Ещё

Как известного российского футболиста обвиняли в сдаче финала Кубка 

Как известного российского футболиста обвиняли в сдаче финала Кубка
Фото: Чемпионат.com
Почему ушёл из  всего через полгода после появления в клубе.
Братья Алексей и  — не последние люди в российском футболе. Первый выступал за «Сатурн» и «Рубин», а второй, поиграв в том же «Рубине», и , превратился после дисквалификации в одного из лидеров «Ростова». Их отец Алексей Ерёменко-старший скорее известен российским болельщикам как тренер, а не футболист. Незадолго до развала СССР он уехал в чемпионат Финляндии. Тем не менее и в его карьере были московские «Спартак», и «Торпедо», откуда полузащитник ушёл всего через полгода после появления в клубе из-за обвинений в сдаче финала Кубка страны.
Ерёменко играл вместе с Гамулой и под руководством Бескова. Попал в «Торпедо» после того, как ушёл из «Спартака», не получив квартиру
Ерёменко-старший был многообещающим игроком. Достаточно сказать, что в юношеской сборной СССР полузащитника-созидателя сделали капитаном. Уже в 17 лет он дебютировал в профессиональном футболе: сыграл за  во второй лиге и ростовский в «вышке». К слову, за «армейцев» вместе с Алексеем выступал такой колоритный персонаж, как . Про этого яркого, весёлого человека есть байки, наверное, у всех его бывших одноклубников, и Ерёменко — не исключение.
«За СКА тогда выступал вратарь Александр Скотаренко — душа компании! — вспоминал Ерёменко. — С этим человеком никогда не было грустно, ребята искали его, чтобы развеять скуку на длинных сборах. Но Саша был специфическим человеком, как и все вратари. У них ведь иногда неадекватная реакция на какие-то вещи, которые другие люди пропускают. Мы готовились на сборе в Кудепсте. Зима, слякоть, ужасный газон. Играем на маленьком поле. Вместо ворот — стойки высотой полтора метра, похожие формой на копья, поскольку сами ворота тяжелые, и тащить их очень трудно. Естественно, вратари уже в грязи, в поту, взъерошенные. В одном из эпизодов Гамула получает мяч, выходит один на один, замахивается, показывая, что будет наносить сильный удар, а сам подкидывает мяч над упавшим вратарём. Скотаренко встал и предупредил Гамулу: «Ещё раз так сделаешь — ноги оторву. Поступай так, как в игре. Там никогда этого не сделаешь, испугаешься. Это на тренировке такой смелый». Мы все понимаем, что это не простая угроза. Однако через минуту ситуация повторяется: Гамула подкидывает мяч над Скотаренко. Видно было, как у Саши в тот момент молния сверкнула в глазах. Игорь тоже сразу понял, что пришёл конец… Скотаренко вырывает это копье и начинает гнаться по полю за Гамулой, который бегает зигзагами и кричит: «Извини, я больше не буду!». Команда не реагирует: страшно связываться с разгоряченным вратарем. В итоге Скотаренко бросил копье, и оно плашмя попало по спине Гамулы»…
В родных краях Ерёменко задержался до 1986 года, а потом его забрал «Спартак». Сначала Алексей играл за дубль, а после травмы получил шанс в основе. Любопытно, что закрепиться в команде молодому полузащитнику удалось благодаря удачной игре с «Торпедо», в котором он окажется в 1988-м. «Меня вызвали из дубля перед матчем с „Торпедо“ тренироваться с основой, — рассказывал Ерёменко. — Во время установки на игру говорит команде: „У нас есть две альтернативы: либо Ерёменко на место Феди, либо делаем перестановки и переводим туда Женю Кузнецова. Ваше мнение?“. Встал Бубнов, и отвечает: „А чего тут думать? Ерёменко играет и забивает за дубль на этой позиции. Футбол тот же, что и у главной команды. Пусть выходит“. Бесков обращается ко мне: „Ну, хорошо. Забьешь два гола — пройдёшь экзамен“. И я забил два! Сперва попал метров с сорока в „девятку“ с правой ноги, потом сыграл в „стенку“ с Родионовым и поразил ворота уже с левой. Выиграли у торпедовцев со счетом 4:0». Тем не менее в 1987 году Ерёменко вынужден был вернуться в Ростов. Тогда вслед за Алексеем-младшим появился на свет Роман, а жить с женой и двумя детьми приходилось на базе. Квартиру давали только твёрдым игрокам основы, однако Бесков уже предпочитал на этой позиции и . Но вскоре Ерёменко вернулся в Москву — пригласило «Торпедо».
Главный тренер видел новичка игроком основы. В первом же туре чемпионата полузащитник забил в ворота «Черноморца» в Одессе. К концу мая Ерёменко сыграл девять матчей за чёрно-белых. Впереди был финал Кубка СССР с харьковским «Металлистом». Торпедовцы играли в Москве, находились выше соперника в таблице чемпионата и считались явными фаворитами. Вдобавок украинская команда потеряла перед финалом основного вратаря — травмированного Юрия Сивуху заменил Игорь Кутепов. Более того, у главного тренера «Металлиста» Евгения Лемешко возникла ещё одна проблема при определении состава. «Перед выездом в Москву три наших футболиста нарушили режим, — вспоминал Лемешко. — Мне все говорили: „Надо оставить дома, наказать и так далее“. Но я в них поверил, сыграл на их чувствах, и они в этом виноватом состоянии помогли „Металлисту“ выиграть трофей».
«Торпедо» проиграло финал Кубка СССР после того, как Ерёменко привёз пенальти. Тренер посчитал, что он сделал это из-за подпольного тотализатора
Команда Иванова на правах фаворита владела инициативой. В первом тайме с участием Ерёменко торпедовцы создали пару моментов. Полузащитник передачей в касание бросил в прорыв нападающего , который не сумел переиграть Кутепова, а потом, перед самым перерывом длинным пасом вывел на опасный удар . Ключевой эпизод финала произошёл на 42-й минуте. Алексей вернулся в собственную штрафную, чтобы помочь при обороне, и сыграл рукой, прерывая передачу на нападающего «Металлиста» . Ростовский судья Иван Тимошенко назначил пенальти. Ерёменко так объяснял свою ошибку: «Я отскочил назад для приёма мяча в центре поля, но пас пошёл не мне, а другому игроку. Произошёл „обрез“. Соперник стал проводить контратаку, и я оказался ближним к Аджоеву. Должен был отработать в обороне, прикрыть его. Чувствовал, что контролирую ситуацию, держу соперника рядом. Пошла подача с фланга. Выпрыгиваю и понимаю, что мяч меня перелетает. Тогда решил чуть-чуть оттолкнуть Аджоева в прыжке, вывести его из баланса, дабы он не нанес удар. Но там оказалась пустота. Он тоже был хитрец: качнул меня и „отскочил“. В результате мяч попал мне в локоть, после чего в наши ворота был назначен пенальти».
Сам же Аджоев и реализовал этот одиннадцатиметровый. Любопытно, что он не был штатным пенальтистом «Металлиста», однако взял инициативу в свои руки, так как его партнёры перестали забивать с «точки». «Штатным пенальтистом у нас был , — рассказывал Аджоев. — И во время матча чемпионата он не забил пенальти своей бывшей команде. Кроме него ещё пробивал . Но он тоже не забил пенальти перед тем финалом, кому — уже не помню. То есть получилось, что оба главных исполнителя одиннадцатиметровых не забили, а перед игрой тренер даже не давал указаний, кто будет бить пенальти. Два матча подряд до этого наши игроки промахивались. Да и никто не ожидал что в финале, тем более в Москве, судья в матче с „Торпедо“ поставит пенальти. И вот, когда одиннадцатиметровый был назначен, все как-то отвернулись от „точки“. Мандраж. А я просто взял и поставил мяч. Мне никто не указывал, мол, иди и пробей. Наоборот, Буряк подошёл и сказал: „Забей, я тебя очень прошу“. Хотя я и так понимал, что обязательно нужно забивать. Когда наносил удар, тоже все отвернулись, понимали, что ответственность очень большая: не забьёшь, и всё. Или пан, или пропал».
Для Ерёменко финал завершился совсем неудачно. В начале второго тайма полузащитник получил травму и покинул поле. Вот только самые крупные неприятности ждали его в раздевалке уже после игры. Рассерженный поражением главный тренер обвинил экс-спартаковца в том, что он специально организовал пенальти в свои ворота. Основанием для этого стала встреча Алексея с подозрительным человеком из околофутбольного мира. Ерёменко вспоминал: «Иванов — был хороший тренер, но… Говорят, тяжёлый человек. Я скажу — своеобразный. Вспыльчивый, взрывной, непростой. В „Торпедо“ не сложилось из-за того, что меня обвинили в сдаче кубкового финала „Металлисту“. Надо понимать из-за чего всё заварилось. Когда мы выходили на игру из автобуса, я увидел человека, которого встречал на базе в Ростове. С ним там здоровались другие ребята, поэтому и я тоже. Мне доводилось слышать, что он играет в подпольный тотализатор, но я даже не представлял толком что это такое. Мне подобные вещи были до фени. И вот встречаю в Москве ростовчанина. Естественно, мы с ним поздоровались, обнялись, как принято в Ростове при встречах. Мы, южане, немножко другие, и относимся друг к другу по-иному. Спросил как дела, и пошёл дальше. Повторюсь, мне этот человек не был известен с обратной стороны, однако Козьмич о его проделках знал. Соответственно, после эпизода с пенальти он решил, что я нарочно нарушил правила. Сказал, чтобы я собирал вещи и уматывал. Контрактной системы ведь тогда не существовало. Потом он остыл, да и меня братья Савичевы успокоили. Мне, кстати, в том матче ребро сломали: во время приёма мяча коленом ударил Деревинский. Боль — страшная. Я выполз с поля, был заменён». Свидетелями конфликта Иванова с Ерёменко по окончании матча оказались и другие игроки «Торпедо». Полузащитник попытался даже защитить полузащитника: «Иванов обвинил Ерёменко в том, что он сдал игру — специально сыграл рукой. Я встал на защиту. Сказал Иванову: „Мы что, будем выгонять каждого, кто один раз сыграет рукой?“ Не отстоял. Еремёнко отчислили. Обвинили в сдаче игры — что он денег заработал на этом Кубке: „Пиши заявление по собственному желанию и уходи“. Потом я ему сказал: „Тебе тут житья всё равно не будет“. И Лёха ушёл в „Динамо“. Через несколько месяцев в еврокубковой игре с „Мальмё“ был такой же эпизод. Шла подача, мяч перелетал через меня, и я задел его рукой. Пенальти нас прибил, мы вылетели. Я тоже почувствовал недоверие Иванова. Ребята пересказали мне его претензии, а я ответил: „До меня „Торпедо“ было середняком. Со мной поднялось на третье место. Значит, я на что-то способен?“ (в интервью для „Матч ТВ“).
А вот ещё пара воспоминаний игроков „Торпедо“ о той истории. Полузащитник : „Перед перерывом идёт передача в нашу штрафную, никого нет, а наш игрок берёт — и рукой по мячу. Пенальти — 0:1. После матча Иванов собрал нас: „У меня к этому игроку больше нет доверия. Поступайте, как хотите“. Смешно, что за четыре дня до того финала нас заперли на базе в Мячкове. Нагрянул директор ЗИЛа Браков со свитой: „Так, где мы кубок поставим?“… Защитник : „Иванов был неоднозначной фигурой: вспыльчивым, но мудрым. Его боялись. „Торпедо“ в 1988 году в финале Кубка играло с „Металлистом“, и мы проиграли — 0:2. В том матче Алексей Ерёменко-старший сыграл рукой в своей штрафной. На следующий день приехали на базу, Иванов сказал ему: „Езжай в партком, там тебя рассчитают. Ты отчислен из команды“.
Иванов обвинял и других игроков „Торпедо“ в том, что они сдают матчи. Один из этих случаев был в чемпионате России
Сам Ерёменко надеялся, что тренер, остыв, забудет о своих претензиях. Но Иванов не передумал. К слову, „Металлист“ тогда выиграл свой первый и единственный трофей в советском футболе, а автором второго гола головой стал один из самых высоких игроков чемпионата СССР полузащитник , чей рост составлял 195 см. „Когда приехал через пару дней на базу, думал, Козьмич уже отошёл, — признавался Ерёменко. — Но он при встрече удивленно спросил: „Как, ты еще здесь?“ Организовали собрание. Тренер сказал, что будет так, как решит команда, но он мне этой истории не простит. Олег Ширинбеков удивился: „Вы что, травите его? Теперь каждого из нас надо обвинять в сдаче после игры рукой?“. Но я всё понял. Если нет доверия старшего тренера, то и говорить не о чем. У меня была только одна просьба, чтобы не „посылали телегу“. Тогда ведь рекомендации имели огромное значение, а дурная слава никому не нужна. Самое любопытное, что в это время как раз фактически был решен вопрос с квартирой в Москве. Мы с женой уже выбрали её, всё согласовывалось. Но в итоге пришлось вернуться в Ростов, зализывать раны“.
Ерёменко вынужден был покинуть „Торпедо“ и во второй раз уехать из Москвы. Полузащитник вернулся в Ростов. По его словам, он зарёкся ездить в столицу, не собирался больше рассматривать предложения от московских клубов. Но вскоре за Алексеем приехали из „Динамо“. Первая попытка убедить Ерёменко перейти в их клуб не увенчалась успехом. Потом к переговорам подключился динамовский тренер , который, будучи хорошим оратором, нашёл нужные слова. Уже во второй части сезона полузащитник выступал за бело-голубых.
Между тем, Ерёменко отнюдь не единственный футболист „Торпедо“, конфликтовавший с Ивановым из-за подозрений в нечестной игре. Судя по всему, Валентин Козьмич вообще не очень доверял своим игрокам, был мнительным человеком. Похожими историями делились бывший нападающий чёрно-белых и защитник . „Иванов — очень эмоциональный, но незлопамятный, — говорил Петраков. — На меня почему-то покрикивал чаще, чем на других. Однажды вообще заподозрил в сдаче матча. 1981 год, принимаем дома „Арарат“. В первом тайме несколько моментов загубил. Не шёл мяч в ворота, хоть тресни! Козьмич в перерыве на меня в раздевалке собак спустил, все свои подозрения высказал. Я психанул, снял бутсы, отправился в душ. Он чуть остыл и за мной: „Одевайся!“ — „Не буду!“ — „Одевайся, говорю!“ Вышел на поле последним, внутри всё кипит, — и два мяча положил. 2:0 выиграли. После чего тема была закрыта раз и навсегда“ (“Спорт-Экспресс“).
Второй случай связан с защитником . Это уже российский чемпионат, конец 1990-х. „После матча (в Элисте) Иванов обвинил Андрея Чернышова в сдаче игры. Прямо в раздевалке. Я пытался за Андрея заступиться, потому что на поле видно, когда человек отдаётся игра, когда нет. Так и сказал тренеру: „Не может такого быть“. И по сей день считаю, что он не сдавал. Но Козьмич остался убеждён в обратном. Чернышов тренировался с командой, но играть ему больше не давали“ (из книги „Футбол без цензуры“). Понятно, что подозрительность Иванова не могла появиться на пустом месте. Договорные матчи в чемпионатах СССР были, и с каждым годом мы узнаём из интервью ветеранов всё новые и новые подробности. Сам Валентин Козьмич рассказывал и про „договорняк“ из российского сезона-1995: „Могу сказать, что мне известен факт сдачи игры в 1995 году, когда „Торпедо“ проиграло „Спартаку-Алании“ в Москве со счётом 1:4. Причём узнал я об этом случайно. Произошло это так. Спокойно готовимся к игре первого тура сезона-1996 с „Жемчужиной“. Вдруг раздаётся звонок, и мне сообщают: „Валентин Козьмич, ваши собираются сдавать игру команде Найденова“. Делать нечего, вызываю к себе футболистов. Дошла очередь до Шустикова. Рассказываю ему об этом, и вдруг он мне в ответ: „Почему вы нас не вызывали в прошлом году, когда сдали Владикавказу?“ А у меня даже оснований кого-то подозревать не было! Даже вратаря Пчельникова. Продолжаю с Шустиковым разговор: „Ну а что с „Жемчужиной“?“. Отвечает: „Да, звонили, но мы отказались“. Сейчас думаю, что если бы тогда не спросил их, то точно сдали бы. Потом же правдоподобность версии со „Спартаком-Аланией“ подтвердил администратор московского „Спартака“ Александр Хаджи“ (»Советский спорт»).
Ерёменко выступал в чемпионатах СССР за «Динамо» до 1990 года. Во время предсезонного сбора в Испании Бышовец сообщил ему об интересе клуба из Примеры. Алексей согласился, а в итоге уехал в… Финляндию. С Испанией что-то не сложилось, появились варианты с финским и израильским клубами. Алексей выбрал первый. Чтобы жить с сыновьями поближе к России.
Видео дня. Пять лучших сейвов 1-го тура Английской Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров