Ещё

«Обыграл „Спартак “ — задачу минимум выполнил»: Евгений Корнюхин о финале Кубка России, Дзюбе, неспортивном образе жизни, прошлом и настоящем 

«Обыграл „Спартак “ — задачу минимум выполнил»: Евгений Корнюхин о финале Кубка России, Дзюбе, неспортивном образе жизни, прошлом и настоящем
Фото: Спорт день за днем
Тезисы: — Лантратов мог сыграть удачней в эпизоде с пенальти; — 90% правоногих бьют пенальти влево от вратаря; — Могу позволить выпить, ведь я — физкультурник; — Некурящие футболисты были большой редкостью; — В начале 90-х мы были вторсырьем для агентов; — Вратари — мои дети. Но меня слушают; — Для того, чтобы остаться в , нужно было быть на два порядка выше, чем местные; — Обыграл  — задачу минимум выполнил.
Финал Кубка, пенальти Дзюбы
— У вас стоит фотография в вотсапе — баннер с финала Кубка России. Значит, воспоминания все-таки приятные? — Конечно. Не каждый день мне приходилось играть в финале Кубка (смеется). Спасибо ребятам. Это сделали они. Это игра — честь и гордость для меня. — В концовке Данилкин попал в штангу. Какие у него были эмоции после игры? Что он говорил? Что говорили ему? — Про Данилкина ничего сказать не могу. А вот Гапон извинился перед ребятами за ошибку. Но это было неправильно. — Неправильно извиняться? — Да. Игроки имеют право на ошибку. — Эпизод Данилкина — это ошибка или невезение? — Если рассуждать так, то мы сейчас начнем разбирать ошибки всех. Например, вратаря. Но к нему у меня нет претензий. Единственное — он мог сыграть удачней в эпизоде с пенальти. Но его исполнял Дзюба. Исполнительское мастерство на должном уровне. — Вы разбирали, как бьет пенальти Дзюба. А бьет он после паузы в чемпионате одинаково. Почему раз за разом забивает? — Честно скажу — мы не брали отдельно взятый эпизод. Вратаря не готовили. Дзюба просто исполнил. Хотя у меня есть наблюдение — 90% правоногих бьют влево от вратаря. — Дзюба ждет, когда вратарь завалиться. Идет психологическая игра. Кто больше нервничает в моментах ожидания — вратарь или бьющий? — Вратарь. Но он должен показать хоть какое-то движение — вправо, влево, чтобы ввести в заблуждение бьющего. У вратаря есть шанс. Это как в моментах с выходом один на один. Спрашивают: «Что в таких ситуациях надо делать вратарю?». Отвечаю: «Использовать момент. Качни корпусом, и смотри, что будет делать атакующий. И затем выбираешь — сыграть руками, ногами». К Дзюбе вопросов по пенальти нет — очень грамотно исполнил. Мастер. — Давит ли на вратаря авторитет бьющего? Возможно ли, что Дзюба, не обладающий великим ударом, как раз и бьет по этой причине? Дуэль с лучшим игроком чемпионата и молодым футболистам воспринимаются из ворот по-разному. — У каждого вратаря есть шанс, неважно, кто бьет. Раскачай — и смотри. Я говорю своим вратарям: «Вы не должны переживать, думать о том, что у вас нет шанса». У Лантратова шанс был. — сказал, что пенальти вызвал сомнения. Это эмоции? Или действительно в тренерском штабе считают, что одиннадцатиметровый не стоило ставить? — Не скажу, что пенальти сомнительный. Но есть человеческий фактор. Судья видел эпизод в динамике. К тому же, пенальти надо еще реализовать. — Есть штамп «пенальти — это лотерея». Самая нелепая и идиотская фраза для вратаря? Ведь к ним готовятся. — Комментаторы могут говорить и обсуждать все что угодно. Человек разбежался — забил, вратарь — не отбил. Иногда можно говорить про удачу. Но есть именно исполнители. Например, в серии послематчевых пенальти я понимал, что три спокойно отобью. — Почему? — Верил в себя и понимал, что кто-то ошибется. Самое страшное для меня — это пенальти Димы Лоськова. Потому, что он именно исполнял. Я был в замешательстве. Я не понимал, куда он пробьет. — Он часто и на силу бил. — Да. Я угадал только раз. Он ударил вправо. — Какая манера проще для вратаря — удары Дзюбы или Игнашевича — сильно под перекладину? — Давайте исходить из того, что все это сложно (смеется). — Конечно. — Повторю — у вратаря есть шанс, но не всегда он может его использовать. Где-то он сомневается в себе. Лантратов подошел после финала ко мне спросил: «Слушай, Васильевич, а что бы было, если бы я остался на месте? Куда бы он пробил?» — Что ответили? — Сказал: «Честно — не знаю». А про шансы… Вот наш добрый товарищ Рома Березовский. — Был главным экспертом по пенальти. Большой процент отраженных. Факт. — Да, это факт. Он воспользовался шансами. Ему это было дано.
Слоны, увольнение гендира «Химок»
— Еще про вратарскую терминологию. Например, большинство моряков поправляют: «В море не плывут, а ходят» Давайте поставим точку — вратарь стоит в воротах, или играет? — (смеется). Не в первый раз повторю. Стоят слоны в зоопарке, а вратарь — играет. Вратарь — такой же полевой игрок. В поле же играют, верно? — Расспрошу еще про профессионализмы и футбольные штампы, которые не понимаю. Тренеры говорят: «Мы настраивали ребят на победу». Неужели, бывает, что настраивают ребят на поражение? — (смеется) Мы должны в первую очередь выйти — и играть. Играть на результат. И как бы тренер на настраивал — мы играем на результат. — Но результат может быть разным. Ничья, поражение. На них тоже настраивают? «Ребята, настраиваемся на поражение»? — Конечно, нет. Результат — это победа. — Но а почему так говорят — «Настраивали, конечно, ребят на победу». Нелепо же звучит. — (смеется) Полностью согласен! Тренеры говорят о том, что всегда нужно биться за победу. — Инфоповоды о Химках самые противоречивые в последнее время — то команда не выходит в РПЛ, то выходит, то Сергей Юрана увольняют. Ушел генеральный директор. Что происходит? Как сильно поменяется клуб и команда? (разговор прошел до увольнения Сергея Юрана, — «Спорт День за Днем») — Сложная картина. Об уходе генерального директора я узнал за несколько часов до нашего разговора. Хочу задать вопрос тем, кто курирует «Химки»: «А чем подкреплено решение»? Человек сделал многое. Вышли в РПЛ, в том числе и благодаря генеральному директору. — А может убрали как раз из-за того, что «Химки» вышли в РПЛ? — Но благодаря Василия Владимировичу были подключены спонсоры.
Если здоровье позволяет — то почему не покурить?
— Хорошо. Во время паузы из-за пандемии игроки тренировались, или делали вид, что тренировались. Вам поддерживать форму не обязательно. Чем вы занимались? — У игроков была программа, по которой они готовились. И я тренировался по этой системе. В свободное от работы в время я играю в ночной хоккейной лиге. И наша команда тоже вышла в финал. К сожалению, «Химки» не выиграли финал. Подчеркиваю, мы не проиграли, а не выиграли. А моя хоккейная команда — выиграла. Событие. — Почему акцентировал на внимание на паузе и необязательности нагрузок. Во время пика ограничительных мер алкогольные магазины сообщили о резко увеличивавшемся спросе. Вы позволяете себе чаще нарушать режим? — Я могу себя позволить. Потому, что я — физкультурник (смеется). И за успехи своей команды я могу выпить. — Буффон курит, но продолжает играть на высоком уровне. Лучший вратарь в истории курил баржами. Вратарям позволено больше в плане неспортивного образа жизни, чем полевым? — Не совсем. Если здоровье позволяет — то почему не покурить? Но когда играл в , то завязал. Понял, что если хочу, чтобы путь в карьере был длиннее, то нужно бросить. Неважно, игрок в поле или на воротах. Сейчас курящий футболист — большая редкость. Раньше было наоборот — некурящие были большой редкостью. — Вы курили практически всю карьеру. Рассказывали про пьющих перед матчами одноклубников. А что сейчас? Вот если игроки предложат вам выпить во время сборов то вы: Пойдете? Отговорите? Скажите игрокам, что доложите главному тренеру? Или скажите игрокам, чтобы шли без вас, но были архиаккуратны? — (смеется) Я с ними посижу. Но не буду выходить за рамки приличия. Вы должны понимать, что в таком коллективе просто так не пригласят. Я готов посидеть с игроками, пообщаться. Выпить по бокалу пива готов, но не более. — Главный тренер должен знать о таких о таких посиделках? — Не думаю, что тренер должен знать. Должно остаться в стороне. Допустим, есть бригада вратарей. Мы можем творить между собой все, что угодно. Но дальше бригады это не должно выходить — Принцип такой — «делайте, что хотите, главное, чтобы это не помешало общему делу»? — Да. И это правильно. У каждого есть право. На то, что слева, и то, что справа. Игроки не спросят у меня, если что-то захотят сделать. — Сейчас футболисты пьют меньше или столько же, сколько в 80-е и 90-е? — Раньше выпивали больше. Но было чувство ответственности за результат. Но и не все понимали разницу в алкоголе. Количество и качество. — Про футбол в низших лигах начала 90-х ходят много легенд — бандиты, договорняки, страшные гостиницы и поля. Что самое жуткое? — Самое жуткое — это отношение к футболистам. Мы были как вторсырье для различных людей и агентов. Но были и обратные случаи. Например, договорился о подписании контракта. Для меня Минаев — золотой человек. — Но и сейчас бывают, когда решения агентов ломают карьеры. — Конечно. Но футболисты должны включать мозги. Понимать, для чего и что подписываешь. Для чего переходишь. Например, был у меня вратарь — . — Делал с ним интервью. Он играл в Финляндии и Швеции. Сейчас — в Армении. — Да, да. Я начал с ним работу, когда он был в «Торпедо-ЗИЛ», и он, мягко говоря, был никому не нужен. В него никто не верил. Но я его подготовил. Потом мы поехали работать в «Уфу». Говорю: «Женя, ты работаешь в Уфе. У тебя есть еще года два, чтобы поднять свое реноме». Он: «Васильич, я хочу уехать». Спрашиваю — куда? В «Терек», говорит. Объяснял, что лучше еще поработать в «Уфе», говорил, что на его игру смотрят люди. Он этого не понял. И он уехал, в «Терек». Потом позвонил и сказал, что я был прав. Потом у него были Швеция, Финляндия. Но я взял его в Красногорск на сборы, когда он стал свободным агентом. Но позже Женя дал задний ход… Мне это не понравилось. Елки-палки, я его тяну, тяну а он делает все, чтобы опуститься! Почему было раньше не прислушаться ко мне? Они, вратари — мои дети. Но меня слушают. — Но а часто слушают тех, кто дает советы? — Согласен. И Это неправильно. К старшим товарищам нужно прислушиваться. Плохого не пожелаем. Через все прошли, проверили на себе.
«Спартак», «Зенит», Садырин
— Матч за  против второй команды Германии — самый запоминающийся в вашей карьере? — Нет. Самые запоминающиеся и принципиальные были матчи против «Спартака». Когда мы обыграли «Спартак» с «Шинником». С «Сатурном» в «Лужниках» — 1:0, и в Раменском — 3:2. Для меня — самые важные матчи. — Почему? — Потому, что я «Спартак» до этого не обыгрывал. С «Шинником» все время им проигрывали. И вот обыграли их в Кубке. Это была грандиозная победа. И нельзя сказать, что у них моментов не было. И состав хороший, и все было. Просто я был в порядке, верите, нет? (смеется) — Верю, почему нет? — Поймал почти все, что было можно. Еще помню матч в «Лужниках», когда мы их обыграли с «Торпедо». Я тоже был в порядке. Не буду скрывать. Лучшие игры. Но не только со «Спартаком» были принципиальные. Против . У меня к нему были определенные вопросы. — Вы ушли из «Зенита» так в клубе решили уменьшить «количество приезжих футболистов». Вы недоумевали, когда узнали причину? — Конечно, это укололо. Для того, чтобы остаться, нужно было быть на два порядка выше, чем другие. — Значит, могли оставить местного, кто хуже. Это неспортивно, разве нет? — Повторю, я должен был быть на «две головы выше», чем Окрошидзе или Приходько. Я был чуточку с ними на равных. Но когда мы встречаемся, то жмем друг другу руки. Большое спасибо этим ребятам за конкуренцию. Благодаря ей я рос. В «Зените» был стимул — ведь поставили задачу — вернуться в Высшую лигу. У нас были отличные футболисты и тренер. Павел Федорович, Хомуха… — Ваше принципиальное отношение к «Спартаку» усилилось после работы с Садыриным? «Главное — обыграть Спартак» и т.д. — Да, это отношение отложилось. И у меня всегда была задача — минимум «Спартаку» не уступить. — «Приезжие» впитали отношение «Зенита» к «Спартаку»? — Здесь неважно. Для любого футболиста обыграть «Спартак» — это дело чести. Они — народная команда, лучший клуб. Но и мы все должны показать, что не лаптями щи хлебаем. Обыграл «Спартак» — задачу минимум выполнил. — Что-то общее, кроме названия, есть в этом «Зените» и клубе, в котором вы играли 25 лет назад? — 25 игр я сыграл за «Зенит». И мне это приятно. Есть, чем гордиться. — Хорошо. Сравню «Зенит» с хорошим произведением искусства. Только хорошее произведение искусства вызывает эмоции — либо положительные либо отрицательные. «Зенит», по большей части, либо вызывает злость, либо поддержку. Какая первая эмоция и мысль у вас возникает, когда вы слышите слово «Зенит»? — Злости нет. «Зенит» вызывает чувство гордости. Потому, что я нем играл. Вместе Павлом Федоровичем Садыриным мы выполнили задачу — вышли в Высшую лигу. С Куликом, Хомухой сделали общее дело. Есть, чем гордиться. Я выходил трижды в Высшую лигу — с «Ростовом», «Зенитом» и «Шинником». И это предмет гордости. Хочу добавить про Павла Федоровича еще. — Так. — Многие знают, но, может, кто-то и забыл о том, как Павел Федорович спас тонущего мальчика. На базе в Удельной есть пруд. У нас шла тренировка. И из нас, игроков, никто не понял, что произошло. Доктор побежал по дорожке на другой берег, а Федорович то ли со второго, то ли с третьего раза вытащил мальчика. Представляете, как он быстро сориентировался? Футболисты так быстро не сориентировались, как он. Мурашки по коже, когда вспоминаю такие моменты. Только теплые слова в его адрес. Читайте также: «Спартак» снял Юрана с должности тренера «Химок». И это не бред сумасшедшего]]>
Видео дня. Три лучших игрока 2-го тура Английской Премьер-лиги
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео