в одном из матчей я сильно обрезал команду, на наши ворота сразу пошла атака, и мы пропустили гол. Он сразу подозвал меня и сказал: «Всё самое хреновое ты уже сделал, давай играй». Это был стимул для меня, чтобы больше не получать от него (смеется). Иногда бывает сложно играть, когда он на бровке. Правда, лучше сразу уходить на другую сторону (смеется).
— Стадион «Урала» самый необычный, на котором приходилось играть?
— Все стадионы, которые построены к чемпионату мира, внутри похожи между собой. В игре хорошо ощущается компактность трибун, которые расположены ближе к полю.
— Слышал, что на временные трибуны екатеринбургской арены люди забираются не для просмотра футбола, а для любования городом — оттуда открывается прекрасный вид.
— Возможно, но сам не забирался. Думаю, надо их убирать и делать стадион закрытым. Так болельщиков будет слышно гораздо громче. Голоса наших болельщиков уходят за пределы стадиона.
— 10-е место в чемпионате и участие в финале кубка России — это хороший итог прошлого сезона?
— Считаю, что да. В Кубке России выполнили максимальную задачу — дошли до финала и порадовали болельщиков. Престижнее было бы его выиграть, мы очень хотели это сделать, но не получилось. Всё равно подарили людям небольшой праздник. В чемпионате задача не ставилась, за исключением нынешнего сезона. Не хватило характера, а где-то не везло.
— Обидно было упустить Лигу Европы?
— Мы очень хотели, но до конца не понимали, что это такое. Это цель и клуба, и каждого игрока в частности. Было очень обидно.
— Сказали, что раньше цели на сезон не было. Почему сейчас всё изменилось?
— Мы должны занять место в первой части турнирной таблицы, 6-7-я позиция — был бы хороший результат.
— Если выполняете — молодцы, а если нет…
— Будут разбираться (смеется). Какие-то корректировки могут последовать, наверное.
"В детстве продавал кукурузу, за день разрешали съесть одну или две"
— Могли бы рассказать про город, в котором вы родились?
— Город Камышин в Волгоградской области. Скромный городок на берегу Волги. Есть один миф, что Петр I привез в наш город арбузы, до сих пор этим и славится город. Партнерам по «Уралу» арбузы не предлагал, фуру не заказывал (смеется).
— Есть представление, куда бы подались, если бы не футбол?
— Пошел бы в , скорее всего, не в Камышине, а уехал бы куда-нибудь. Некоторые пацаны с района остались в городе, но вроде бы всё спокойно: в тюрьму никто не загремел, а наркотики с криминалом тоже никого, думаю, не затронули. Кто-то играет за местную команду на первенство области, получая по тысячи или две за игру. После основной работы приходят, бегают, вот и всё.
— В одном из интервью вы сказали фразу вашей мамы: «Если бы я знала, что тебя будут вот так бить по ногам, никогда бы в секцию не отдала». Часто били?
— Нет, конечно. Знаете, как это у мам происходит, после каждого стыка сильно переживает. Даже сейчас: после игры берешь телефон, а там по сообщениям можно отследить минуту, когда что-то было со мной на поле. Мама у меня спокойная, это на эмоциях сказано было.
— А если в детстве тренер не ставил в состав, мама приходила решать эту проблему?
— Мама привела в секцию в семь лет, и я сразу попал на товарищеский матч. Меня не поставили в стартовый состав, я весь матч прорыдал. Все успокаивали, а я уже хотел уйти из футбола, не успев толком и попасть туда.
Чем закончилась история?
— Продавил тренера своим плачем и меня выпустили (смеется).
— Где-то вне футбола работали?
— До 14-летнего возраста мы в Камышине ходили и продавали кукурузу. Около дороги стоит женщина с початками и набирает молодежь. Нас с парнями расставляли по точкам, и мы торговали. Платили около 100 рублей за смену. Разрешали за рабочий день одну или две кукурузы съесть — мало (смеется).
— Вы получаете удовольствие от жизни?
— Да.
— В чем смысл жизни?
— В детях! А когда они станут взрослыми, планирую подняться на Эверест. Правда, там длительная подготовка нужна и квартиру продать — чего уж (смеется). Около четырех миллионов подъем стоит, но цель крутая!
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео